17 июнь 2019
Либертариум Либертариум

Дело фирмы "Байярд-Славия Коммуникэйшнс" (Хроника противостояния)

Перепечатано из сборника "Защита прав граждан при внедрении системы оперативно-розыскных мероприятий в сетях связи", СПб: "ЛИК" - 2000 <автор и составитель Ю.И.Вдовин, "Гражданский контроль">
История компании "Байярд-Славия коммуникэйшнс" ("БСК") с точки зрения составителей очень поучительна для провайдеров Интернета и всех остальных операторов связи, которые безропотно пошли на нарушение действующей Конституции и законов, защищающих право граждан на тайну переписки, телефонных переговоров" почтовых, телеграфных и иных сообщений. "Байярд-Славия коммуникэйшнс" практически оказалась единственной компанией, предоставляющей услуги связи гражданам и организациям, которая готова оказывать содействие спецслужбам в проведении оперативно-розыскных мероприятий в соответствии с действующим законодательством и в то же время, в соответствии все с тем же действующим законодательством, защищать права граждан от несанкционированного доступа спецслужб к информации, доверенной компании ее клиентами.

Компания "Байярд-Славия коммуникэйшнс" была основана в 1996 году для коммерческой эксплуатации приемопередающего оборудования, позволяющего предоставлять клиентам услуги по доступу во всемирную информационную сеть Интернет и пользованию электронной почтой. Такие услуги компания начала оказывать с 1 января 1998 года. Полтора года, предшествовавшие этой дате, ушли на оформление лицензии, приобретение оборудования (на собственные средства акционеров) и бесчисленные согласования.

28 октября 1997 года, будучи законопослушным гражданином и наивно полагая, что ФСБ действует в рамках закона, тогдашний директор "БСК" Олег Сыров направляет на имя начальника Управления ФСБ по Волгоградской области заявление с просьбой разработать "План мероприятий по СОРМ" для узла передачи данных "БСК". Ждать ответа из органов госбезопасности пришлось долго: они прислали его только 14 апреля 1998 года, направив свой "План реализации СОРМ" с пометкой "конфиденциально". Действительно, приказом Минсвязи " 135 от 8.11.95 "О порядке внедрения системы технических средств по обеспечению оперативно-розыскных мероприятий на электронных АТС на территории Российской Федерации" пунктом 6.1 закреплено: "Работы, связанные с внедрением СОРМ, считать конфиденциальными и проводить их ограниченным кругом сотрудников." А почему? Скрытность должна быть обеспечена при проведении конкретных оперативно-розыскных мероприятий, но процедура их проведения должна быть прозрачной, так как связана с ограничением прав граждан, а в соответствии со ст. 15 Конституции РФ "Любые нормативные правовые акты, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, не могут применяться, если они не опубликованы официально для всеобщего сведения". Так что легитимность понятия "конфиденциальность" для работ, связанных с внедрением СОРМ, как минимум сомнительна!

Тем не менее, приказ, нарушающий и ограничивающий права человека, выпущен. Именно в соответствии с пунктом 6.5 этого приказа Минсвязи РФ предписано "мероприятия по внедрению СОРМ проводить по согласованию с территориальными подразделениями ФСБ" и руководствоваться Соглашением между Министерством связи Российской Федерации и Федеральной службой безопасности Российской Федерации, введенным приказом " 25 от 18.02.97. Руководствуясь этим и другими документами, сотрудники Волгоградского УФСБ долго думали над своим "Планом" и добились своего: в этом документе "конфиденциально" попраны практически все права на тайну обмена информацией с потенциальной угрозой ограничения иных прав, свобод и законных интересов граждан России.

"Планом" беззастенчиво нарушены конституционные права граждан. Смысл "Плана" полностью соответствует и письму Министерства связи РФ " 252-у, и Совместному решению Минсвязи РФ и Министерства безопасности РФ " 513 и сводится к предоставлению за счет провайдера оперативным работникам УФСБ выносного пульта управления, с которого УФСБ сможет осуществлять бесконтрольно и никак не регламентированно доступ к интересующей его информации. При этом ничто не мешает УФСБ осуществлять и несанкционированный доступ к информационным массивам, которыми обмениваются граждане и организации -- клиенты компании "Байярд-Славия коммуникэйшнс".

Оценив все это с точки зрения действующего законодательства, компания "Байярд-Славия коммуникэйшнс" на такое антиконституционное соглашение с "чекистами" (в отличие от всех других операторов связи и провайдеров страны) пойти не смогла. Генеральный директор "БСК" Олег Сыров при очередном посещении представителями УФСБ офиса компании отказался подписать вышеупомянутый "План", сообщив при этом, что считает своим долгом обратиться в суд и обжаловать неправомерные действия УФСК и Госсвязьнадзора Волгоградской области.

