17 декабрь 2018
Либертариум Либертариум

Что нужно оставить рынку, а какие задачи должно решать государство? На этот вопрос трудно ответить, пока мы не определили, что понимается под рынком и государством. Чтобы сделать разумный выбор, необходимо знать, каковы наши возможности; выбор между рынком и государством далеко не так прост, как можно заключить из дебатов о государственной политике.

Частный или общественный?

Большинство общепринятых противопоставлений между рыночной системой и государством не оправдывает себя при внимательном рассмотрении. Прежде всего, рынок обычно характеризуют как частный сектор, а государственные агентства и служащих относят к общественному сектору. О чем здесь идет речь? Конечно, не имеется в виду, что потребители и управляющие деловых фирм преследуют частные интересы, в то время как каждый, кто работает в государственном учреждении, заботится об интересах общественных. Сенатор, который заявляет, что "общественные интересы" управляют всеми его решениями, в действительности руководствуется своим личным представлением об общественном благе, тесно переплетенным с самыми различными его частными интересами -- перевыборами, взаимоотношениями с коллегами, с прессой, заботой о своем общественном имидже, местом, которое будет ему отведено в исторических исследованиях. Сенаторы могут быть меньше, чем руководители деловых фирм, заинтересованы в максимизации своих частных денежных доходов, но, вероятно, они в среднем более заинтересованы в приобретении престижа и власти.

То же самое можно сказать о любом работнике государственного учреждения, будь то официальное лицо высокого ранга в государственной комиссии или служащий, только начинающий свою карьеру с самой низкой ступени. Как бы возвышенны, благородны и бескорыстны ни были официальные цели государственного учреждения, его повседневная деятельность определяется решениями, которые принимаются простыми смертными под влиянием стимулов, очень схожих с теми, которые действуют в частном секторе. Более того, в последние годы о своей особой приверженности "общественным интересам" заявляли руководители многих ведущих корпораций, стремясь убедить нас, что основным критерием для них при выработке политики является не максимизация прибыли, а выполнение обязательств перед обществом. Не следует поэтому доверять всем риторическим заявлениям о противоположности частных и общественных интересов. Важнее выявить те стимулы, которые в действительности влияют на принимаемые людьми решения.

Конкуренция и индивидуализм

При внимательном рассмотрении ряд других общепринятых противопоставлений между рынком и государством также становится менее ясным. Рыночный сектор часто называют конкурентным. Но, как демонстрируют каждые выборы, конкуренция есть и в государственном секторе. В любом государственном учреждении существует конкуренция между служащими за продвижение. Конкуренция возникает между государственными учреждениями, соперничающими за более высокие ассигнования. Постоянно конкурируют две главные политические партии. Исполнительная власть сталкивается в конкурентной борьбе с законодательной, члены Конгресса конкурируют за должности в комитетах, даже судьи в округе конкурируют друг с другом в надежде добиться впоследствии назначения в суд более высокой инстанции. Наконец, члены Верховного суда, пожизненно сохраняющие самое высокое положение для людей их профессии, -- не конкурируют ли они за репутацию в глазах авторов газетных передовиц и профессоров юридических факультетов?

Иногда утверждают, что отличительной чертой рыночного сектора является индивидуализм. Но что такое "индивидуализм"? Многие из тех, кто занят в рыночном секторе, приходят в крупные корпорации сразу же после окончания школы и работают там до выхода на пенсию. Тогда существует ли сколько-нибудь серьезное различие между работой в качестве служащего Управления по социальному обеспечению в Балтиморе или карьерой агента страховой компании в Хартфорде? Когда после второй мировой войны Великобритания экспериментировала с национализацией, денационализацией и ренационализацией своей сталелитейной промышленности, большинство из работавших там людей (так же, как и многие другие) не могли понять, в чем здесь разница. Некоторым из тех, кто заседает в залах Конгресса, кажется, более присущ эгоизм (или, во всяком случае, индивидуализм), чем людям, занятым в бизнесе.

Экономическая теория и действия государства

Экономическая теория пытается объяснить функционирование общества, исходя из предпосылки, что все участники преследуют свои собственные интересы и стараются при этом действовать рационально. Правило равенства предельных издержек и предельной выручки, которое было представлено в 9-й главе, но которое мы фактически используем повсюду в этой книге, -- всего лишь формальное выражение этих предпосылок: условием успеха в достижении личных интересов является расширение тех видов деятельности, где предельная выручка превышает предельные издержки, и свертывание любых видов деятельности, если предельные издержки больше, чем предельная выручка. Как мы уже подчеркивали, экономисты не считают, что к издержкам и выручке (или выгоде), которые учитывают потребители и производители, относятся только деньги и материальные блага или что люди преследуют узкие и эгоистические интересы. Экономическая теория может пролить свет на социальные процессы, связанные с преследованием интересов любого рода <единственным исключением может быть заинтересованность в хаосе. Если бы люди в обществе не ценили рациональность, а отдавали предпочтение причудам, случайностям и бесполезным действиям, экономическая теория почти потеряла бы свою предсказательную силу. Соответственно, ее предсказательная сила выше в тех областях общественной жизни, где решения принимаются наиболее обдуманно. -- Прим. авт.>. Применимо ли все это к исследованию целей и социальных процессов, которые определяют направление государственной деятельности?

Мы считаем, что да. Принципы взаимодействия в обществе, которые управляют производством "Таймc" или "Ньюсуик", и те, которые управляют производством Бюллетеня Федеральной резервной системы, не так сильно отличаются друг от друга, как обычно предполагают. Государство, как и частные фирмы, производит товары и услуги. Для этого государству необходимо приобретать производственные ресурсы, стоимость которых определяется ценностью того, что могло бы быть произведено при их наилучшем альтернативном использовании. Поэтому государство, как и частные фирмы, должно участвовать в торгах (bid) за необходимые ему ресурсы и предлагать владельцам этих ресурсов адекватные стимулы. Следует заметить (мы еще вернемся к этому), что государство может использовать как негативные, так и позитивные стимулы: например, угроза тюремного заключения может быть основным стимулом для некоторых людей, когда они принимают каждую весну решения о том, какую часть своего дохода предоставить Внутренней налоговой службе. Компания "Юнайтед Вэй" подобный стимул использовать не может. Государство даже сталкивается с проблемой реализации произведенной продукции и выбора цен, хотя цены в денежном выражении играют значительно менее важную роль при распределении государственной продукции. Но, несомненно, существуют кривые спроса на производимые государством блага, и поскольку эти блага, как правило, являются редкими, они, несомненно, должны распределяться согласно некоторым дискриминирующим критериям. Следовательно, люди, предъявляющие спрос на предлагаемые государством блага, будут стараться получить эти блага, купить их по установленной цене.

Главное преимущество подобного подхода к рассмотрению деятельности государства в том, что, в противоположность существующей тенденции, государство не предстает здесь как deus ex machina: Богом посланная власть, которая способна, как по волшебству, устранить любые трудности, как это делает драматург в последнем акте каждой комедии. Наш метод делает представления о государстве более реалистичными.. Он стимулирует нас исследовать условия, позволяющие государству эффективно работать в каждом конкретном случае, а не останавливаться на предположении, что государству всегда удается добиться того, чего оно желает, и поймать то, за чем оно охотится. Такие утверждения неверны уже потому (и нам напоминает об этом выбранный метод), что государство не есть некая абстрактная целостность; государство -- это множество отдельных людей, взаимодействующих друг с другом в соответствии с существующими правами собственности.

Если вы недоумеваете, что общего может быть у прав собственности с поведением государства, вы, вероятно, на мгновение забыли, что экономисты используют понятие права собственности для описания правил игры. Каждый участник деятельности правительства, от выборщиков и государственных служащих до президента, имеет определенные представления о том, чем могут заниматься выборщики, служащие и президент. Эти представления основываются на правах собственности. Может быть, лучше заменить права собственности на представления людей о том, что им "сойдет с рук" в каждой ситуации. К сожалению, в такой формулировке поведение людей может показаться эгоистичным и неэтичным, а мы этого вовсе не утверждаем. Но зато наше пояснение хорошо выражает основную идею концепции имущественного права: действия, которые предпринимают люди, зависят от их ожиданий относительно последствий этих действий, от возможной предельной выручки и предельных издержек в случае выбора того или иного решения. Это происходит и в здании Сената, и на Нью-йоркской фондовой бирже. Чтобы понять эти два мира, важно уловить суть различий в правах собственности сенаторов и биржевых брокеров.

Право использовать принуждение

Существует один отличительный признак государства, который не исчезает и не становится менее очевидным даже при внимательном рассмотрении. Государство обладает общепризнанным и исключительным правом принуждения по отношению к взрослому населению. Право это считается общепризнанным, но признается не всеми; его оспаривают радикальные анархисты, а также те, кто в принципе согласен с необходимостью государства, но отвергает как незаконную власть того конкретного государства, в котором они живут. Это исключительное право, т. к., по известному выражению, "люди не вольны своими руками творить закон"; если требуется прибегнуть к принуждению, то надлежит обратиться к представителям государственной власти (полицейским, судьям, законодателям). Право к принуждению взрослого населения принадлежит исключительно государству, в то время как право принуждать в определенных ситуациях своих детей обычно признается за родителями.

Что понимается под принуждением? Мы уже "тайком" дали определение принуждению, вынеся его в вопрос для обсуждения в конце 11-й главы. Принуждать -- это значит склонять людей к совместной деятельности, ограничивая свободу их выбора. Альтернативным способом стимулирования совместной деятельности является убеждение. Убеждать -- значит склонять людей к совместной деятельности, расширяя свободу их выбора.

В ряде случаев может оказаться трудным однозначно отнести определенные действия к принуждению или убеждению. Так часто случается в ситуациях, где замешан действительный или предполагаемый обман; т. е. когда мы расходимся относительно того, как люди в действительности представляли свой выбор, когда их склоняли к совместной деятельности. Или мы можем иметь различные мнения о том, какие права должны предоставляться людям. Но в общем случае это определение помогает понять, применялось или не применялось принуждение при попытках оказать влияние на поведение людей. Право ограничивать возможности выбора, ограничивать личную свободу, отнимать у людей часть их прав для того, чтобы добиться осуществления совместной деятельности, мы признаем только за государством.

