Либертариум Либертариум

Оглавление

  • Концепция реструктуризации предполагает бескомпромиссную борьбу с вертикальной интеграцией в электроэнергетике. В заметке показывается, что вертикальная интеграция на свободном рынке не может существовать вопреки желаниям потребителей, а борьба с нею мерами государственного насилия - бессмысленна. Причина проблем российской энергетики - государственное регулирование отрасли.
    (16.10.2000).

  • Монополистические позиции РАО "ЕЭС России" - следствие не "естественной монополии", а государственного вмешательства и отсутствия частной собственности на землю.
    (23.10.2000)

  • Концепция реструктуризации РАО "ЕЭС России", вопреки тому, что провозглашают ее авторы, вовсе не предполагает свободного ценообразования и контрактных отношений в энергетической отрасли.
    (30.10.2000)
    Фрагмент заметки перепечатан в журнале Эксперт, N44, 20.11.2000

  • Борьба за права миноритарных акционеров - это отстаивание прав людей и организаций, которые хотят воспользоваться монопольными привилегиями приватизированного государственного министерства. Нельза восстановить справедливость, не перекрыв возможностей для несправедливого присвоения имущества потребителей.
    (06.11.2000)

  • Какова должна быть концепция реструктуризации российской энергетики. Экономическая модель и элементы политической стратегии реформирования.
    (13.11.2000)

Миф первый: о вреде вертикальной интеграции.

Концепция реструктуризации предполагает бескомпромиссную борьбу с вертикальной интеграцией в электроэнергетике. В заметке показывается, что вертикальная интеграция на свободном рынке не может существовать вопреки желаниям потребителей, а борьба с нею мерами государственного насилия - бессмысленна. Причина проблем российской энергетики - государственное регулирование отрасли.
(16.10.2000).

Опубликованный 19 июня проект Концепции реструктуризации РАО "ЕЭС России" поражает обилием противоречий. Конечно, это неизбежно -- такие документы всегда пишутся коллективами, и в предварительных вариантах "торчат уши" разных разработчиков. Например, в начале раздела 3 говорится, что "будет организован новый конкурентный рынок, работающий параллельно с существующим оптовым регулируемым 'рынком' электроэнергии и мощности (ФОРЭМ)". В то же время, читая разделы 7 и 8, можно предположить, что новый рынок есть не что иное, как реформированный ФОРЭМ. Список примеров можно продолжить.

Однако не все противоречия проекта Концепции могут быть объяснены небрежностью редакторской работы. При внимательном изучении выясняется, что авторами проекта владеют ложные экономические теории или мифы. А, как известно из логики, взяв за посылку ложное утверждение можно вывести все что угодно, в том числе взаимоисключающие тезисы.

Современные экономические мифы обладают интересным свойством: все они, в конечном счете, предоставляют благовидные предлоги для государственного вмешательства в экономику в интересах узких привилегированных групп за счет остального населения. Поэтому борьба с агрессивным государством, обслуживающим интересы чиновников и "олигархов", бесперспективна, пока не развенчана идеология, на которой оно строит свое господство.

Этой заметкой мы открываем серию публикаций на страницах "Либертариума", посвященных разоблачению экономических мифов, на которых основана Концепция реструктуризации РАО "ЕЭС". Мы планируем размещать их по понедельникам. Сегодняшняя посвящена мифу о вреде вертикальной интеграции.

* * *

Вертикальная интеграция -- это объединение в рамках одной компании последовательных стадий производственного процесса например, генерации, транспортировки и сбыта электроэнергии. Авторы Концепции считают ее безусловным злом, с которым в ходе реструктуризации надо покончить:

"К участию в рынке не должны допускаться вертикально-интегрированные энергокомпании, способные использовать свое положение для ограничения доступа потребителей к услугам других производителей и осуществлять перекрестное субсидирование видов деятельности" (раздел 4).

"Распределительные компании (в том числе муниципальные), владеющие распределительными сетями и приобретающие электроэнергию для поставки ее потребителям [могут быть покупателями электроэнергии на конкурентном рынке] при условии разделения бизнесов по транспортировке и сбыту электроэнергии" (раздел 6.2).

Сурово. Никакой пощады вертикальной интеграции!