На время страсти улеглись, но уже через месяц начинаются телефонные звонки с угрозами, слежка (внешнее наблюдение за перемещениями генерального директора); люди в штатском, кстати, ни разу не предъявлявшие служебных удостоверений, вновь стали появляться в офисе с угрозами и требованиями принять предложенный "План внедрения СОРМ".

В результате обстановка вновь начала накаляться. Олег Сыров 27 октября 1998 года пишет на имя начальника УФСБ по Волгоградской области В.Н.Колесникова письмо, в котором еще раз сообщает о готовности "БСК" рассмотреть возможность сотрудничества с УФСБ "как с одним из субъектов оперативно-розыскной деятельности, с целью исполнения требований пункта 23 лицензии " 5769 на предоставление услуг связи, при наличии "Плана мероприятий", не содержащего противоречий нормам Конституции Российской Федерации, Гражданского кодекса РФ и других законов Российской Федерации".

Не найдя никаких разумных законных доводов, генерал Колесников 16 октября 1998 очень своеобразно отвечает на письмо Олега Сырова. Он направляет письмо начальнику управления Госсвязьнадзора РФ по Волгоградской области В.С.Петрову, в котором, в частности, сказано: "В связи с отказом оператора связи ЗАО "Байярд-Славия коммуникэйшнс" в лице его генерального директора Сырова О.П., осуществляющего деятельность по предоставлению услуг телематических служб, выполнить требования п. 23 условий осуществления данного вида деятельности лицензии " 5769 от 24.05.97 года по оказанию содействия и предоставления органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, возможности проведения оперативно-розыскных мероприятий, прошу Вас принять меры к приостановке коммерческой эксплуатации узла передачи данных ЗАО "Байярд-Славия коммуникэйшнс" в г. Волгограде и отзыве лицензии на право предоставления услуг телематической связи." И копия -- Сырову. Напомним при этом, что в письме Сырова от 27 октября 1998 года нет даже намека на отказ выполнить п. 23 условий лицензии. В нем говорится о том, что "БСК" хочет лишь соблюдения законности при проведении ОРМ на своем узле передачи данных!

Чтобы внести ясность в суть вопроса, по настоятельным требованиям генерального директора "БСК" проводится проверка выполнения п. 23 "Условий...", в результате чего составляется Акт от 23 ноября 1998 года. Так, в пункте 4 Акта сказано: "В результате проведенной проверки установлено, что при эксплуатации телематических служб лицензиата на узле передачи данных ЗАО "Байярд-Славия коммуникэйшнс" при помощи аппаратно-программных средств реализована возможность контроля за сообщениями электронной почты и отслеживания маршрута перемещения пользователя сети Internet, что является свидетельством наличия возможностей лицензиата в оказании содействия судебно-следственным органам." И далее: "Выводы: возможность лицензиата в оказании содействия судебно-следственным органам имеется. Лицензиат согласен и готов выполнять п.23 лицензии " 5769 согласно федеральному закону об ОРД " 144-ФЗ от 12.08.95 г., утвержденному правительством РФ. К Акту приложен подробный "Протокол проверки возможности проведения оперативно-розыскных мероприятий на узле передачи данных ЗАО "Байярд-Славия коммуникэйшнс". Таким образом, впервые в нынешней российской практике в официальном порядке "БСК" удалось добиться признания Госсвязьнадзором различия между возможностью в оказании содействия судебно-следственным органам и внедрением тотальной слежки на аппаратуре провайдеров.

Такой поворот событий застал ФСБ врасплох. Понимая цель организации оперативно-розыскных мероприятий на сетях связи именно как возможность внедрения тотальной слежки, а не как законную борьбу против преступной деятельности, органы пошли традиционным советским путем: скорее всего, "надавили" на начальника Госсвязьнадзора В.С.Петрова, и с января 1999 года сей чиновник начинает активные попытки склонить "БСК" к подписанию антиконституционного "Плана" ФСБ. 6 января 1999 г. В.С.Петров в своем письме " 5-1/44 предлагает "БСК" самим составить "План мероприятий по внедрению СОРМ" и в срок до 1 февраля 1999 года представить в УГСН по Волгоградской области копию такого "Плана", согласованного с УФСБ.

В надежде, что УФСБ начнет все-таки действовать в рамках закона и Конституции, генеральный директор "БСК" отправляет на имя начальника УФСБ по Волгоградской области В.Н.Колесникова письмо, в котором просит его рассмотреть составленный в "БСК" "План", не противоречащий Конституции РФ и действующему законодательству. Но генералу Колесникову действовать в рамках закона, видимо, не захотелось, и вновь воцарилось молчание. Зато от начальника Госсвязьнадзора В.Н.Петрова предписания в адрес "БСК" посыпались, как патроны из пулеметной ленты (хотя "План" в УФСБ был послан, и копия -- Петрову, а ответа из органов не последовало.)