У принуждения -- плохая репутация, т. к. большинство из нас считает (во всяком случае, нам самим так кажется), что людям, в общем, должно быть позволено делать то, что они хотят. Кроме этого, принуждение предполагает существование власти, а многие из нас автоматически неприязненно реагируют на любые притязания на власть. Но правила дорожного движения, указывающие нам, что следует ехать по правой стороне и останавливаться на красный свет, одновременно и принуждают нас, и... расширяют нашу свободу. Свобода наша расширяется потому, что принуждению подвергаются и другие люди. И все мы добираемся, куда нам нужно, быстрее и безопаснее, т. к. подчиняемся "принуждению" правил дорожного движения. Так традиционно строится защита государства и его права использовать принуждение: все мы сможем добиться большей свободы (более широкого выбора), если примиримся с ограничениями нашей свободы (и нашего выбора).

Необходимо ли государство?

Но обязательно ли прибегать к принуждению? Нельзя ли добиться тех же результатов, полагаясь на добровольную совместную деятельность? Как было показано в нашей книге, главным механизмом согласования действий в обществе является добровольный обмен. Почему же добровольный обмен не может остаться единственным стимулом, склоняющим людей к совместной деятельности? Серьезная постановка этого вопроса и размышление над ним помогут нам осознать возможности и ограничения в использовании различных средств, с помощью которых мы стремимся достичь своих целей.

Можно подойти к этому вопросу следующим образом: давайте представим, что бы произошло, если бы в нашем обществе совсем не было государства. Какие бы проблемы возникли? Было бы приостановлено выполнение каких-то важных задач? Могли бы люди справиться с этими проблемами и решить эти задачи, действуя индивидуально или в добровольных ассоциациях? Хороший пример, с которого можно начать, чтобы во всем разобраться, -- это полиция. Исчезла бы полиция, если бы не было государства? Очевидно, этого бы не произошло, т. к. в настоящее время существуют частные полицейские формирования. Но они усиливают основную систему безопасности, создаваемую государственной полицией, обеспечивая дополнительную защиту для тех, кто в ней заинтересован и готов за нее платить. Может ли основная система быть создана без участия государства?

Как исключить неплательщиков

А почему бы и нет? Если бы не было государства, то люди, которые хотят, чтобы их защищала полиция, могли бы просто купить эту услугу у частных полицейских агентств, -- точно так же, как это делают сейчас люди, которых не удовлетворяет услуга, предоставляемая государством. Могла бы эта система оказаться даже более справедливой, чем та, которую мы имеем в настоящее время? Люди, которые обладают значительной собственностью, требующей защиты, и у которых нет времени, желания или возможности самим ее защищать, должны были бы платить за эту услугу. Тем, кто владеет немногим или вполне может сам охранять свою собственность, не пришлось бы платить налоги на содержание полиции, которая в действительности не приносит им выгоды. Мы заставляем людей платить за их собственное питание, вместо того чтобы обеспечивать его за счет налоговых поступлений, т. к. мы знаем, что запросы людей очень отличаются количественно и качественно. Почему бы не использовать такую систему для организации полиции?

Правильный ответ состоит не в том, что полиция является "жизненно важной необходимостью"; питание даже в большей степени необходимо для жизни. Разница в том, что еду можно предоставить исключительно тем, кто за нее платит, и совсем не давать тем, кто отказывается платить. И это совсем не так в случае с полицией. Дежурные полицейские, которых нанимают мои соседи, чтобы они охраняли их дома, обеспечивают определенную безопасность и для моего дома в качестве внешней выгоды (spillover benefit), когда они дежурят на нашей улице. Потенциальные грабители не поймут, что я не участвую в оплате службы безопасности, которую организовали соседи, и что поэтому они могут не бояться ареста, если залезут в мой дом. В действительности грабители, вероятно, не смогут чувствовать себя в полной безопасности, если они это сделают. Дежурные полицейские, возможно, решат, что они смогут лучше всего защитить собственность своих клиентов, арестовывая всех грабителей, которых они обнаружат, не важно, на чью собственность они покушаются. Это обеспечивает мне защиту, за которую я не платил.

Точно так же пожарные, нанятые для защиты домов моих соседей, могли бы решить погасить огонь, который охватил траву в моем саду или мой чердак, просто чтобы не дать ему перекинуться на собственность их клиентов. И когда они тушат огонь, охвативший собственность своих клиентов, они уменьшают вероятность загорания собственности живущих по соседству людей, которые не участвуют в их оплате. В обоих случаях кто-то, кто ничего не платит, получает, тем не менее, выгоду от производства блага. Ключевым моментом является неспособность производителей -- дежурных полицейских или пожарных -- исключить неплательщиков.

Кто будет заинтересован в том, чтобы обеспечить предложение какого-то блага, если люди смогут получить его, не платя за это?

Проблема безбилетника (The Free-Rider Problem)

Когда люди могут получить благо независимо от того, заплатили они за него или нет, у них меньше стимулов платить. У них есть соблазн стать безбилетниками: людьми, которые пользуются выгодами, не оплачивая свою долю издержек, связанных с обеспечением этих выгод. Но если ни у кого нет стимула оплачивать издержки, ни у кого не будет стимула обеспечивать эти выгоды. В результате блага не будут производиться, несмотря на то, что каждый оценивает их выше, чем издержки, связанные с их производством.

Понятие "безбилетника" описывает одну из самых трудноразрешимых проблем в исследовании социальной организации. Она приводит в отчаяние тех, кто не понимает, почему существует эта проблема, и кто поэтому продолжает настаивать на том, что она должна быть разрешена:

"Мы сможем справиться с энергетической проблемой, если только каждый из нас..."

"На наших дорогах не было бы мусора, если бы только каждый из нас..."

"Если каждый из нас разберется в сути проблем и придет в день выборов на избирательный участок..."

"Если бы только в каждой стране отказались от использования силы как средства разрешения международных разногласий..."

Те, кто столь жалобно взывают во всех этих и десятках других случаев, хорошо понимают, что все мы могли бы выиграть, "если бы только каждый из нас..." Их повергает в отчаяние, что люди упорно не хотят делать то, что обязательно, по общему признанию, улучшило бы благосостояние каждого из них.

"Проблема безбилетника" расстраивает и экономистов, т. к. экономисты сталкиваются с сильным сопротивлением, когда они пытаются убедить людей, что каждый ничего не будет делать во имя общих интересов, если это не совпадает с его собственным интересом. Действия людей определяются издержками, которые они ожидают понести, и выгодами, которые они ожидают получить в результате этих действий. Если выгоды, которые выпадают на долю Джейн Марсет, будут абсолютно одинаковыми во всех отношениях вне зависимости от того, совершит она или нет какое-то определенное действие, но она будет нести, предпринимая его, значительные издержки, она не совершит этого действия.

Если Джейн благородна и щедра, она получит значительную выгоду, помогая другим, почти не задумываясь при этом о жертвах, которые она для этого приносит. Поэтому она будет совершать некоторые действия, которые бы другие не совершали. Это нужно подчеркнуть, поскольку, конечно же, понятие "безбилетника" не предполагает, что люди абсолютно эгоистичны и что альтруизм не играет никакой роли в общественной жизни. Напротив, ни одно общество не могло бы существовать, если бы люди в нем были абсолютно эгоистичны. Мы утверждали в 13-й главе -- и еще раз хотим вам напомнить -- что определенная искренняя забота о благосостоянии других людей необходима для совместной деятельности в обществе. Ни рынки, ни государство не могли бы существовать, если бы люди не обладали способностью хотя бы отчасти сопереживать, проникаться сочувствием к тому, что испытывают другие.

Если бы фермеры, выращивающие пшеницу, сократили свое производство на 50 процентов, все бы получили большую чистую выручку.

Но...

Если бы все остальные фермеры, выращивающие пшеницу, сократили свое производство на 50 процентов, любой отдельный выращивающий пшеницу фермер смог бы разбогатеть, увеличив свое производство на 50 процентов.

Каковы ваши предсказания?

Положительные экстерналии и безбилетники

Подчеркивая значение понятия "безбилетник", экономист настаивает только на том, что у людей ограниченные представления о своих интересах, что они, вообще говоря, не заботятся о внутренних чувствах других людей, особенно незнакомых, с той же живостью и силой, с какой они реагируют на собственные издержки и выгоды. Экономист, привлекающий внимание к "проблеме безбилетника", говорит, что наряду с отрицательными экстерналиями существуют положительные, и что эти экстерналии побуждают людей к "безбилетному" поведению. Положительные экстерналии -- это выгоды, выпадающие на долю людей, которые не участвовали в создании этих выгод. В связи с этим возникает такая проблема: будет ли у кого-нибудь должный стимул, чтобы создавать эти выгоды, или все будут надеяться получить их в качестве внешнего эффекта от действий других людей?

Положительные экстерналии, или внешние выгоды (spillover benefits), возможно, даже шире распространены в современном обществе, чем внешние издержки, отрицательные экстерналии, которые служат причиной жалоб о загрязнении. Домовладельцы, которые выращивают красивые газоны, создают внешние выгоды для соседей и прохожих. Люди с приветливой улыбкой наделяют внешней выгодой каждого, с кем они сталкиваются. Граждане, которые не жалеют труда, чтобы вникнуть в суть общественных проблем, улучшают качество коллективно принимаемых решений, и таким образом всем приносят выгоду. Более того, обычные производители и продавцы регулярно и как само собой разумеющееся предоставляют клиентам гораздо более значительные выгоды, чем те, за которые с клиентов требуется оплата. Устранение всех внешних выгод оказалось бы столь же абсурдным и невозможным, как и устранение всего загрязнения. Тем не менее внешние выгоды и стремление получить что-либо даром, которое они стимулируют, действительно создают некоторые серьезные социальные проблемы. Одним из путей разрешения этих проблем является принуждение, осуществляемое государственными органами.