Однако в другом месте неожиданно встречаем следующее:

"С целью создания условий для конкуренции среди сбытовых компаний деятельность региональных распределительных компаний по передаче электроэнергии и обслуживанию сетей будет отделена от их сбытовой деятельности. Из состава АО-энерго будут выделены региональные сбытовые компании. Формирование региональных сбытовых компаний в зависимости от емкости и привлекательности рынка может проводиться как путем создания новых компаний с сохранением структуры капитала, так и путем создания дочерних сбытовых компаний. Во втором случае, распределительная компания будет являться по существу холдингом, объединяющим транспортную и сбытовую функции, а потому обладающую большей инвестиционной привлекательностью. Пакетами акций региональных сбытовых компаний управляют соответствующие распределительные компании".

Если отбросить многословие, то это означает, что разработчики вовсе не против объединения распределительной и сбытовой деятельности в рамках единых холдингов -- т.е. вертикально-интегрированных структур -- при условии формального выделения сбытовых подразделений в самостоятельные юридические лица. Они предполагают, что в этом случае каким-то чудесным образом возникнут конкурирующие сбытовики.

Противоречие налицо. Чтобы объяснить его, выясним, как же объясняют авторы Концепции свою ненависть к вертикальной интеграции.

В тексте такое отношение объясняется двумя причинами:

  • 1) вертикальная интеграция ведет к экономической неэффективности;
  • 2) вертикальная интеграция дает региональным властям рычаги влияния на региональные АО-энерго.

Разберем эти утверждения по порядку.

Вертикальная интеграция и экономическая эффективность.

Проект Концепции гласит:

"Вертикальная интегрированность компаний и, как следствие, их непрозрачность, не позволяют установить истинные масштабы неэффективных затрат, позволяют компаниям проводить перекрестное субсидирование разных видов бизнеса" (раздел 1).

Из этой фразы, правда, непонятно, идет ли речь о перекрестном субсидировании разных видов потребителей или же различных структур внутри компании. Но и первая, и вторая интерпретация апеллируют к некоей "непрозрачности", возникающей вследствие вертикальной интегрированности. Переводя с птичьего языка на человечий, это означает, что если две последовательные стадии производственного процесса объединены в рамках одной компании, то невозможно судить об эффективности этих подразделений в отдельности, а можно лишь оценивать издержки и прибыль предприятия в целом. На первый взгляд, звучит правдоподобно. Но так ли это?

Сразу приходят на ум многочисленные вертикально-интегрированные компании в других отраслях -- нефтяной, текстильной, пищевой и т.д. -- которые существуют во всех рыночных экономиках, работают эффективно и вполне "прозрачны" в том. что касается установления уровня издержек и прибыльности производственных подразделений. Почему же в этих случаях не возникает никаких проблем?

Ответ очень прост. Как писал выдающийся современный экономист Мюррей Ротбард (Murray N. Rothbard):

"[Фирма] вычисляет чистый доход каждого отдельного подразделения и распределяет между ними ресурсы в соответствии с прибылью или убытком, произведенными в каждом подразделении. Она может произвести эту внутреннюю калькуляцию только потому, что имеет возможность использовать существующую явную рыночную цену на [промежуточный] продукт". [Man, Economy, and State Los Angeles: Nash Publishung, 1970, p. 546].

"Если не существует рынка данного продукта, и все обмены происходят внутри фирмы, никто ни внутри фирмы, ни вне ее, не сможет определить его цену. Фирма может назначить неявную цену, если существует внешний по отношению к ней рынок; но если такого рынка нет, у этого блага или услуги нет и цены, будь то явной или неявной. Любая цена будет произвольно приписанным символом. Не имея возможности определить цену, фирма не сможет рационально распределять факторы производства между последовательными стадиями" [Ibid., p. 247].

И Ротбард делает следующий логический шаг: поскольку рациональное распределение ресурсов в этом случае невозможно, а свободный рынок всегда стремится установить более эффективные способы их использования, то отсюда следует, что на свободном рынке, не подверженном воздействию агрессивного государственного насилия, всегда будут существовать независимые фирмы, производящие любые блага и услуги производственного назначения. Если представить себе, что в силу каких-либо обстоятельств одна фирма сосредоточила у себя все производство некоторого промежуточного продукта, она перестанет работать эффективно, и через некоторое время у нее появятся конкуренты. Устойчивой такая ситуация может быть только благодаря государственному вмешательству, как это было в странах реального социализма.