Давление, продолжавшееся более года, не прошло, к сожалению, для директора "БСК" Олега Сырова бесследно: состояние его здоровья стало заметно ухудшаться. Совет акционеров принимает решение заменить его на этом посту. Генеральным директором назначен с 17 марта 1999 года Н. В. Мурзаханов. История повторяется на новом витке. В.С.Петров выписывает 9 апреля новое Предписание, в котором в очередной раз требует представить согласованный с УФСБ "План мероприятий по внедрению СОРМ", на которое Н.В.Мурзаханов 14 апреля 1999 года отвечает, что "План" отправлен в УФСБ, а за сроки согласования с УФСБ "БСК" нести ответственности не может, ибо УФСБ не отвечает. Одновременно он направляет в УФСБ еще одну версию своего "Плана" вместе с сопроводительным письмом.

Всего через день, 16 апреля 1999 года, начальник Госсвязьнадзора составляет Протокол об административном правонарушении в области связи, в котором дает срок 3 дня (до 20 апреля 1999 г.) на подписание "Плана" (как ускоряются темпы -- господин Петров, вероятно, чем-то или кем-то смертельно напуган, или поощрен в административном рвении!). При вручении протокола генеральный директор "БСК" Н. В. Мурзаханов делает В.С.Петрову официальное заявление о том, что действия начальника УГСН незаконны и "БСК" намерен обратиться в суд.

20 апреля 1999 года начальник Госсвязьнадзора В.С.Петров, не желая судебного разбирательства, выписывает постановление, в котором ограничивается "наложением предупреждения" и (ибо мундир обязывает) выписывает очередное Предписание с новым сроком в четыре дня, отведенным на подписание "Плана", угодного ФСБ. На это предписание Н.В.Мурзаханов отвечает 24 апреля 1999 года письмом в адрес начальника Госсвязьнадзора, в котором в очередной раз объясняет, что "План" в УФСБ отправлен, а ответа так и не последовало.

Так как законными методами ФСБ не может заставить "БСК" совершить противоправные действия, силами Госсвязьнадзора в Москве отключается спутниковый канал связи, который "БСК" арендовал у компании "Московский Телепорт", по смехотворному и искусственно созданному поводу, связанному с коммерческими взаимоотношениями "БСК" и "Московского Телепорта". Компания оказывается отрезанной от выхода во внешний мир.

Кроме того, УГСН проводит в ЗАО "БСК" серию проверок лицензируемой деятельности и 28 июня 1999 года выписывает предписание, в котором отмечает 36(!) пунктов нарушений ("отсутствуют надписи с указанием номинального напряжения на штепсельных розетках" и т. п. в том же духе). На самом деле цель этих проверок одна -- пунктом " 36 числится: "требования в отношении СОРМ... не выполняются". Особым пунктом выделяется "нарушение условий договоров с клиентами -- непредоставление услуг связи", которое было прекращено, скорее всего, не без участия Волгоградских УГСН и УФСБ...

"БСК" в течение двух недель устраняет все нарушения, кроме одного: СОРМ на своем узле передачи данных в виде тотального контроля и управления со стороны УФСБ оно так и не внедряет. Для возобновления предоставления услуг связи клиентам строится новый канал связи с Москвой.

20 июля 1999 года Н.В.Мурзаханов пишет на имя Прокурора Волгоградской области В. Ф. Шестопалова жалобу на незаконные действия сотрудников УФСБ и Госсвязьнадзора. К этому времени в поддержку позиции ЗАО "Байярд-Славия коммуникэйшнс" выступают общественные организации "Гражданский контроль" и Фонд защиты гласности, вступившие в переписку по данному поводу с органами прокуратуры в Москве и Волгограде. Появляются публикации в прессе, в частности, в газетах "Новая газета", "St.Petersburg Times", "Московские новости", "Moscow Times", "Новые Известия" и в ряде других. Подробно эта история отражается на web-страницах libertarium.ru. Факт стремления спецслужб осуществлять тотальный и незаконный контроль за обменом информацией в сетях связи становится достоянием общественности, с которой в наше время спецслужбам скрепя сердце приходится считаться.

"Гражданский контроль" ведет переписку с организациями, которые по приказам Минсвязи курируют техническое внедрение СОРМ и СОРМ СДЭС, в частности, сертификацию соответствующих аппаратных средств, в надежде получить авторитетное подтверждение того, что технически спецслужбам предоставлена возможность осуществления несанкционированного доступа к информации, которая циркулирует в сетях связи. Однако, со ссылками на необходимость соблюдать конфиденциальность и на юридическую некомпетентность, "Гражданский контроль" получает вежливый отказ в предоставлении технических консультаций.