Трансакционные издержки и принуждение

Чтобы разобраться в этой проблеме, полезно признать, что добровольный обмен всегда связан с трансакционными издержками (transaction costs). Это просто издержки, возникающие при ведении переговоров и контроле за выполнением соглашений об обмене. Любая торговая сделка связана с определенными трансакционными издержками: покупатель и продавец должны найти друг друга, договориться о том, что они готовы предложить и хотят получить, и заручиться уверенностью, что они действительно получат то, что и ждали. Продавцы, в частности, вынуждены нести трансакционные издержки, чтобы гарантировать, что неплательщики не получат те блага, которые продавцы поставляют. Установившийся шаблонный ход деловых операций уменьшает трансакционные издержки, сводя их к привычной практике и, таким образом, позволяя всем участникам извлечь из обмена большую чистую выгоду. Но, когда трансакционные издержки превосходят выгоды от обмена, обмен не будет происходить, и потенциальные выгоды будут потеряны. Государство можно рассматривать как инструмент, служащий для уменьшения трансакционных издержек посредством использования принуждения.

Объем взаимовыгодного обмена, который происходит в обществе, ограничен трансакционными издержками.

Закон и порядок

Давайте бросим взгляд на некоторые традиционные функции, которые выполняет государство, чтобы убедиться, как много объясняет такой подход. Начнем с проблемы "закона и порядка". Мы можем теперь кратко сформулировать то, о чем шла речь на нескольких последних страницах: высокие трансакционные издержки затрудняют отстранение неплательщиков от использования выгод, связанных с дежурствами полицейских. Чтобы помешать безбилетникам, которые могут уничтожить стимулы, побуждающие полицию предоставлять свои услуги, государство использует принуждение. Оно всем предоставляет эти услуги и оплачивает их с помощью обязательных взносов, которые называются налогами.

Система правосудия для разрешения споров между гражданами могла бы, вероятно, быть создана посредством добровольных усилий несколько легче, чем полиция, о чем свидетельствует существование многочисленных арбитражных систем, финансируемых добровольно. Но каждый заинтересован в том, чтобы все люди, живущие на одной территории, подчинялись одной и той же системе законов и юридических норм. Единые и последовательно проводимые законы, которые обязательны для всех, независимо от согласия, значительно упрощают для каждого уверенное планирование своего будущего. А способность уверенно планировать свое будущее -- это то, что отличает общество, основанное на совместной деятельности, от беспорядочной толпы. Поскольку система законов и судов приносит людям значительные выгоды, независимо от того, согласны ли они участвовать в ее оплате и подчиняться ей или нет, общество использует принуждение для создания и управления системой правосудия.

Национальная оборона

Национальная оборона относится к традиционным функциям государства и является классическим примером выгод, которые нельзя (без недопустимого повышения издержек) предоставить только тем, кто за них платит. Поскольку "проблема безбилетников" сделала бы практически невозможным опираться на добровольные взносы, чтобы финансировать систему национальной обороны, общество прибегает к принуждению, собирая средства путем налогообложения.

Но обратите внимание на один момент, который легко упустить: государству не приходится целиком опираться на принуждение, чтобы произвести благо под названием "национальная оборона". И ни одно государство так не поступает. Налоги, которые используются для военных ассигнований, -- это принудительные платежи. Но когда финансовые средства используются, чтобы нанять людей на военную службу или чтобы купить у поставщиков оборудование, государство опирается на убеждение и добровольное сотрудничество так же, как и при найме полицейских и судей. В связи с этим возникает интересный вопрос: почему государство иногда использует для достижения своих целей принуждение, тогда как, по-видимому, ничуть не труднее (или даже легче) добиться того же с помощью убеждения? Почему государство будет иногда прибегать к обязательному призыву в армию (или обязывать людей выступать в качестве судей), вместо того чтобы положиться на добровольцев? Большинство людей, которые находятся на государственной службе, поступили туда, поскольку их убедили, а не принудили к этому. Почему некоторых к этому принуждают? То, что военные подвергаются опасностям, не дает исчерпывающего ответа, т. к. люди занимаются и гораздо более опасными вещами, хотя их к этому не обязывают. Мы предложим вам объяснение немного позднее.

Как производитель блага "национальная оборона" может сделать его доступным исключительно для тех, кто внес свою плату за обеспечение обороны?

Дороги и школы

А как насчет дорог? Имели бы мы достаточно удобную систему улиц и дорог, если бы не использовали принуждения для финансирования их строительства? Будьте внимательны: достаточно удобная система не обязательно предполагает то количество и качество, которые мы сегодня имеем. Если выгоды от определенного дополнительного строительства меньше, чем связанные с этим издержки, то существует перепроизводство дорог. И такое, конечно, может случиться. Но есть ли основания ожидать систематического недопроизводства в строительстве дорог и улиц, если оно будет целиком оставлено на долю добровольных усилий? Если бы все улицы и дороги принадлежали и эксплуатировались людьми, которым приходится полностью опираться на деньги клиентов для получения выручки, то трансакционные издержки достигали бы астрономических величин. Более того, выгоды выпадают не только на долю водителей машин. Люди, живущие вдоль пыльной, посыпанной гравием дороги, получат выгоду от укладки асфальта, даже если они никогда не водят машину. Опыт тех, кто строил дороги в отдаленных районах или на частных землях, не используя принуждения, свидетельствует как о том, что это возможно, так и о том, что издержки обеспечения совместной деятельности исключительно добровольными средствами очень высоки.

А что происходит в случае, когда принуждение используется для финансирования образования? Здесь доводы состоят в том, что люди будут получать образование только до тех пор, пока их собственные предельные издержки не окажутся равными их собственной предельной выгоде. Но образование, по общему мнению, является источником значительных экстерналий-- выгод, которые выпадают на долю других людей, а не только человека, получающего образование. Поэтому в демократическом обществе каждый выигрывает, если его сограждане умеют читать и размышлять. Поскольку мы не учитываем чужие выгоды, когда решаем, какое образование получить, мы получаем его меньше, чем было бы оптимально. Используя налоги для финансирования образования, государство снижает стоимость обучения для потенциальных студентов и побуждает их учиться дольше, чем они бы это делали в противном случае. Как и в случае с дорогами, встает вопрос: не ведет ли на практике использование принуждения с целью предотвратить недопроизводство к перепроизводству? Мы вернемся к этому вопросу.

Перераспределение доходов

Еще одной важной разновидностью государственной деятельности является предоставление специальных льгот -- денежных дотаций, талонов на бесплатное питание, медицинского обслуживания, жилищных субсидий и различных других социальных услуг малообеспеченным и нетрудоспособным людям. Почему такой вид деятельности требует использования принуждения? Почему бы не оставить это на долю добровольной благотворительности, вместо того чтобы заставлять людей вносить деньги посредством налоговой системы? Частично ответ состоит в том, что благотворительность связана с "проблемой безбилетника". Предположим, что все граждане склонны заниматься благотворительностью и хотят, чтобы в распоряжение наиболее бедных и несчастных людей было предоставлено больше доходов. Хотя некоторые люди получают удовлетворение, внося деньги на благотворительные цели, большинство предпочло бы, чтобы эти проблемы были решены и страдание ближних облегчено с минимальными издержками для них самих. Они хотят, чтобы бедным людям помогали, но они также хотят, чтобы эту помощь оказывали другие. И поэтому они часто ведут себя как безбилетники. Они сами до некоторой степени воздерживаются от пожертвований в надежде, что другие пожертвуют достаточно для решения проблемы. Но если каждый ждет, пока пожертвования сделают другие, пожертвований окажется недостаточно по сравнению с той суммой, которую каждый предпочел бы увидеть собранной. В таких обстоятельствах налогообложение может побудить людей вносить больше средств, т. к. они будут при этом уверены, что и другие вносят свою долю.

Регулирование добровольного обмена

А как обстоит дело с длинным перечнем видов государственной деятельности, которые относятся к категории регулирования? Почему федеральные власти, местные власти и власти штатов занимаются регулированием столь многих видов деятельности граждан, используя принуждение для контроля за условиями добровольного обмена между людьми? Такой подход к проблеме-- как к использованию принуждения для контроля за добровольным обменом -- может побудить нас немного серьезнее и дольше поразмышлять над всем тем, что государство делает во имя регулирования.

Ответ частично связан с трансакционными издержками. Всем нам обошлось бы очень дорого носить с собой наши собственные весы, чтобы проверить точность тех, которые использует мясник, и нашу собственную канистру определенной емкости, чтобы удостовериться, что нас не обманывают на бензоколонке. Когда от врачей требуется получить лицензию, когда устанавливается, что новые лекарства должны быть одобрены Управлением по питанию и медикаментам (the Food and Drug Administration) перед тем, как они смогут поступить в продажу, покупатели избавляются от издержек по оценке благ, чье качество большинство из них не смогло бы оценить самостоятельно -- если только не прибегать к недопустимо высоким издержкам. Принуждая продавцов к получению разрешения, государственные органы могут всем им предоставить возможность заниматься выгодным обменом с более низкими издержками. Значительную часть государственного регулирования можно рассматривать как принуждение ради уменьшения издержек по получению информации.

Однако серьезный недостаток такой защиты регулирования состоит в том, что при этом не объясняется тот энтузиазм, с которым продавцы так часто поддерживают регулирование. Те, кто занимался изучением проблемы, очень хорошо знают, что "спрос" на государственное регулирование продавцов чаще исходит от продавцов, чем от их клиентов. В гл. 10 мы видели, почему это происходит: продавцы горят желанием ограничить конкуренцию, а государственное регулирование во имя защиты потребителя -- это способ, доказавший свою эффективность в плане ограничения конкуренции. Но почему не протестуют жертвы? Почему государство применяет принуждение для поддержки интересов отдельных групп, тогда как обязанностью государства должна быть поддержка общественных интересов?

