22 сентябрь 2017
Либертариум Либертариум

cashflow, workflow и их секьюритизация - нефирменные способы организации производства

Тезисы к докладу на заседании междисциплинарного семинара "Новые финансовые инструменты", 18.06.1998
Развитие информационных технологий настолько резко снижают транзакционные издержки, что должны появиться новые формы институализации производства.

Рабочее название темы доклада было "плоские корпорации" - как отражение того факта, что жесткие иерархизированные ("неплоские") менеджерские схемы управления производством начинают уступать другим (основанным на стандартных протоколах взаимообслуживания сетевым, неиерархическим, "плоским") схемам. При поиске тех структур, которые более ясно могли бы характеризовать причины подобного сдвига, ясно видимого в ежедневной корпоративной жизни, было найдено, что обсуждать нужно новейшие техники (дисциплины, предметные области), применение которых приводит к драматическому снижению транзакционных издержек на организацию деятельности людей по производству материальных ("хлеба") и нематериальных ("зрелищ") благ:

  • workflow - ход работ, последовательность формальных шагов работы, проходящая через людей и компьютеры, что-то вроде сложного и разветвленного "конвейера", в который включены не только сугубо производственные, но и информационные операции, способ думать о работах, как таковых;
  • cashflow - ход проплат, поток наличности - понимание, что финансовое обеспечение любого проекта распределено во времени, как последовательность получения денежных сумм и других ресурсов, а также их расходования. Связанные концепции позволяют численно определять для проектов-процессов степень их выгодности;
  • секьюритизации - процесс инструментализации отношений собственности на редкие ресурсы - эмиссии специальных обращаемых прав на изначально малоликвидные и/или недробимые редкие ресурсы, внесение уровня косвенности во владение, стандартизация коллективного владения редкими ресурсами. Секьюритизация применима, в том числе, к финансовым ресурсам - например, к будущим доходам от будущих продаж.

За каждой из этих дисциплин (техник, предметных областей) стоит большая предметная область, множество теорий и понятий, обширная человеческая практика. Все три дисциплины существовали, как и проза, всегда - но не были названы ранее. Все три дисциплины достойны освещения в отдельных докладах (надеюсь, это будет сделано). Но в настоящем докладе будет произведена попытка показать их взаимосвязи.

Классическая фирма ("неплоская", иерархия работников, корпорация) появилась, как специфический метод снижения транзакционных (непроизводственных) издержек (впервые предложено нобелевским лауреатом Рональдом Коузом). Фирма - это набор общепринятых стандартов и протоколов, в терминах которых люди научились организовывать свою деятельность. Сами фирмы действуют на рынке, как лица. С другой стороны - для фирмы, как "объекта" существуют стандартные методы обеспечения владения (фирмой), а также методы организации работ внутри фирмы (найм на рабочие места, менеджеры и т.п.). Отработаны также методы финансирования (включая принцип ограничения ответственности, акционерный принцип получения капитала).

За последние 20 лет с фирмами произошли фундаментальные изменения:

  • Критерием оценки стоимости фирмы стал положительный поток наличности(денежный поток, cashflow) который фирма обеспечивает акционерам - множество других критериев оценки сдулись, как мыльные пузыри. Фирмы стали рассматриваться инвесторами не как сумма фондов (активов) и сотрудников - капитал+люди, а как генераторы денежного потока - организаторы инвестиций. С этого момента балансы стали нужны только для налоговой инспекции - они перестали как-то связываться с производством, обеспечением производства финансами и учетом финансовых результатов этого производства. Затраты и прибыли поэтому начали считать не по подразделениям фирмы, а по проектам (денежным потокам) - для лучшего учета выгодности ведения дел. Те фирмы, которые не смогли приспособиться к такому изменению взглядов инвесторов на критерии внутрифирменного финансового управления, быстро лишались инвестиций. От лиц с их балансами акценты учета и управления перешли к процессам (workflow), от активов-пассивов (балансов на фиксированные моменты времени) к графикам получения денег и их трат (cashflow) и учету сопутствующих производственных и рыночных рисков (дисконтирование). Предметная область инвестирования и менеджмента на основе анализа cashflow слились, появились новые профессии финансовых менеджеров, финансовых аналитиков и предметная область корпоративных финансов.
  • По мере организации рынков и становления стандартов рыночного поведения, а также по мере понимания важности консорциумальной (то есть цеховой, между конкурентами) стандартизации товаров и услуг, рыночная модель организации производства стала приложима к гораздо большему числу промежуточных продуктов производства. Сырье, полуфабрикаты, запчасти и т.д. раньше делались преимущественно в интегрированных вертикально внутрифирменных цепочках, обеспечиваемых не столько рынком, сколько инженерно и менеджментом. Теперь же все продукты и услуги сопровождаются "метаинформацией", и часто можно выбрать несколько поставщиков на один и тот же "высокоспецифичный" товар. Типичным организационным отражением подобной производственной модели стало добровольное дробление крупных корпораций в нечто "холдингоподобное", а также появление концепции профит- и кост-центров, а также понятий "корпоративный предприниматель". А поскольку товары стандартизируются, а затраты считаются на буквально все, то появляется возможность аутсорсинга (то есть опять-таки шаг к "разборке" фирмы в пользу рынка). Про аутсорсинг, пожалуй, можно тоже делать отдельный доклад: в определении аутсорсинга прямо говорится о том, что границы фирмы размываются (аутсорсинг - заказ у сторонних поставщиков таких сервисов, которые традиционно выполнялись внутри фирмы).
  • Появились современные способы организации производства и управления, которые рассматривают фирму не столько, как набор служб, сколько как набор бизнес-процессов. Это направление сейчас институализировано как подход business process reengineering (BPR) и существуют тысячи консультантов, внедряющих такое мышление на все новых и новых производствах. Крайне важно при таком подходе, что все бизнес процессы напрямую направлены на удовлетворение потребностей клиента. Генерируемые этими процессами ходы проплат при этом опираются на покрытие затрат непосредственно клиентами в рамках рыночной модели). Для этих бизнес-процессов стала возможна организация выполнения работ общего вида - путем введения понятия workflow (про связь BPR, workflow management и information technology см. отдельную мою статью).
  • Появились новые инвестиционные методы - например, франчайзинг (децентрализованные несекьюритизированные инвестиции в единое производство со множеством однотипных workflow + cashflow). Франчайзинговая организация выглядит со многих точек зрения (общность производственных технологий и даже управления) так же, как и просто фирма. Но производство и маркетинг тиражируем за счет жестких стандартов. И инвестиции не проходят через "центральный офис"! Каждый франчайзи инвестирует свой производственный процесс сам. И получает за эти инвестиции свой дивиденд. Но дивиденд (в виде ройялти) получает от этих инвестиций и "центральный офис" - имеется ввиду не только плата за реально оказываемый сервис и "ноу-хау", но и плата за "торговую марку". Повторимся - франчайзинговая сеть работает, как единая фирма, но собственность и финансы организованы абсолютно на других принципах.
  • Профессия менеджера была окончательно понята - как человека, наиболее рационально использующий имеющиеся ресурсы, независимо от их типа. Были разделены понятия профессионала в какой-то предметной области (носителя ноу-хау и генератора идей) и менеджера, который профессионал в предметной области управления. Также были выделены профессии (и - следовательно - стандарты деятельности и критерии оценки деятельности, выделены лучшие практики и написаны учебники) по маркетингу, public relations, управлению персоналом (human resources) и, как уже говорилось, финансовому анализу;
  • Появились первые признания того, что преданность должна быть не столько фирме, сколько профессии и этическим стандартам (на материале анализа ценности свободных переходов специалистов и менеджеров между фирмами в Кремниевой Долине - это было настоящим открытием для американских специалистов по управлению).

Эти нововведения приближали фирмы к рынку. Фирмы тихонько растворялись и теряли свои монстрообразные контуры под напором рынка. Иерархии стремительно уплощались.

Рыночная конкуренция в результате проникла глубоко внутрь длинных производственных цепочек, и - вследствие этого - организационная гниль, накопившаяся в производстве, начала довольно быстро вычищаться. Более того, сам процесс нахождения (или - что сегодня более точно - привития) новых потребностей в значительной мере стандартизован за счет выделения маркетинга, как отдельной предметной области. Организация научного и инженерного процессов стандартизованы настолько, что время смены технологий сравнима со сменой продуктов. Это сильно оздоровляет ситуации с "естественными монополиями".