Между тем 17 августа 1999 года Волгоградское УГСН выписывает заключение, в котором, аргументируя тем, что СОРМ так и не внедрен, рекомендует лицензию " 5769, принадлежащую "БСК", приостановить.

18 августа 1999 года из прокуратуры Волгоградской области приходит ответ на жалобу генерального директора "БСК", в которой и.о. начальника управления по надзору за расследованием преступлений прокуратуры Волгоградской области В.К.Соловьев сообщает, что "в действиях сотрудников УФСБ по Волгоградской области нарушений законности не усматривается". Однако уже 25 августа 1999 года тот же В.К.Соловьев в своем письме на имя генерального директора ЗАО "БСК" Н.В.Мурзаханова сообщает, что доводы "БСК" о несогласии с привлечением к административной ответственности прокуратурой области проверены и нашли подтверждения. В.К.Соловьев сообщил также, что им направлено заявление в Центральный районный суд г. Волгограда о признании недействительным Постановления от 20.04.1999 г., выписанного начальником УГСН В.С.Петровым.

Судебное заседание было назначено на 17 сентября 1999 года. Однако В.С.Петров в суд не явился, а генеральному директору "БСК" в присутствии председателя суда сотрудником Госсвязьнадзора было вручено постановление, подписанное В.С.Петровым задним числом (8 сентября 1999 года), в котором он собственноручно отменил собственное Постановление " 5 от 20 апреля 1999 года, налагающее административное взыскание на генерального директора "БСК" Н. В. Мурзаханова.

С одной стороны, казалось бы, не все так плохо, но представление В.С.Петрова на отзыв лицензии у "БСК" находится в Москве, в Госкомсвязи РФ, с 17 августа 1999 года.

16 ноября 1999 года Н.В.Мурзаханов обращается в Волгоградское УГСН и сообщает, что круглосуточный доступ в Интернет для клиентов "БСК" возобновлен, а также подчеркивает, что отказ внедрять СОРМ с нарушениями действующего законодательства не может служить основанием для приостановления лицензии, и просит сообщить, доведено ли действительное положение дел до Госкомсвязи, которому направлено представление об отзыве лицензии.

22 ноября 1999 года Волгоградское УГСН сообщает, что приняло к сведению факт возобновления предоставления услуг клиентам "БСК", и далее указывает:

"При этом напоминаю, что правовой основой внедрения СОРМ на сетях электросвязи России являются:

  • Конституция Российской Федерации (ст. 23),
  • Федеральный закон "Об оперативно-розыскной деятельности" (ст. 4, 6).
  • Федеральный закон "Об органах Федеральной службы безопасности Российской Федерации" (ст. 13 и 15),
  • Федеральный закон "О связи" (ст. 14),
  • Указ Президента Российской Федерации "Об упорядочении организации и ведения оперативно-розыскных мероприятий с использованием технических средств от 1.09,95 " 891.

Вами остался не выполнен п. 36 указанного выше предписания. Невыполнение условий осуществления деятельности по лицензии в части требований по СОРМ, в том числе невыполнение в срок пунктов "Плана мероприятий по внедрению СОРМ", является основанием для предоставления документов на приостановление (прекращение) действия лицензии. Решение о приостановке действия лицензии принимается не территориальным Управлением Госсвязьнадзора, а Министерством связи и информатизации РФ. О принятом решении Вас известят".

И верно. Хотя из перечисленных ссылок на нормативные документы вовсе не следует, что ФСБ и связисты имеют право создать систему, обеспечивающую оперативникам реальную возможность несанкционированного доступа к информации, распространяемой по сетям связи, органы, оказывающие давление на ЗАО "БСК", продолжают отстаивать правомочность своих противозаконных действий. 12 января 2000 года Н.В.Мурзаханов получил письмо, содержащее выписку из Протокола заседания Лицензионной комиссии Гостелекома России на деятельность по связи от 11.11.99, где в пункте 6.4 ("Приостановить действие лицензии в связи с нарушением Условий лицензии сроком на 90 дней со дня комиссии") значится и позиция: "" 5769 ЗАО "Байярд-Славия Коммуникэйшнс" (невыполнение условий по внедрению СОРМ)".

Донос сработал.

Но "БСК" не сдается. Фирма обратилась, в соответствии со статьей 22 Арбитражно-процессуального кодекса РФ, в арбитражный суд по месту принятия решения, т.е. в Москву, с иском о признании недействительным решения об отзыве лицензии, выданной юридическому лицу ЗАО "БСК", а по месту жительства -- с иском об обжаловании и неправомерных действий управления ФСБ и местного Госсвязьнадзора, ущемляющих права граждан и вынуждающих "БСК" совершать противозаконные действия по внедрению СОРМ.

liberty@ice.ru Московский Либертариум, 1994-2019