Государство и общественные интересы

Основной ответ, который предлагает экономическая теория, возвращает нас, как это ни удивительно, к проблеме, с рассмотрения которой мы начали эту главу. Когда государство пытается принудительно восполнить ограничения, свойственные чисто добровольной совместной деятельности, то сами эти принудительные меры оказываются не свободны от таких же ограничений. Причина этого состоит в том, что принуждение само зависит от добровольной совместной деятельности. Убеждение всегда предшествует принуждению, т. к. государство не сможет действовать до тех пор, пока не удастся убедить действовать определенных людей. Государство -- это не джинн из лампы Алладина. Государство -- это люди, которые взаимодействуют, учитывая ожидаемые издержки и выгоды, связанные с осознаваемыми ими альтернативными возможностями. Все это осложняется тем, что проблемы, возникающие в связи с трансакционными издержками, положительными экстерналиями и безбилетниками, особенно актуальны для политической жизни в демократическом обществе.

На удивление многие люди, не задумываясь, предполагают, что "государство действует в интересах общества". Но так ли это? Всегда ли оно так действует? Почему мы так считаем? Становятся ли люди более добродетельными, если они стоят в очереди не в магазине, а на избирательном участке? Изменяется ли характер людей, когда они уходят из промышленной сферы или науки и поступают на государственную службу? Предположим, мы определяем общественные интересы как то, что было бы желательно для каждого, если бы каждый обладал достаточной информацией и мог судить беспристрастно. Может ли экономическая теория сказать что-нибудь полезное о том, насколько велика вероятность, что государственные действия будут основываться на достаточной информации и беспристрастных суждениях?

Те люди, от чьих решений зависят все действия государства, будут учитывать информацию, которая им действительно доступна, и стимулы, которые для них действительно существенны. Экономическая теория предсказывает, что эта информация и эти стимулы скорее всего окажутся и ограниченными, и субъективными.

Информация и демократические государства

Мы можем начать с участия граждан в голосовании (citizen voters). Никто из нас не располагает необходимой информацией, чтобы проголосовать достаточно компетентно. Чтобы убедиться в этом, проведите небольшой мысленный эксперимент. Предположим, что речь идет о кандидате на какой-то пост или о законопроекте, который вынесен на голосование, и вы знаете, что ваш голос определит исход выборов; ваш голос, и только ваш, решит исход дела. Сколько информации собрали бы вы перед тем, как подать свой решающий голос? Конечно, многое бы зависело от важности поста или вопроса, о которых идет речь. Но, несомненно, вы бы посвятили гораздо больше времени и энергии сбору информации, чем в том случае, когда вы просто являетесь одним из 50 тысяч или 50 миллионов избирателей. На самом деле, большинство граждан, в том числе умные, начитанные и не равнодушные к общественным делам люди, приходят на избирательный участок в день выборов, не располагая ничем, кроме множества предрассудков, нескольких предчувствий, некоторой не слишком достоверной информации и значительной доли полного невежества. Мы так поступаем, поскольку это рационально! Учитывая действительное значение, которое имеет наш голос -- один из 50 тысяч или один из 50 миллионов, изучение информации, необходимой, чтобы голосовать со знанием дела, было бы для нас почти бессмысленной потерей времени. Проблема состоит не просто в эгоизме или в недостаточной заботе о благосостоянии общества. Избиратель, который хочет чем-то пожертвовать для общего блага, мог бы намного больше сделать в единицу времени, в расчете на доллар или на калорию, если бы он добровольно принял участие в работе по оказанию помощи бедным, а не собирал необходимую информацию, чтобы подать достаточно компетентный голос.

Рациональная неосведомленность: когда затраты на приобретение информации не окупаются.

"Но если бы так рассуждал каждый, -- следует обычное возражение, -- то демократия бы не могла функционировать". Это возражение -- еще один пример рассуждений о том, что "феномен безбилетника" не существует, т. к. мир был бы устроен лучше, если бы его не было. Тем, кто предан демократии, лучше было бы позаботиться о том, каким образом можно обеспечить ее функционирование, когда избиратели обладают неполной и неверной информацией, а не представлять дело таким образом, будто у избирателей есть информация, которой у них нет.

Некоторых защитников демократии не слишком обескураживает некомпетентность избирателей. Они полагаются на то, что информацию, необходимую для принятия решений в интересах общества, получат выборные представители. Их уверенность имеет достаточные основания. Поскольку голос каждого законодателя с гораздо большей вероятностью может повлиять на исход дела, поскольку законодатели могут использовать информацию, которую они получают, чтобы существенным образом повлиять на других людей, поскольку законодатели обеспечены персоналом и другими ресурсами для сбора информации, поскольку многие люди будут очень заинтересованы в том, чтобы предоставить законодателям необходимую информацию, поскольку результаты голосования законодателей фиксируются и должны быть обоснованы -- по всем этим и другим причинам выборные представители получат достаточную информацию относительно вопросов, по которым они голосуют, гораздо скорее, чем рядовые граждане.

Интересы выборных должностных лиц

Но даже если предположить, что законодатели при голосовании опираются на достаточную информацию, вправе ли мы предположить, что они будут голосовать, руководствуясь общественными интересами? Беспристрастны ли выборные представители? Чтобы по-другому поставить этот же вопрос, можно спросить: всегда ли они будут голосовать так, как следует голосовать в соответствии с той информацией, которой они располагают? Экономическая теория предполагает, что люди действуют, исходя из своих собственных, а не общественных интересов. Иногда законодатель будет заинтересован в том, чтобы преследовать общественные интересы. Но именно поиск путей для установления подобной гармонии -- это основная проблема при создании политических институтов; мы не можем просто предположить, что имеет место эта благоприятная согласованность, не выяснив, насколько вероятно ее существование при нынешних институтах. Поскольку заинтересованность в переизбрании -- это общий и здоровый интерес, который разделяет большинство выборных должностных лиц, основное внимание в нашем анализе мы уделим данному конкретному частному интересу. Может ли заинтересованность в переизбрании побудить выборных должностных лиц голосовать и действовать в интересах общества?

Прежде всего, заметим, как это ограничивает их горизонты планирования. Выборные должностные лица не могут позволить себе заглядывать слишком далеко вперед. Результаты должны быть получены к следующим выборам или должность может быть занята кем-то другим, кто больше обещает. В заключительной части этой книги мы увидим, как акцент на краткосрочных результатах затрудняет для государства эффективную борьбу со спадами и инфляцией. Но то же самое относится и к любой политике, которая требует сегодняшних жертв во имя будущих результатов. Выборные представители склонны серьезно недооценивать все будущие выгоды, получение которых не ожидается до времени выборов. Таким образом, заинтересованность в переизбрании будет удерживать их от полного использования собственных превосходных знаний о последствиях определенной политики.

Перечисляя некоторые из причин, благодаря которым законодатели, скорее всего, будут хорошо информированы, мы упомянули среди них две, которые также объясняют, почему законодатели не всегда будут голосовать так, как следовало бы в соответствии с их информацией. Это две последние из приведенных причин: многие люди очень заинтересованы в том, чтобы предоставить законодателям необходимую информацию, и результаты голосования законодателей фиксируются и должны быть обоснованы. Проблема в том, что в предоставлении информации (или в лоббистской деятельности) и в привлечении законодателей к ответственности за свои действия в основном заинтересованы группы с особыми интересами. Положительные экстерналии, связанные с политическими процессами, делают это почти неизбежным. 

Для того, кто в противном случае через год потеряет свое место, имеет смысл заплатить через год 2000 долл., чтобы немедленно получить выгоду в 1000 долл.

Проблему хорошо иллюстрируют противоречия, связанные с дерегулированием грузовых перевозок. Регулирование, осуществляемое в течение многих лет Всеамериканской коммерческой комиссией (Interstate Commerce Commission), привело к расточительному хозяйствованию и более высоким ценам для грузоотправителей, что в конечном счете выражается в более высоких ценах практически на все покупаемые нами товары. Но есть люди, которым все это выгодно. Ограничивая конкуренцию, регулирование создало привилегированное положение для тех транспортных фирм, которые обладают правами на осуществление перевозок, и для членов Союза перевозчиков (Teamsters Union). Эти группы ожидают, что дерегулирование значительно уменьшит их богатство. Поэтому они активно воздействовали на членов Конгресса, финансируя проведение кампании и угрожая "возмездием" тем выборным должностным лицам, которые проголосуют за то, чтобы "отрасль грузовых перевозок была брошена в хаос конкуренции".

Можно почти не сомневаться, что денежная выгода, которую мы все получили бы за счет более низких транспортных издержек, была бы в целом выше, чем потери, которые ожидают в результате дерегулирования транспортные фирмы и водители. Но не видно каких-то значительных усилий по оказанию давления на законодателей, не видно финансовых взносов на проведение кампании или демонстраций, направленных на то, чтобы заставить Конгресс проголосовать за дерегулирование. Индивидуальная заинтересованность каждого из нас в дерегулировании просто недостаточно велика, чтобы побудить кого-то из нас активно включиться в борьбу. Так как все мы, сторонники и противники дерегулирования, считаемся со своими собственными личными предельными выгодами и предельными издержками, происходит следующее.

Немногие противники, которые могут многое потерять, тратят значительные ресурсы, стараясь повлиять на законодательную власть. Многочисленные сторонники, которые в сумме могут выиграть больше -- но каждый в отдельности выигрывает меньше -- ничего не тратят. Законодатели поддаются давлению такого рода, т. к. многие из них считают, что это отвечает их заинтересованности в том, чтобы быть переизбранными. По-видимому, их бесполезно в этом винить; бывший законодатель с непорочными принципами не всегда более эффективно служит общественным интересам, чем законодатель, который поступился некоторыми принципами, чтобы выжить и продолжить борьбу на следующий день. Виновны экстерналии, побуждающие большинство из нас к "безбилетному" поведению в надежде, что кто-то другой возьмет на себя издержки, связанные с лоббистской деятельностью, которая была бы всем нам выгодна.