Отсюда следует, что неэффективность и "непрозрачность" РАО "ЕЭС России" и региональных АО-энерго имеет своей причиной не вертикальную интеграцию, а установленные государством монопольные привилегии существующих производителей услуг по транспортировке и сбыту электроэнергии.

Механизм поддержания этих привилегий требует отдельного и подробного описания. Здесь же достаточно упомянуть в качестве примера службу "Росэнергонадзор", которая занимается лицензированием деятельности по производству, передаче и потреблению электроэнергии, а также сертификацией оборудования и другими видами регулирования. Эта структура, выполняющая, казалось бы, государственные функции является подразделением РАО "ЕЭС"! Есть и другие рычаги. В итоге же РАО "ЕЭС" и региональные АО-энерго могут с помощью государства эффективно блокировать возникновение конкурирующих компаний в сфере передачи, сбыта, а также генерации электроэнергии.

И вертикальная интеграция здесь ни при чем.

Вертикальная интеграция и "региональные бароны".

Авторы проекта Концепции пишут:

"Наличие вертикально интегрированных региональных компаний является мощнейшим стимулом для региональных властей по продолжению политики перекрестного субсидирования" (раздел 5).

"Наличие крупных, вертикально интегрированных АО-энерго в регионах, позволяет региональным властям (и некоторым руководителям АО-энерго) продолжать политику поддержки социальной сферы за счет региональных энергосистем" (раздел 7.1.5.1).

Ни для кого не секрет, что органы власти разных уровней (местные, региональные, федеральные) имеют в своих руках множество рычагов, позволяющих облагать предприятия всевозможными поборами -- например, оплачивать всевозможные "социальные нужды" путем перекрестного субсидирования, проводить благоустроительные работы к "дням города" и пр. Непонятно только, при чем тут вертикальная интеграция? Государственному рэкету подвергаются все предприятия, кроме особо приближенных к правящим персонам или кланам.

Конечно, у энергетиков есть дополнительные, так сказать, эксклюзивные регулирующие инстанции, прежде всего -- федеральная и региональные энергетические комиссии, в полномочия которых входит, в частности, установление тарифов. Диктат региональных начальников осуществляется главным образом через эти органы регулирования. Но, что интересно, ни в разделе "Дерегулирование", ни в других местах проекта Концепции даже не упоминаются региональные энергетические комиссии, не говоря уж о требовании их упразднения. Инвективы в адрес местных руководителей оказываются не такими уж и грозными. Авторы концепции, по-видимому, понимают под "дерегулированием" все, что угодно, кроме сокращения государственного регулирования экономики.

Однако, яркая и трогательная картинка мучеников-энергетиков, страдающих от мучителей-регионалов при ближайшем рассмотрении оказывается довольно обманчивой. Тесные отношения с властями могут стать очень полезными, когда дело дойдет до сохранения монопольных привилегий и подавления конкуренции. Например, местные власти могут установить норму, по которой любое строительство альтернативных, автономных энергоустановок или электросетей возможно только по согласованию с местным АО-энерго. Примерно так сейчас обстоят дела в Санкт-Петербурге. Участившиеся за последние годы случаи строительства промышленными предприятиями газотурбинных мини-электростанций и мини-ТЭЦ встревожили энергетических монополистов, а законодательство, которое создано якобы для борьбы с монополиями, предоставляет им достаточно возможностей отсечь конкурентов.

Впрочем, сговор между местными властями и привилегированными компаниями в сфере "общественной инфраструктуры" за счет потребителей -- распространенная мировая практика, появившаяся в начале XX века в ходе всемирного "марша к социализму". Для оправдания задним числом этой мошеннической практики и была разработана псевдонаучная теория "естественной монополии". См. об этом статью Т. ДиЛоренцо "Миф о естественной монополии". По-видимому здесь мы имеем дело с применением авторами Концепции "передовых мировых стандартов".

Итог.

Тезис о вреде вертикальной интеграции, использованный разработчиками проекта Концепции, не имеет никакого отношения к действительности. Фактически же он отвлекает общественное внимание от действительной проблемы российской энергетики -- монопольных привилегий РАО "ЕЭС России" и региональных энергокомпаний. Привилегий, обеспеченных массированным государственным вмешательством в экономику.