Рынок приблизило к фирмам появление Интернета. Маленькой специализированной фирме, как остатку былой громадины-корпорации было весьма трудно выйти на рынок со своими новыми продуктами. Дело даже не в сильной конкуренции - просто найти "своих" нишевых потребителей в нынешнем мире не так-то просто. Спрос может ходить по соседней улице и не знать, что через пару стенок по нему страшно тоскует предложение. Интернет явился "великим уравнителем". Теперь даже не слишком требовательный покупатель найдет за несколько минут множество предложений по интересующему его товару - предложений как больших фирм, так и маленьких. В пределе - предложений отдельных людей и групп людей, имеющих "нефирменную" организацию, но могущих предложить продукт/услугу.

Более того, впервые появился информационный сектор общественного хозяйства: сектор, помогающий организовать транзакционный сектор так же, как транзакционный сектор организовывает производственный сектор. Это прежде всего связано с новыми и новейшими информационными технологиями, а также новыми и новейшими финансовыми теориями. Важно, что различие производственного и транзакционного сектора является относительным (то, что производство для одних - транзакционный сектор для других). Но методологически важно в таких ситуациях рассматривать не пару секторов, а их тройку(первый, промежуточный и последний).

После перехода к современным методам финансового анализа (корпоративным финансам) фирмы стали тяготеть к рассмотрению любых своих активностей, как инвестиционных - и, соответственно, стали вводить учет доходов и затрат по проектам, а не по бизнес-подразделениям. Информационный сектор немедленно предложил облегчающий этот переход инструментарий: компьютерные системы управленческого учета и воркфлоу, системы биллинга, groupware. Этот инструментарий позволяет легко (нажатием кнопки) выполнять действия, которые раньше требовали существенных транзакционных затрат. То, что раньше в области организации производства было невозможно, стало не просто возможно, а легко (быстро и дешево). Данный инструментарий превратился в инфраструктуру (главное свойство инфраструктуры - ее единообразность и повсеместность). Новым методам организации производства массово учат, компьютеры и связь уже не "внедряются", а, пожалуй, "внедрены" (это, конечно, пока не относится к российской глубинке - но уже верно по отношению к Москве).

В итоге организовать людей на удовлетворение какой-либо общественной потребности (в том числе, заметим, и найти начальные инвестиции) стало во много раз дешевле и быстрее, чем буквально пяток лет назад. Это верно по отношению не только к России, где можно списать отсталость пятилетней давности на 70 лет торможения, но также верно и по отношению к Америке - сегодняшнее положение дел вызывает у самих американцев шок. Циклы внедрения новых продуктов и технологий (например, цифровой фотографии) сократились во много раз, появилось понятие интернет-года (один квартал), горизонты планирования сильно приблизились. С другой стороны, даже очень крупные корпорации сегодня умеют "развернуться" на полном ходу (достаточно вспомнить разворот Microsoft в сторону Интернет или Kodak в сторону цифровой обработки изображений).

С другой стороны, общество сообразило, как использовать эффект от network externalities (этот термин отражает примерно квадратичное повышение полезности сети в зависимости от числа подключенных к сети участников). Использование производителями этого эффекта порождает сегодняшние проблемы с "монополистическим" поведением людей, создает "олимпийскую" систему бизнеса, в которой победитель получает все (типичный пример - сегодняшний стандарт с "монополистом" Microsoft).

Это свойство крайне важно именно для транзакционного сектора - где товары и услуги в основном информационны и легко воспроизводятся и копируются. Получается замкнутый круг - чем лучше люди учатся организовывать производство, тем быстрее они улучшают это улучшение...