Положительные экстерналии и государственная политика

Наш вывод не должен вызывать удивления. Государственная политика чаще всего подвержена влиянию групп, преследующих специальные интересы. Государство скорее готово слегка ущемить многих людей, чем крепко прижать нескольких. Государственная политика определяется не столько общественными интересами, сколько бесконечной чередой исключительно частных интересов. Вот почему интересы потребителя одерживают верх в словесных спорах, но политику контролируют интересы производителя. Интересы производителей просто больше сконцентрированы, более резко выражены. Производители знают, что от их действий или бездействия существенным образом зависит их собственное благосостояние, и поэтому в их интересах предпринимать действия. Но ни один отдельный потребитель не может ожидать от политического действия ничего, кроме небольшой выгоды, поэтому ни у одного из них нет стимула, чтобы взять на себя издержки.

Не потому ли использование принуждения с целью предотвратить недопроизводство дорог часто приводит к перепроизводству? Общая заинтересованность налогоплательщиков в экономии средств оказывается недостаточной, когда сталкивается лицом к лицу с сильной заинтересованностью небольшой группы в том, чтобы дорога существовала или чтобы дорога строилась. Такого же рода анализ применим к образованию. Те, кто "производит" образование (надо заметить, что в этом состоит и корыстный интерес самого автора), могут создать трудности в жизни законодателей, которые стараются сберечь средства налогоплательщиков, сокращая расходы на образование и научные исследования. Этим и объясняется поведение законодательной власти (которое в любом другом случае могло бы показаться странным), одобряющей все более и более крупные расходы -- даже когда каждый ее член поддерживает сокращение расходов. Бюджет невозможно сократить, не сокращая ассигнований на определенные проекты. Поскольку группа, объединенная определенной заинтересованностью, организуется с тем, чтобы непременно сокращения коснулись проекта кого-то другого, расходы сократить невозможно.

Почему в нашей стране долгое время существовал призыв в армию, и какова вероятность того, что Конгресс его возобновит? Как мы отмечали ранее, воинская повинность -- это применение принуждения в тех областях, где для обеспечения достаточной совместной деятельности (во всяком случае, в мирное время) было бы вполне достаточно убеждения. Воинский призыв, вероятно, продолжал существовать так долго, т. к. военное ведомство обладало сильной и ярко выраженной заинтересованностью в том, чтобы поддерживать приток личного состава в армию, в то время как у большинства из тех, кто страдал от набора, стимул лично избежать призыва был сильнее, чем стимул выступать против системы в целом. Интересно отметить, как много нынешних сторонников восстановления призыва говорят сегодня о всеобщем воинском призыве молодых людей на какую-нибудь краткосрочную службу. Приведет ли эта тактика (если это тактика) к увеличению числа противников набора? Или ожидаемые издержки каждого призывника станут ниже той критической точки, где он или она были бы готовы принять участие в политической борьбе, чтобы предотвратить возобновление призыва?

Что можно сказать о государственных действиях, связанных с помощью бедным? Мы можем предсказать, что законодатели будут медлить с заменой натуральных пособий (in-kind benefits) денежными выплатами (money transferts). Фермерам выгодна программа предоставления талонов на питание; домовладельцам и спекулянтам недвижимостью выгодны жилищные субсидии; здравоохранение расширяется за счет субсидий на медицинскую помощь; учителям выгодны субсидии на образование бедняков; и все работники сферы социального обеспечения знают, что для них найм дополнительных представителей "профессиональных помощников" заведомо более выгоден, чем раздача денег бедным. Из-за политического влияния этих групп законодателям проще предоставлять бедным натуральные пособия, а не денежные выплаты. Могут существовать другие, и более веские, причины для отклонения денежных выплат, но эта альтернативная возможность была бы в Конгрессе популярнее, если бы деньги производились и продавались "денежной отраслью".

Как люди опознают общественные интересы?

Это совсем не означает, что фермеры, руководители больниц или работники социальной сферы не обращают никакого внимания на общественные интересы. Это только означает, что все они обращают некоторое внимание на свои собственные интересы. И даже те, кто работает в государственных учреждениях, в чью прямую обязанность входит защита общественных интересов, определяют их, учитывая свои собственные специфические интересы.

Возьмем, например, члена Управления по питанию и медикаментам (УПМ), ответственного за недопущение внедрения новых лекарств без соответствующей экспертизы. В чем должна состоять соответствующая экспертиза? Эта экспертиза должна гарантировать, что нам будут известны все побочные эффекты нового лекарства прежде, чем оно будет допущено на рынок. Но мы никогда не можем быть в этом уверены. Все, что мы можем сделать, -- это получить дополнительную информацию и таким образом уменьшить риск, что кто-то умрет или серьезно пострадает в результате непредвиденного побочного эффекта. Насколько следует уменьшать этот риск? Ненамного, т. к., наряду с выгодами, существуют издержки, связанные с дополнительной экспертизой. К основным издержкам относятся жизни, которые не удастся спасти, и страдания, которые не будут облегчены, т. к. лекарством нельзя пользоваться, пока его проверяют.

Как служащий УПМ будет оценивать эти два вида издержек: жизни, которые будут потеряны в результате преждевременного внедрения, и жизни, потерянные в результате излишней отсрочки внедрения новых лекарств? Люди обвинят УПМ, если выяснится, что одобренное им лекарство обладает разрушительными побочными эффектами, и они будут приветствовать действия УПМ, если оно откажется одобрить лекарство, а впоследствии в других странах выяснится, что оно обладает разрушительными побочными эффектами. Но почти никто не возложит на УПМ ответственность за жизни, которые были потеряны, пока лекарство проходило экспертизу, или не будет благодарить УПМ за сокращение периода экспертизы, чтобы получить новое лекарство на рынке. Вывод очевиден. Служащие УПМ будут считать, что они поступают в соответствии с общественными интересами, осуществляя экспертизу в объеме, превосходящем тот, при котором предельные выгоды пациентов равны их предельным издержкам.

Если все это странно звучит для тех, кто свято верит, что государство заботится об общественных интересах, может быть, пришло время усомниться в этом. Вероятно, эта вера опирается на привычку отождествлять государство со страной и распространять на первое понятие почтительность, которую мы испытываем ко второму. Или она может быть результатом нашей веры в то, что государство -- это последнее средство, и поэтому оно должно быть эффективным, т. к. мы не любим мириться с существованием каких-либо неразрешимых проблем. К этому выводу приводит также распространенный вид дедуктивных рассуждений. Утверждается, что все социальные проблемы являются результатом поведения людей, что поведение людей можно изменить законодательно и что законы создает государство, из чего следует вывод, что государство может разрешить все социальные проблемы.

Алексис де Токвиль предложил в книге "Демократия в Америке" (кн. 1, гл. VIII) более реалистическую точку зрения: "Нет такой страны, где все может быть достигнуто с помощью законов или где политические институты могут заменить собой здравый смысл и общественную мораль".

Повторим вкратце

В экономической теории предполагается, что действия государства являются следствием решений, принимаемых гражданами и государственными служащими, которые учитывают свои предельные издержки и предельные выгоды, связанные с альтернативными видами действий.

Отличительной чертой государства является его общепризнанное и исключительное право использовать принуждение. Принуждать -- значит склонять людей к совместной деятельности, ограничивая свободу их выбора. Добровольная совместная деятельность основана исключительно на убеждении, которое обеспечивает желаемое поведение, предлагая дополнительные альтернативы.

Принуждение полезно для членов общества, т. к. оно может иногда обеспечить производство благ, которые каждый ценит выше, чем издержки, связанные с их производством, но которые не производились бы, если бы существовала только добровольная совместная деятельность.

Подобная несостоятельность предложения (supply failure) может иметь место, когда не существует дешевого способа ограничить обеспечение этим благом тех, кто за него платит, или помешать потребителям стать "безбилетниками".

С помощью принуждения можно обеспечить предложение таких благ, понижая трансакционные издержки. Это -- омертвленные издержки, связанные с процессом осуществления обмена.

При внимательном рассмотрении оказывается, что традиционная деятельность государства в значительной степени сводится к действиям, направленным на уменьшение трансакционных издержек и преодоление "проблемы безбилетника".

Принудительная деятельность государства предполагает предварительную добровольную совместную деятельность. Убеждение предшествует принуждению, т. к., в конечном счете, граждан и государственных деятелей необходимо убедить использовать принуждение определенным образом. Из этого следует, что ограниченная эффективность добровольной совместной деятельности, которая оправдывает принудительные действия государства, обусловливает также и ограниченную эффективность принудительных действий государства.

Положительные экстерналии глубоко пронизывают политический процесс в демократическом государстве. Они уменьшают вероятность того, что избиратели будут достаточно информированы или что выборные, или назначаемые, должностные лица будут последовательно действовать в соответствии с информацией, которой они располагают.


ВОПРОСЫ ДЛЯ ОБСУЖДЕНИЯ

1. В чем состоит общее, систематическое различие между интересами, которые преследуют служащие в государственном секторе, и интересами, которые преследуют люди, занятые в частном секторе? Поразмышляйте над следующими примерами.

  • а) Президент государственного университета и президент частного университета.
  • б) Член палаты представителей Конгресса США, который домогается места в Сенате, и коммивояжер крупной корпорации, который хочет получить работу торгового менеджера на одном из предприятий фирмы.
  • в) Известный политический деятель, который хочет стать президентом США, и известный актер, который хочет получить премию академии. (Речь идет о премии "Оскар" Американской кинематографической академии. -- Прим. перев.)
  • г) Городской полицейский и облаченный в мундир охранник, нанятый частной службой безопасности.
  • д) Распределяющий субсидии служащий в Управлении по делам малого бизнеса (Small Business Administration) и работник банка, занятый предоставлением кредитов.

2. Каковы существенные различия между государственными и негосударственными предприятиями в каждом из следующих примеров? Почему, с вашей точки зрения, данные предприятия принадлежат государству? Каковы специфические формы конкуренции государственных предприятий? Каковы своеобразные формы их функционирования, связанные с их государственной принадлежностью?