Миф второй: о естественной монополии.

Монополистические позиции РАО "ЕЭС России" - следствие не "естественной монополии", а государственного вмешательства и отсутствия частной собственности на землю.
(23.10.2000)

В проекте Концепции реструктуризации о естественной монополии говорится как о чем-то самоочевидном. Постоянно упоминаются "естественно-монопольные виды бизнеса" к которым отнесены диспетчеризация и транспортировка электроэнергии (раздел 2), осуществляемые на уровне как РАО, так и региональных энергетических компаний. Разработчики не берут на себя труда доказать, что эти услуги являются "естественно-монопольными". И правильно делают, так как доказать это невозможно. Теория естественно монополии является всего лишь наукообразным мифом, как убедительно показывает Т. ДиЛоренцо в своей статье [русский перевод которой опубликован на частном сайте Григория Сапова].

Впрочем, и элементарный здравый смысл заставляет усомниться в "естественно-монопольном" статусе электросетей. Разработчики концепции признают, что энергосистемы Сибири, дальнего Востока, (а также Камчатки, Магадана, части Якутии, Сахалина и Таймыра) являются независимыми. Почему же они объединены юридически и управленчески в одну компанию? Далее, что мешает распределительным и сбытовым организациям соседних городов, районов или областей конкурировать за потребителей, расположенных на смежных территориях? Что мешает предприятию, расположенному близко к границе соседней области, провести линию от "соседнего" АО-энерго? Очевидный ответ: ничто не мешает, кроме действий государственных или муниципальных органов, обеспечивающих привилегированное положение "своих" энергокомпаний (например, могут землю не выделить для прокладки линии, или просто запретить).

Обычно в ответ на это говорится, что электросети -- "локальная монополия" в том смысле, что подключение к другой сети связано с дополнительными издержками. Но в таком случае розничная торговля продовольствием -- тоже "естественная монополия", поскольку поход в более удаленный магазин связан с увеличением издержек. Однако в этом случае решение о том, что выгодно, а что нет, предоставлено потребителям. Почему бы не предоставить им право решать самостоятельно, к какой энергокомпании подключиться? А то, что некоторые из этих компаний имеют конкурентные преимущества в виде более близко расположенных магистральных линий, еще не гарантирует их победу в конкуренции. Вообще, наличие конкурентных преимуществ не свидетельствует о монополии. Монопольное положение возникает только в том случае, когда потенциальным конкурентам доступ на рынок закрыт с помощью физического насилия или угрозы такового со стороны государства или частных лиц. Именно это имеет место в российском электрическом бизнесе.

Каким же именно образом обеспечивается искусственная монополия РАО "ЕЭС" и региональных АО-энерго? Какие государственные институты и нормы способствуют ей?

Об одной из причин мы уже говорили в предыдущей заметке -- это выполнение РАО ЕЭС, точнее ее структурным подразделением "Росэнергонадзор", государственных функций, а именно принудительного лицензирования и сертификации. Естественно, обладая таким рычагом, можно сделать рынок практически недоступным для конкурентов.

Другая причина -- государственная ("общенародная") собственность на землю. На практике это приводит к тому, что выделение земли для проведения ЛЭП и кабелей находится в руках региональных и местных органов власти, которые, фактически, предоставляют РАО ЕЭС и региональным АО-энерго монопольную привилегию на использование земельных участков для этих целей. Разработчики Концепции считают самоочевидным, что эта привилегия останется и впредь. Между прочим, отсюда следует, что конфликт интересов между энергетиками и местными властями, мягко говоря, преувеличен.

У проблемы землеотвода под энергетические сети есть еще один аспект. Поскольку отсутствуют нормальные (по крайней мере, легальные) рыночные цены на участки, невозможно оценить и эффективность использования данного вида ресурсов. Собственно говоря, по этой причине экономический расчет в российской энергетике невозможен.

Из этого следует вывод, что до тех пор, пока в стране нет частной собственности на землю, настоящая реформа электроэнергетики будет оставаться кабинетной фантазией. Впрочем, в качестве промежуточной меры можно было бы ввести процедуры конкурсного (аукционного) землеотвода под строительство сетей. Однако в Концепции эти вопросы даже не обсуждаются.