Вообще, человечество всегда хотело хлеба и зрелищ для полного счастья. Хлеб сегодня обеспечивают 2% населения, занятые в сельскохозяйственном производстве. Я думаю, что с остальными насущными потребностями человека успешно справятся еще 8% населения. Возникает больной вопрос - чем занять остальные 90%? Традиционно, чем сложнее были производимые продукты и услуги, тем больше сил и людей требовалось, чтобы организовать этот процесс общественного производства. Транзакционный сектор рос, достигнув в США более половины населения. Теперь прогресс касается не только продуктов и технологий их получения, но и - в гораздо большей степени - способов организации этого производства. Дисинтермедиация весьма скоро приведет к тому, что на рынке будут присутствовать отдельные freelance менеджеры и финансисты, которые будут порождать проекты (workflow, производственные цепочки, рабочие процессы), обеспеченные рынком и инвестициями. А крупные объекты собственности (станки, например, или здания) будут секьюритизированы по отдельности и непосредственно - без промежуточных механизмов типа фирмы. Какими другими механизмами? Не могу представить: но курортная система timeshare дает некоторое представление о возможных вариантах секьюритизации крупных производственных объектов их "арендаторами". Лизинг - это еще один способ работы с дорогими средствами производства. На рынке труда тоже происходят катастрофические изменения. В части случаев уже непонятно, чьи сотрудники работают на "фирме" - сотрудники "рекрутингового" агентства, или сотрудники собственно фирмы (ситуация в этих случаях подозрительно похожа на сдачу сотрудника "в аренду" или даже еще более цинично - "напрокат").

Итак, важно - существуют рабочие процессы по производству продуктов/сервисов (существуют workflow), к которым привязан некоторый учет движения денег. Существование этих рабочих процессов может быть проинвестировано с учетом того, что приведенная стоимость этих инвестиций будет положительна. В фирме эти процессы, вне фирмы или между фирмами - это уже волнует мало, сама фирма как форма перестала давать существенное преимущество и удешевление производства по сравнению со многими другими формами институтов.

Это должно привести к тому, что клей капиталистической системы производства (фондовый рынок, механизм сбора и перераспределения капитала для свертывания старых и разворачивания новых производств) должен поменять свой состав - склеиваемые объекты (ранее - акционерные общества, фирмы) поменялись. Эмитенты ценных бумаг сегодня другие - они все больше и больше напоминают собой "плоские" корпорации, которые (по большому счету) корпорациями не являются. Поэтому финансовые инструменты для организации системы собственности и финансирования гораздо более эфемерных сущностей (инвестиционные проекты, рыночно-ориентированные воркфловинки) должны быть другие.

Итак, требуется новое понимание собственности "на средства производства" - ибо в существующей рыночной ситуации производство уже неотделимо от возможностей маркетинга, и финансируется только то, что можно выгодно продать. А выгодно продать можно то, что имеет значимую торговую марку, брэнд, репутацию. Поэтому можно вводить новое понимание венчурных проектов: это такие проекты, которые еще не имеют раскрученной торговой марки. Вообще, раскрученность торговой марки - это гораздо более ценный "актив", чем само производство. Ибо типовой менеджер и инженер, пользуясь такой торговой маркой легко создадут продажи - положительный cashflow. Типичный пример - это покупка фирмы Mirabilis корпорацией AOL за $300млн. - фирма создала известную торговую марку, хотя ничего не продала. И сама фирма ничего продать не может (сама фирма - это всего 50 человек). Но AOL на эту торговую марку вполне чего-нибудь продаст - и была готова за это заплатить $300млн.

Еще один пример - фирма RAMBUS, торгующая собственным ноу-хау (патентами) по технологии компьютерной памяти. Продажи в этой фирме - около 19млн.долларов в год в расчете на одного работающего. Сотрудники фирмы - это очень небольшая группа ученых и инженеров, продающих свои размышления. "Активы" фирмы крайне малы (я думаю, что офис фирмы и даже мебель - арендные, остаются только компьютеры :) Можно представить себе стоимость этой фирмы. Но что будет, если ее собственники-основатели-исследователи уйдут из фирмы? Какая будет стоимость фирмы?

Даже Билл Гейтс имеет собственную торговую марку и представляет собой человека-фирму. Рыночные ожидания - при уходе Билла Гейтса из Microsoft по любой причине рынок ожидает падения цен на акции MSFT втрое. Если рынок чего-то ожидает, то обычно оно сбывается (закон рациональных ожиданий). Тогда задается вопрос - а что же представляет тогда собой 22-тысячный коллектив Microsoft, если стоимость фирмы так зависит от одного человека? Правда ли, что Билл Гейтс сам по себе - фирма, размером в две трети Microsoft?