  • а) Электростанции, принадлежащие инвесторам, и электростанции, находящиеся в собственности штатов и муниципалитетов.
  • б) Государственные колледжи и частные колледжи.
  • в) Автобусные компании, принадлежащие городским властям, и такие частные автобусные компании, как "Грейхаунд" и "Трейлвэй".
  • г) Кемпинги, принадлежащие Лесному управлению (Forest Service), и кемпинги, находящиеся в частной собственности,
  • д) Публичные библиотеки и частные книжные лавки.

3. Государственное производство благ часто оправдывают тем, что эти блага имеют первостепенное значение для общественного благосостояния, и обеспечение ими нельзя возложить на "капризный" рынок. Объясняет ли это, почему парки и библиотеки, как правило, принадлежат муниципалитетам, а еда и медицинское обслуживание обычно обеспечиваются посредством рынка? Можете ли вы предложить для этих примеров лучшее объяснение?

4. Передовая статья, опубликованная 23 мая 1979 г, в "Уолл-стрит джорнэл", имеет заголовок: "Вашингтонские официальные лица, отвечающие за отношения с прессой, выдумывают способы утаить происходящее в государственных агентствах".

  • а) Чем ответственный за отношения с прессой в государственном агентстве отличается от директора по рекламе или пресс-агента на мыловаренном заводе?
  • б) Почему министерства обороны, транспорта, сельского хозяйства и другие тратят миллионы долларов, чтобы повлиять на общественное мнение? Разве в демократическом обществе общественное мнение не должно контролировать действия государственных учреждений?

5. Должны ли менеджеры корпораций в рамках своей официальной компетенции брать на себя общественные обязанности, кроме обязанности увеличивать чистый доход корпораций, которыми они управляют?

  • а) Есть ли у них моральное обязательство предпринимать что-либо сверх того, что требует закон, для утверждения равенства рас и полов, защиты окружающей среды, развития общественного транспорта, избрания хорошего правительства и т. д.? Почему да или почему нет?
  • б) Кто будет оплачивать издержки, если руководители корпораций возьмут на себя такие обязательства? Кто будет контролировать их решения, чтобы удостовериться, что решения, которые они принимают, действительно отвечают общественным интересам?
  • в) Почему у президента крупной корпорации могло возникнуть желание пожертвовать 1 млн. долл. из фонда корпорации на программу строительства больницы в городе, где расположена штаб-квартира корпорации? Какие личные выгоды и личные издержки связаны для президента с таким пожертвованием?

6. Считаете ли вы, что конкуренция более распространена и является более жесткой в капиталистических странах, чем в социалистических? Является ли конкуренция в богатых странам более распространенной и более жесткой, чем в бедных?

7. Сторонники государственного регулирования часто доказывают свою правоту, обвиняя "неограниченную" и "необузданную" конкуренцию. Может ли конкуренция быть "неограниченной"? Какие существенные ограничения конкуренции существовали в американской экономике в девятнадцатом столетии, когда, согласно некоторым оценкам, конкуренция была "неограниченной"?

8. Критики государственного регулирования часто стремятся доказать предпочтительность "свободного" рынка. Могут ли рынки быть абсолютно свободными? Свободными от чего? Является ли рынок "несвободным", если на нем действуют законы, запрещающие использование фальшивых мер и весов? Законы, запрещающие обманывающую рекламу? Запрещающие повышение цен, если оно не было одобрено государственным учреждением? Где бы вы провели границу между "свободными" и "несвободными" или регулируемыми рынками? Почему вы провели бы границу именно в этом месте?

9. Помещенный ниже график показывает чистую выручку (за какой-то период времени), которую ожидает получить владелец бакалейной лавки, запасаясь четырьмя видами товаров: молоком и молочными продуктами (М), консервами (S), свежими продуктами (Р) и замороженными (F).


Рисунок 14А. Ожидаемая чистая выручка некоей бакалейной лавки

  • а) Сколькими единицами каждого из них он захочет запастись?
  • б) Теперь представим, что четыре кривые показывают чистое удовлетворение, которое владелец ожидает получить, преследуя четыре цели, которые заключаются в получении денег (М), прочной репутации (S), большей личной власти (Р), семейном благополучии (F). В какой степени он будет стремиться к достижению каждой цели?
  • в) Каковы общие различия, которые вы склонны ожидать между "кривыми удовлетворения" человека, занимающегося бизнесом, и человека, занятого на государственной службе, или принадлежащего к духовенству, или преподающего в школе, или занимающегося медицинскими исследованиями?

10. В тексте главы предупреждается об опасностях, связанных с отношением к государству, как к "оно", которым мы можем управлять, как инструментом, чтобы добиться желаемого. А не вводит ли также в заблуждение слово "мы", когда его используют, как в предыдущем предложении? Кто это "мы", кому хочется, чтобы государство делало то или другое? Каждый человек? Большинство? Все осведомленные и заинтересованные в общественных делах граждане? Те, кто разделяет мои интересы и мое понимание ситуации? Что люди имеют в виду, когда говорят: "Мы должны использовать государство для контроля за эгоистическим и своекорыстным поведением"? Кто кого должен контролировать в соответствии с таким представлением об обществе?

11. Гай Вейер -- бывший фермер, который занялся строительством загородных домов и построил 50 домов на 40 акрах своей фермы. Теперь он сдает эти дома в аренду.

  • а) Если один из жильцов Гая организует собрание, на котором 26 из 50 жильцов проголосуют за понижение арендной платы на 100 долл. в месяц, обязан ли Гай, следуя нормам морали или закона, подчиниться их решению?
  • б) Если 26 жильцов просто удержали по 100 долл. из своей месячной арендной платы, есть ли у Гая моральное или законное право их выселить?
  • в) Если выселяемые жильцы откажутся выехать, к каким моральным или законодательным средствам Гай может прибегнуть, чтобы от них избавиться?
  • г) Предположим, что 26 жильцов вначале образуют местное правительство, затем большинством голосов принимают решение об уменьшении арендной платы и, наконец, принимают декрет, запрещающий выселение. Изменило бы это как-то ответы, которые вы дали на предыдущие вопросы?
  • д) В чем разница между правовым и неправовым государством или правовыми и неправовыми государственными решениями? Является ли демократическим государство, где правит большинство? Ограничены ли чем-нибудь возможные действия большинства в демократическом государстве?
  • е) Принцип принятия решений большинством голосов требует предварительного определения: чьим большинством? Кому должно быть предоставлено право голоса в ситуациях, аналогичных тем, что мы обсуждали выше? Только владельцам собственности? Всем гражданам старше 18 лет? Ответственным арендаторам, а не жильцам? Всем совершеннолетним жителям округа, так что жильцы Гая Вейера образуют только небольшую группу в намного превосходящей массе избирателей? Каковы будут последствия различных способов распределения прав голоса?
  • ж) Если вы не способны вообразить другой законный способ распределения права голоса, кроме: один человек -- один голос -- поразмышляйте над распределением права голоса в ассоциации владельцев квартир (condominium association) или загородном клубе. Как насчет распределения права голоса среди тех, кто владеет акциями корпорации? Почему существуют такие различные способы распределения права голоса?

12. Адам Смит приписывал верховной власти или государству обязанность "создавать и поддерживать те общественные институты и те общественные функции, которые, будучи в высшей степени выгодны обществу в целом, имеют, однако, такую природу, что прибыль никогда не возместила бы расходы для каждого отдельного лица или небольшой группы лиц, и которые, следовательно, вряд ли будут создаваться или поддерживаться отдельным лицом или небольшой группой лиц" ("Богатство народов", кн. V, гл. 1).

  • а) Чем отличается такое описание благ, которые должно производить государство, от описания благ, связанных с "проблемой безбилетника", в нашей книге?
  • б) Смит обсуждает четыре вида общественных институтов или функций, которые хотя бы отчасти удовлетворяют его критерию: институты, предназначенные "для защиты общества... для осуществления правосудия... для развития в обществе торговли, а также образования людей", Как соотносятся рекомендации Смита с теми обязанностями, которые обычно сегодня возлагаются на государство? Есть ли какие-нибудь важные функции государства, на которые Смит не обращает внимания?

13. В тексте обсуждается проблема создания полицейских служб исключительно на базе добровольного сотрудничества. Но разве потребность в полиции не вызвана нежеланием некоторых людей сотрудничать на абсолютно добровольной основе? Не ведут ли себя взломщики и другие подобные нарушители закона как "безбилетники"?

14. Следует ли членам добровольно созданной пожарной дружины отказаться от тушения пожара в доме того, кто отказался вносить деньги на содержание пожарной службы? (Предположим, что собственность членов пожарного общества находится вне опасности.) Какой вред они бы нанесли, потушив пожар?

15. Если каждому посетителю общественных парков неприятно видеть мусор на земле, парки не обязательно станут от этого чистыми. "Проблема безбилетника" может явиться причиной появления всем отвратительного мусора. То, как это иногда происходит, можно продемонстрировать на примере так называемой "Дилеммы заключенного" (Название отражает первоначальное изложение дилеммы, в котором использовался пример двух заключенных и умного прокурора.) В дилемме, представленной здесь, предполагается, что у каждого посетителя парка есть выбор -- выбросить мусор на землю или дойти до мусорного контейнера. Однако посетителей много, так что если один не бросит мусор на землю, то это не внесет заметной разницы. Все (или почти все) должны выбрасывать мусор в мусорные контейнеры, если мы хотим, чтобы парк был чистым и красивым. Помещенная ниже матрица демонстрирует результаты возможного выбора сочетаний; в нижнем левом треугольнике для каждого возможного случая помещено описание ситуации для каждого посетителя парка, а в правом верхнем треугольнике -- ситуация всех остальных посетителей.