Третья причина "противоестественной монополии" РАО ЕЭС и региональных энергокомпаний - это принятый для них особый режим регулирования, который якобы призван ограничивать произвол монополистов и который воплощен в институте Федеральной и региональных энергетических комиссий. Этот институт требует более внимательного рассмотрения.

Прежде всего, необходимо сделать одно замечание по проблеме неплатежей и взаимозачетов, с которыми РАО ЕЭС ведет бескомпромиссную, и, надо сказать, небезуспешную борьбу. Руководители компании и разработчики Концепции утверждают, что причина неплатежей -- "отношение к энергетической отрасли как к донору российской экономики" (раздел 1 Концепции), выполнение ею функции социальной поддержки. Это правда. Но не вся правда. Ведь неплатежи и взаимозачеты имеют место не только с бюджетами или с государственными органами "социальной поддержки", но и с обычными потребителями, прежде всего, производственными предприятиями.

В последнее время уже никем не оспаривается, что неплатежи и взаимозачеты являются скрытым способом снижения цен, поскольку фактически они означают продажу электроэнергии в обмен на некие долговые обязательства. Реальная их ценность существенно ниже номинальной; последняя же при принятии решений об обмене учитывается с дисконтом (не отражаемым, конечно, в бухгалтерском учете). Естественно, скрытое снижение цен нужно только тогда, когда нельзя прибегнуть к открытому. Это как раз случай с электроэнергией: здесь цены административно регулируются, причем они никогда не были свободными, и у нас нет оснований судить о том, какими они были бы на свободном рынке. Более того, сам факт необходимости прибегать к скрытому их снижению позволяет предположить, что свободные цены на электроэнергию были бы ниже официально установленных тарифов, если бы они не регулировались региональными энергетическими комиссиями. И это даже в том случае, если бы сохранилось монопольное положение РАО ЕЭС и АО-энерго!

Теперь представим себе, что усилия руководства РАО увенчались успехом: все платят "живыми деньгами", включая бюджеты всех уровней. Торжество экономического либерализма? Отнюдь, как говаривал товарищ по партии нынешнего руководителя РАО ЕЭС. Не забудем, что тарифы на электроэнергию назначают энергетические комиссии, в которых доминируют производители и региональные власти, то есть такие потребители, которые платят не из своего кармана, а из кармана налогоплательщика. Что мешает им сговориться, назначить завышенную цену, оплатить соответствующую часть потребления за счет налоговых поступлений, а "навар" справедливо разделить? Тем более, что каждые четыре года бывают выборы, а избирательные кампании -- дело дорогостоящее... Одним словом, существующий режим регулирования электроэнергетики грозит в ближайшем будущем превратиться в механизм перекачки денег из карманов налогоплательщиков в карманы энергетических монополистов и вступивших с ними в сговор региональных политиков.

Что говорит проект Концепции по этому поводу? Ничего, как и во всех подобных случаях. Региональные энергетические комиссии даже не упоминаются, не говоря уж об их упразднении. Конечно, разработчики могут возразить, что цены на электроэнергию они хотят сделать свободными. Но ведь цены на услуги по транспортировке и диспетчеризации останутся по-прежнему регулируемыми, по-видимому, с помощью все тех же энергетических комиссий. А значит, вся схема останется в силе.

В то же время, можно предположить, что авторы Концепции понимают всю выгодность этой схемы. И не случайно мы встречаем в разделе 7.1.3 следующий пассаж, звучащий резким диссонансом к напевам о "контрактных отношениях на рынке" и о "дерегулировании":

"Региональные сбытовые компании будут исполнять роль 'гарантирующих поставщиков', обязанных обслуживать любого обратившегося потребителя, находящегося на данной территории [...]. В перспективе, по мере развития конкуренции в сбытовой деятельности, возможен переход к системе, в которой статус 'гарантирующего поставщика' может продаваться на тендерной основе независимым сбытовым структурам".

Иными словами, предполагается учреждение института торговли правами на получение монопольных доходов за счет налогоплательщиков. В тексте не указано, кто будет осуществлять продажу, но вполне можно представить систему, при которой основной доход от нее будет получать само РАО ЕЭС, то есть получение "монопольной ренты" будет централизовано.