Инвесторы уже требуют новых форм организации финансирования - секьюритизация старых производственных фирм такими инструментами, как акция и дополнительное финансирование такими инструментами, как облигация еще не исчерпало себя, но уже не так адекватно подлежащим "активам". Эмитент, однако, нынче пошел другой - когда слегка, а когда и не слегка (об этом подробнее в содокладе В.Агроскина).

Нужно сформулировать новые объекты (не-фирмы), в терминах которых будет осуществляться купля-продажа производства. И при этом учесть тенденцию дисагрегации объектов купли-продажи. Товары с нагрузкой никогда никому не нравились. Поэтому уже сегодня можно поторговать не только целой фирмой, не только кусочками фирмы (пакетами акций), но и кусочками потенциала фирмы генерировать cashflow. Именно этим (способностью торговой марки фирмы генерировать поток продаж) торгуют по ОЕМ-соглашениям. И уважаемая фирма Lexmark поставляет свои принтеры фирме Compaq, продолжая торговать этими принтерами под своей не менее уважаемой торговой маркой. В бизнес-прессе все активней обсуждается связь между "раскрученными" трейд-марками и возможностью генерировать положительный cashflow. Появился даже новый тип предприятий, который просто профессионально работает с трейд-маркой (такие, как ViewSonic или Довгань) - эти предприятия не имеют ни собственных производств, ни собственной торговой сети. Они покупают оптом понравившиеся им продукты, обеспечивая на нах свою трейд-марку, а затем перепродают оптом же известным дилерским сетям. Разница в цене и генерирует кэшфлоу. Производственный расход - на поддержание торговой марки.

Таким же новым типом "активов" является возможность создавать и сопровождать стандарты, ибо это создает возможность присоединения многих независимых участников (создает сети), а это генерирует дополнительную ценность (network externality).

Со всеми этими новыми нематериальными типами "активов" (фондов) инвесторы и производственники еще не разобрались, и сегодня время задания прецедентов, а не время активного использования этих новых форм. Другое дело, что каждый день создает новые и новые прецеденты. А активное использование новых форм начнется через 3-5 лет.

Понимание связи cashflow, workflow и секьюритизации позволяет сформулировать программу исследований по этим вопросам:

  • Выделение новых типов производственных "фондов" и связь их с генерированием cashflow - трейдмарк, стандарт, копирайт, патент, менеджерское умение, профессионализм в предмете, понятность в доходах-расходах (легкость аудита со стороны инвесторов а также раскрытие информации), умение осуществить маркетинг товара/услуги;
  • Для каждого из этих новых типов производственных "фондов" - определение особенностей управления этими "редкими ресурсами", выделение границ этих активов, режим собственности, поведения во времени, критерии определения стоимости таких активов, особенности появления и исчезновения, производственные процессы и профессионализация по созданию таких активов и их использованию, лицензирование подобных активов;
  • Финансовая инженерия инструментов для новых типов активов (секьюритизация). Элементарные права по таким активам и их агрегация. Организация рынков таких активов. Пулинг и страхование, производные финансовые инструменты - различные способы управлять рисками при инвестировании в подобные активы. Особо - различие финансовых инструментов для секьюритизации <процессов-проектов+cashflow> противу <фирм+балансов>;
  • Создание русскоязычной терминологии как для совсем новых дисциплин, так и для тех дисциплин, где англоязычная терминология уже устоялась (например, финансовый анализ и корпоративные финансы);
  • Операции над подобными объектами (например, варианты агрегации cashflow и подлежащих workflow, техники менеджерского перераспределения ресурсов (пулинг, бюджетирование для cashflow, заведение новых проектов с ассоциированными с ними cashflow и их отпочкование от "старых". Проектные аналоги холдингов для фирм (ассоциации связанных и родственных workflow и cashflow);
  • Связывание финансовой (cashflow) и производственной (workflow) действительностей. Новые (не-фирмы) типы институтов (производственные и исследовательские консорциумы, соглашения и т.д. - нужно искать там).
  • Понимание сетевых объектов и протокольно-сетевой организации финансирования и производства с появляющейся от этого дополнительной стоимостью (network externality).
  • Отличие демократии + регулирования на рынке от инструментального голосования + управления в производственном институте (даже сейчас: насколько можно допускать демократические процедуры на собрании акционеров? А голосование согласно владению долей на рынке на собрании саморегуляторов?).
liberty@ice.ru Московский Либертариум, 1994-2017