Рисунок 14В. Дилемма посетителей парка

  • а) Каждый человек, который выбрасывает мусор в контейнер, должен обязательно понести издержки, называемые усилием; но получит ли этот человек также выгоду в виде красоты парка, зависит от того, как поступят все остальные посетители, Если каждый посетитель стремится к максимальному личному чистому выигрышу (выгода минус издержки), это вполне может закончиться тем, что "общество" окажется в юго-восточном квадрате. Почему?
  • б) Если бы каждый посетитель отдавал определенное и сильное предпочтение северо-западному квадрату, по сравнению с юго-восточным, было бы этого достаточно, чтобы "общество" переместилось в северо-западный квадрат? Что бы пожелал предпринять каждый посетитель, в соответствии с нашими узкими предпосылками, обнаружив, что "общество" достигло положения, которое описывается в северо-западном квадрате? Предположим, что отдельный "акт загрязнения" не внесет заметной разницы. Как бы это воспроизвело менее желательную ситуацию, описываемую юго-восточным квадратом ?
  • в) Как "взаимное принуждение, о котором достигнута взаимная договоренность", могло бы привести к более желательному результату, описываемому в северо-западном квадрате?
  • г) Почему в реальном мире люди не всегда ведут себя так, как предполагается в этом вопросе? Почему в некоторых случаях люди, которым не грозит наказание, будут затрачивать значительные "усилия", чтобы избежать загрязнения, даже если они не ожидают получить при этом удовлетворение в виде "красоты"? Примером может послужить турист, покидающий кемпинг в национальном парке.
  • д) Сколько подобных ситуаций вы можете придумать? Приводят ли они к положению, которое описывается в юго-восточном квадрате? Если нет, то почему?

16. "Охрана природы" -- так называется национальная организация, которая стремится определить и затем выкупить находящиеся под угрозой места распространения животных и растений, чтобы их сохранить.

  • а) "Охрана природы" оплачивает свои покупки за счет пожертвований людей, обеспокоенных сохранением мест распространения животных и растений. Как "проблема безбилетника" затрудняет сбор средств в фонды "Охраны природы"?
  • б) Почему "проблема безбилетника", вероятно, меньше затруднит для "Охраны природы" получение пожертвований от корпораций, чем отдельных людей?
  • в) "Охрана природы" принимает пожертвования как в виде земли, так и в форме денег, в том числе первоклассную жилищную и коммерческую недвижимость. Если бы вы руководили подобной организацией, как бы вы использовали ценную коммерческую городскую собственность для сохранения сельских районов, находящихся под угрозой уничтожения?

17. Воспользуйтесь предложенными в тексте определениями принуждения и убеждения, чтобы оценить следующие действия. Чтобы решить, была ли расширена или сужена возможность выбора, нам нужно знать, какими возможностями люди располагали первоначально или каковы с самого начала были их права собственности.

  • а) Предполагаемого работника, который по религиозным убеждениям избегает работы по воскресеньям, ставят в известность, что он должен согласиться работать по воскресеньям, если хочет получить это место. Если он согласится, т. к. ему очень хочется получить место, убедили его в этом или принудили?
  • б) Работодатель обещает вас уволить за курение в рабочее время, и поэтому вы нехотя бросаете курить с 9 до 12 часов и с 1 до 5 часов по рабочим дням. Вас убедили или принудили?
  • в) Вы очень вежливо просите студента, который живет как раз под вами, чтобы он делал потише свой магнитофон между 7 и 10 вечера, когда вы пытаетесь заниматься. Он отвечает, что звук не столь силен, чтобы помешать вам заниматься. Тогда вы начинаете топать по полу среди ночи, когда он пытается уснуть. После двух недель такой жизни он соглашается уменьшить громкость, как вы просили. Убедили вы его или принудили?
  • г) Когда местная электростанция поднимает плату за электроэнергию, убеждает или принуждает она потребителей платить больше?
  • д) Вы раздумываете, не поставить ли машину в запрещенном месте, предназначенном для погрузки, но в конце концов отказываетесь из страха перед штрафом. Убедили вас или принудили к поиску другого места для парковки?
  • е) Домовладелец разрешает вам загораживать своей машиной проезд к его гаражу, если вы заплатите ему 1 долл. Вы платите и ставите машину. Убедили вас или принудили?
  • ж) Вас убедили или принудили в вопросе о размере пожертвования на развитие "Юнайтэд Вэй", если вы знаете, что сумма каждого взноса будет обнародована на доске информации вашей конторы?
  • з) Как обеспечивает судья во время бейсбольного матча совместную деятельность игроков -- путем убеждения или принуждения?

18. Имеет ли убеждение или принуждение какие-либо неотъемлемые преимущества друг перед другом как способ стимулирования совместной деятельности?

  • а) Люди, сотрудничающие по убеждению, обычно сохраняют отношения. Те, кого принудили, как правило, ищут способы порвать отношения. Что можно из этого заключить об уровне трансакционных издержек по обеспечению совместной деятельности в каждом случае?
  • б) Принуждение может быть использовано, чтобы лишить людей возможности сотрудничать добровольно. Случается ли такое? Зачем кому-либо использовать принуждение, чтобы помешать добровольному сотрудничеству?

19. Является ли "проблема безбилетника" источником только социальных проблем? Не мешает ли также "проблема безбилетника" попыткам сговора ради нечестной наживы за чужой счет? Почему картели обычно распадаются, если только их не поддерживает государство с его возможностями использовать принуждение?

20. "Из 34.937 членов кооператива, обладающих правом голоса, только 737 приняли участие в выборах правления, и из них 483 подали пустые бюллетени". Свидетельствуют ли эти данные о том, что члены кооператива не поддерживают его деятельность? Считаете ли вы, что если бы в голосовании приняли участие большее число членов, то было бы выбрано лучшее правление?

21. Вероятно, большинство водителей ездят несколько быстрее положенного, когда думают, что не попадутся при этом. Означает ли это, что они бы проголосовали за ослабление ограничений скорости, если бы им была предоставлена такая возможность?

22. Почему некоторые люди, которые употребляют алкогольные напитки, голосуют за их законодательное запрещение?

23. Вот первое предложение из газетной передовицы, автор которой сокрушается по поводу того, как мало народу пришло на общественные слушания, посвященные улучшению образования в средних школах одного крупного американского города; "Зная, сколько людей жалуется на систему государственного образования, удивительно, что так мало народу приходит на собрания, чтобы подсказать школам, как им улучшить свою работу". Действительно ли вызывает удивление то, что многие жалуются, но не многие посещают собрания?

  • а) Каковы издержки, связанные с жалобами? Каковы издержки, связанные с посещением собраний?
  • б) Какова вероятность, что обеспокоенный состоянием образования человек, проведя вечер на общественных слушаниях, действительно сможет повлиять на политику развития школ в крупном городском районе?
  • в) Сравнительные соотношения выгод и издержек, связанных с жалобами и с посещением собраний, могли бы, кажется, адекватно объяснить факты, о которых с сожалением сообщает автор газетной передовицы. Но как можно объяснить поведение "активистов" -- тех немногих людей, кто всегда, кажется, готов принять участие в собрании даже по самому нелепому поводу? Могут ли люди, участвуя в политических мероприятиях, получить какое-либо иное удовлетворение, кроме возможности оказать реальное воздействие на государственную политику?

24. Большинство ассоциаций родителей и учителей испытывают трудности в привлечении людей к посещению собраний и к другой работе в ассоциациях.

  • а) Почему это не означает ни того, что родители не заботятся об образовании своих детей, ни того, что они считают ассоциации родителей и учителей бесполезными организациями?
  • б) Почему уровень посещаемости обычно выше среди учителей, чем среди родителей?
  • в) Почему некоторые родители принимают активное участие в работе ассоциации?

25. Больницы часто считают, что не стоит затрачивать усилия на снижение своих издержек, т. к. уменьшение издержек приводит к сокращению государственных дотаций, а также к ухудшению качества обслуживания пациентов. В письме в " Уолл-стрит джорнэл" (4 февраля 1982 г.) высказываются упреки в адрес руководителей больниц за подобное поведение:

"Ни одного медицинского работника ничего не волнует, кроме его собственной чековой книжки... Если бы все медики обратили внимание на размер дерева, а не на один плод, который они с него срывают, каждый получил бы более крупные и лучшие плоды".

Как это иллюстрирует "проблему безбилетника" и ложные рассуждения типа "если бы только каждый из нас..."?

26. Чтобы на дорогах не возникало заторов, автомобили в Сингапуре облагают налогом, который увеличивает их цену почти на 150%.

  • а) Может ли оказаться, что положение владельцев автомобилей в Сингапуре при таком налоге лучше, чем если бы его не было?
  • б) Предположим, что все владельцы автомобилей в Сингапуре считают, что выгоды от меньшей загруженности дорог, которые они получают благодаря этому налогу, превосходят размер налога, который им приходится платить. Следует ли отсюда, что каждый владелец автомобиля будет добровольно платить налог?

27. Каждая из 10 семей в пригородном квартале обычно имеет свою собственную электрокосилку. Почему не так часто семьи совместно пользуются одной косилкой? Постарайтесь перечислить основные трансакционные издержки, которые препятствуют такому совместному владению.

28. Организаторам телепрограмм трудно предоставлять свои услуги только тем владельцам телевизоров, которые готовы платить за программы.

  • а) Как, тем не менее, организаторам программ удается обеспечить оплату за предоставление услуг владельцам телевизоров? Подумайте над тем, как решается "проблема безбилетника" при кабельном телевидении. Кому организаторы программ продают свои услуги? После осуществления каких платежей зрители получают доступ к программам? Как на каждой стадии решается "проблема безбилетника"?
  • б) Сегодня некоторые домовладельцы пытаются бесплатно смотреть программы кабельного телевидения, ловя их через спутники с помощью собственных антенн. Как использование шифраторов и декодеров платными телевизионными компаниями иллюстрирует возникновение трансакционных издержек при борьбе с "безбилетниками"?