Все перечисленные административные и законодательные барьеры для входа на рынок транспортировки и диспетчеризации вполне эффективно отсекают тех, кто действительно смог бы в самое ближайшее время составить конкуренцию РАО и его "дочкам" - иностранные электроэнергетические компании. Этому способствует и общая зарегулированность внешнеэкономической деятельности. Одной из задач реструктуризации, согласно проекту Концепции, является "либерализация внешнеэкономической деятельности", но она упоминается в контексте "проведения эффективной экспортной политики" (раздел 2), а о допуске иностранных конкурентов на российский рынок ничего не говорится. Похоже, что под "либерализацией" авторы понимают обычную меркантилистскую политику: протекционизм плюс государственное стимулирование экспорта.

Разработчики Концепции не только не допускают мысли о появлении конкурентов, но и не хотят существенного присутствия "внешних" инвесторов в сетевом бизнесе:

"[Ф]инансирование развития сети на долевой основе за счет средств конкретной группы потребителей, поставщиков электроэнергии или инвесторов [должно] использоваться избирательно, для осуществления конкретных проектов развития сети на тех направлениях, на которых существует лишь ограниченный круг заинтересованных сторон (экспортное, подключение нового крупного потребителя или независимого производителя к сети оптового рынка и т.д.)" (раздел 7.1.2).

Иными словами, хоть монополия и "естественная", без специально сконструированной государсвтенной политики ее не удержать.

Итог.

Проект Концепции реструктуризации содержит еще одно противоречие -- между тезисом о "естественности" монополии РАО "ЕЭС России" и предлагаемой последовательно монополистической политикой. Как и другие описываемые нами мифы, миф о естественной монополии служит всего лишь оправданием для использования государственного насилия в интересах привилегированного бизнеса.


Миф третий: о дерегулировании.

Концепция реструктуризации РАО "ЕЭС России", вопреки тому, что провозглашают ее авторы, вовсе не предполагает свободного ценообразования и контрактных отношений в энергетической отрасли.
(30.10.2000)
Фрагмент заметки перепечатан в журнале Эксперт, N44, 20.11.2000

Обращаясь ко взглядам авторов проекта Концепции на ценообразование и контрактные отношения на электроэнергетическом рынке, мы находим целый букет противоречий.

1. Затратный механизм и свободное ценообразование

С одной стороны, одной из причин тяжелого финансово-экономического положения РАО ЕЭС является то, что сохраняется затратный механизм функционирования предприятий электроэнергетики, не стимулирующий повышение эффективности их производственной деятельности (раздел 1).

С другой стороны, тремя абзацами раньше в качестве причины кризиса указывается следующее:

проводится жесткая тарифная политика, часто не обеспечивающая компенсацию затрат на производство и транспорт электрической и тепловой энергии, восстановление и развитие основных производственных фондов. Регулирование тарифов часто зависит от политической конъюнктуры в ущерб экономическим принципам регулирования.

Это высказывание проясняет, что же авторы концепции понимают под "экономическими принципами регулирования" цен -- установление цен, покрывающих затраты, то есть, затратный механизм. Конкретные предложения по реструктуризации РАО ЕЭС демонстрируют, что нападки на "затратное ценообразование" - не более, чем риторика.

В разделе 2 в числе задач реструктуризации приводится следующие (в пересказе):

  • "рыночные механизмы ценообразования "в конкурентных сегментах рынка";
  • затратные механизмы ценообразование на энергию в "нерыночных зонах оптовой торговли" и на "естественно-монопольные" виды услуг.

По поводу мифа о "естественной монополии" и того, к чему ведут "экономические принципы регулирования", мы уже писали в предыдущем выпуске. Поскольку экономические издержки существуют только в момент принятия решения хозяйственным субъектом и всегда имеют субъективный характер, невозможно установить раз и навсегда принципы определения "бухгалтерской себестоимости". А значит, "затратные" цены всегда будут назначаться достаточно произвольно, т.е., как правило будут завышенными по сравнению с нерегулируемыми ценами даже на монопольном рынке.