29. Если бег вокруг футбольного поля улучшает физическую подготовку атлетов и способствует более успешной игре, почему так много игроков пытается увильнуть, пробежав меньшее число кругов, чем требует тренер? Кто получает выгоду, и кто несет издержки при такой физической подготовке? Требуют ли обычно тренеры от игроков пробежать большее число кругов, чем было бы оптимально?

30. Когда государственное учреждение требует, чтобы домовладельцы или предприниматели представили подробный отчет о своей деятельности, издержки несут те, кто готовит отчеты, а всю выгоду (в форме дополнительной информации) получает учреждение.

  • а) Как это объясняет расширение "бумажной работы", выполнения которой требует государство, несмотря на всеобщее мнение, что объемы такой бумажной работы уже избыточны?
  • б) Не думаете ли вы, что требования уменьшились бы, если бы учреждениям пришлось использовать средства из своего бюджета, чтобы компенсировать затраты тех, кто заполняет формы отчета?
  • в) Следует ли обязать преподавателей читать и комментировать все работы, которые по их требованию пишут студенты?

31. Если "проблема безбилетника", которая создается положительными экстерналиями, так серьезна, как утверждается в этой главе в связи с анализом благотворительных программ, почему кампании, которые проводит "Юнайтед Вэй", оказываются такими успешными во многих американских городах? Применяет ли "Юнайтед Вэй" во время сбора средств элементы принуждения, заставляя людей работать во время кампании или побуждая людей вносить деньги? К каким преимуществам или потерям привело бы решение местных властей взять на себя общественные функции, которые в настоящее время осуществляет "Юнайтед Вэй"?'

32. Почему наши суды обязуют граждан, выбранных для исполнения обязанностей судей, заниматься этим, хотят они того или нет? Разве суды не могли бы набрать столько судей, сколько требуется, на добровольной основе, повысив оплату за исполнение судебных обязанностей? Почему бы не повысить оплату, не набрать судей из добровольцев и не прекратить навязывать тяжелые издержки, связанные с исполнением судебных обязанностей, столь многим людям, которым приходится отказываться от другой ценной деятельности, чтобы исполнить свою "судебную обязанность"? Как, по вашему мнению, такой переход к системе набора добровольных судей повлияет на состав судей? Оправдано ли в данном случае использование принуждения, т. к. исполнение обязанностей в суде -- это долг каждого гражданина? Если это так, почему мы не штрафуем людей, которые не принимают участия в голосовании? Разве голосование -- это не долг гражданина? Или еще лучше: почему бы не оштрафовать людей, которые не могут сдать строгий зачет о современных событиях или не принимают участия в голосовании? Таким способом мы бы принудили граждан к подаче компетентного голоса. Вы согласны с этим?

33. Следует ли законодательно обязать домовладельцев утеплить свои дома, чтобы добиться экономии энергии?

  • а) Какие выгоды получат домовладельцы от утепления? Должны ли домовладельцы проводить утепление, если их собственные издержки, связанные с этим, превосходят их собственную выгоду?
  • б) Как другие члены общества выиграют, если кто-то решил утеплить свой дом и таким образом уменьшить потребление электроэнергии? Оправдают ли эти внешние выгоды субсидии, которые должны стимулировать домовладельцев утеплять дома? Кто будет активно выступать в поддержку такой субсидии ?

34. Согласны ли вы с тем, что Конституция США описывает права собственности президента, членов Конгресса и членов Верховного суда?

  • а) Почему Конституция запрещает Конгрессу понижать зарплату президента и федеральных судей до истечения срока их пребывания на посту?
  • б) Можно ли ожидать, что президент будет лучше или хуже управлять страной во время своего первого срока пребывания на посту, чем во время второго? (Конституция запрещает избрание на третий срок.)
  • в) Считаете ли вы, что от членов палаты представителей, которые подлежат переизбранию каждые два года, следует ожидать больше государственной мудрости при принятии решений, чем от членов Верховного суда, которые назначаются на всю жизнь?

35. Учитывают ли в своих решениях живущие сегодня люди потребности будущих поколений в природных ресурсах? Учитываются ли должным образом потребности будущих поколений в этих решениях? Можно ли ожидать, что государство будет лучше учитывать потребности будущих поколений? Оцените утверждение, согласно которому государство должно служить хранителем природных ресурсов для будущих поколений.

36. По Конституции США Конгресс уполномочен организовывать почтовую службу.

  • а) Можете ли вы привести какие-либо причины, по которым государству следует взять на себя обязанность по обеспечению системы почтового обслуживания? Существовали ли для этого в 1789 г. более веские причины, чем сегодня?
  • б) Конгресс принял "специальный почтовый закон", который предоставляет почтовой службе монопольное право на доставку писем. Почему государство препятствует фирмам конкурировать с почтовой службой Соединенных Штатов в доставке писем?
  • в) Кто, судя по всему, будет оказывать давление на Конгресс, чтобы не был принят ни один акт, направленный на отмену "специального почтового закона"?

37. Могла бы проблема господства производителей в законодательном процессе быть решена посредством создания государственного учреждения, которому вменялось бы в обязанность представлять интересы потребителей во время слушаний, посвященных принятию законов?

38. Вы и ваша семья любите отдыхать в палатке в национальных парках. Поэтому в феврале вы убеждаете своего представителя в Конгрессе выступить против законопроекта, в котором предлагается повысить плату за такой отдых в июле и августе. В августе этого года вы приезжаете в Тетонский национальный парк в будний день в 4 часа дня и видите, что все места, где можно устанавливать палатки, заняты.

  • а) Отнесетесь ли вы теперь с одобрением к повышению оплаты за установку палаток? Почему да или почему нет?
  • б) Почему плата за использование ресурсов, находящихся в частной собственности, скорее всего, вырастет при увеличении спроса, а плата за ресурсы, которые принадлежат государству, -- нет?

39. Используя понятия, введенные в этой главе, можете ли вы объяснить непрекращающееся использование насилия (войны) как средства разрешения конфликтов между народами?

40. В августе 1985 г. Федеральная комиссия по информации (the Federal Communications Commision) заявила, что Доктрина Справедливости -- политика, которая требует, чтобы комментаторы обнародовали различные точки зрения на дискуссионные проблемы, -- больше не отвечает общественным интересам, т. к. число телевизионных станций, радиостанций и станций кабельного телевидения значительно увеличилось с тех пор, как эта политика была принята в 1949 г. В заявлении комиссии также отмечалось, что, тем не менее, она будет продолжать проводить в жизнь эту доктрину, т. к. в этом "очень заинтересован" Конгресс.

  • а) Зачем членам Конгресса поддерживать политику, которая требует, чтобы федеральное государственное агентство контролировало, какие точки зрения представляют комментаторы? Не противоречит ли проведение Доктрины Справедливости первой поправке к Конституции?
  • б) Сторонники доктрины заявляют, что, поскольку число выдаваемых лицензий ограниченно, от студий, имеющих лицензии, нужно требовать освещения всех сторон дискуссионных проблем. Почему этот довод не относится к ежедневным газетам, число которых гораздо больше ограничено? (В 1983 г. в США издавалось 1735 ежедневных газет, и вело вещание 8807 негосударственных радиостанций.) Сколько сторон имеет дискуссионная проблема?
  • в) Согласно Доктрине Справедливости, ФКИ может потребовать, чтобы радиостанция предоставила время в эфире для опровержения группе, которая заявляет, что проблема, которая ее интересует, была освещена необъективно. Кому выгодна такая политика? Как, скорее всего, комментаторы будут обращаться с дискуссионными проблемами, если они будут знать, что им, может быть, придется предоставить время в эфире группам, которые заявляют, что комментарий не был достаточно объективен?
  • г) Кто, по вашему мнению, поддерживает "сильную заинтересованность" Конгресса в Доктрине Справедливости?

41. "Права человека должны иметь превосходство над правами собственности". Согласны ли вы с этим? Можете ли вы назвать какое-либо право собственности, которое не является правом некоторых людей? Можете ли вы назвать какие-либо права человека, которые не являются правами собственности в том значении, в каком этот термин был определен и употреблялся в четырех последних главах?

42. Права для одного человека всегда предполагают соответствующие обязанности для другого человека. Кого и какие обязательства нужно побудить принять для того, чтобы вы имели каждое из следующих прав:

  • а) посещать колледж;
  • б) голосовать;
  • в) работать;
  • г) петь в церковном хоре;
  • д) купить сигареты;
  • е) получать медицинскую помощь.

43. Девять пригородных районов Чикаго приняли постановление, направленное на то, чтобы предотвратить заселение этих районов со смешанным расовым составом исключительно черным населением. Постановления предусматривают меры по поощрению покупки жилья белыми и по сдерживанию покупки жилья черным населением в районах, где число черных домовладельцев уже превышает определенный процент. (О проблемах кратко сообщается в " Уолл-стрит джорнэл" от 14 августа 1985 г.)

  • а) Есть или должно ли быть у жителей района право поощрять или препятствовать покупкам жилья, чтобы добиться или сохранить смешанный расовый состав населения этих районов? Нарушают ли они тем самым права потенциальным покупателей или продавцов, которым мешают осуществить взаимовыгодный обмен, поскольку у покупателя кожа не того цвета?
  • б) Представьте себе город, где проживает 50% черного и 50% белого населения. Предположим далее, что никто не возражает против того, чтобы его соседом с одной стороны был человек с кожей другого цвета, но что все они возражают против того, чтобы их соседями с обеих сторон были люди с кожей другого цвета, и если такое случится, они изменят место жительства. Явится ли результатом добровольного обмена город с сегрегированным или смешанным населением? Почему? Если считается, что смешанное население -- это хорошо, то как этого можно добиться при таких обстоятельствах?
  • в) Если жители этого города будут медлить с переездом, пока их с четырех сторон не окружат соседи с противоположным цветом кожи, население постепенно превратится в строго сегрегированное (это практически неизбежно, хотя данный вывод не столь очевиден). Как такое общество могло бы возбудить у каждого жителя желание жить в обществе со смешанным расовым составом?
liberty@ice.ru Московский Либертариум, 1994-2018