Однако с "рыночными механизмами ценообразования в конкурентных сегментах" тоже не все так просто. Прежде всего, авторы проекта Концепции ставят предварительным условием дерегулирования рынка "установление тарифов на электроэнергию на уровне, обеспечивающем покрытие всех затрат энергокомпаний. Только в этом случае дерегулирование рынка позволит обеспечить справедливую конкуренцию и, как следствие, рост эффективности электроэнергетического сектора" (раздел 2). Иными словами, сначала "справедливая цена", а потом, может быть, и конкуренцию разрешим.

Далее, в подразделе, озаглавленном "Справедливая конкуренция и нерегулируемое ценообразование" (раздел 2) читаем:

Формирование цен на электроэнергию на новом рынке должно проходить на основе недискриминационных конкурентных механизмов.

То есть, "ценовая дискриминация" -- продажа различным потребителям по разным ценам -- будет запрещена. Иными словами, для назначения цены не будет достаточным заключение контракта между продавцом и покупателем. Некая контролирующая инстанция сможет аннулировать контракт если найдет, что его участники занимаются "ценовой дискриминацией". Но дело в том, что для многих подобных случаев продавцы смогут привести обоснование, заключающееся в различиях между потребителями -- например, разное плечо транспортировки, состояние энергопотребляющего оборудования, суточный график потребления, дисциплина плательщика и т.д. Все это -- издержки. Иными словами, для того, чтобы оценить, имела ли место ценовая дискриминация, контролирующий орган должен будет следить за затратами производителя и запрещать контракты, в которых цена существенно отклоняется от величины затрат плюс "нормальная прибыль". Еще более ясной ситуация станет в том случае, если этот орган захочет обеспечить "справедливую конкуренцию" путем борьбы с "демпингом" (продажей по цене, которая ниже себестоимости). В этом случае затратное ценообразование просто будет открыто существовать под другим названием. Тем более, что разработчики Концепции не чураются выражения "сверхприбыль" применительно к производителям дешевой электроэнергии (гидростанциям); а раз есть "сверхприбыль", то есть и "нормальная прибыль".

Итак, затратный механизм выгнали за дверь, но он влез в окно. По-другому и быть не могло, так как авторы проекта Концепции исповедуют ложную теорию рыночного ценообразования: цена должна покрывать издержки и включать "нормальную прибыль". Если предприятие не укладывается в эту норму (работает с убытком или, наоборот, получает "сверхприбыль"), то это является поводом для государственного вмешательства:

Для большинства [...] электростанций цена, формируемая на рынке, будет покрывать издержки их работы. Для остальных станций может быть предусмотрен особый режим ценообразования. [...]

Отсутствие существенных расходов, связанных с компенсацией капитальных затрат на строительство существующих ГЭС и их низкие операционные затраты обусловливает необходимость выравнивания условий их конкуренции на рынке" (раздел 6.2.).

Создается впечатление, что вся эта история с реструктуризацией затеяна лишь для того, чтобы поднять цены до "справедливого" уровня.

Авторы, по-видимому. совершенно не понимают роль прибылей и убытков в рыночной экономике. Убыток является не проявлением несправедливости, а сигналом о том, что инвестиционное (производственное) решение было ошибочным, что потребители не нуждаются в дополнительном товаре по данной цене, в данное время и в данном месте. Это сигнал к изменению производственной структуры общества (то, что называется "реструктуризацией капитала").

Конечно, нынешние владельцы (и работники) убыточных электростанций будут расплачиваться за инвестиционные ошибки, сделанные не ими, а советской бюрократией. Однако, это не может быть основанием для ограничения рыночных механизмов. Фактически же получается, что эти ошибки прошлого становятся поводом для сохранения, пусть и в более "утонченной" форме, особого правового режима функционирования электроэнергетики. А "особые правовые режимы" всегда имеют своим результатом одно -- присвоение чужой собственности.

2. Контрактные отношения на рынке

К принципам реструктуризации (раздел 2) разработчики проекта Концепции отнесли "договорную основу отношений между продавцами и покупателями". В соответствующем подразделе речь идет, прежде всего, о "возможности эффективной борьбы с неплательщиками". Однако, вот что интересно: в него не включено положение об определении цены путем договора (то есть, рыночное ценообразование и договорные отношения рассматриваются разработчиками не связанные между собой вещи). Зато утверждается следующее:

"С другой стороны, должны быть обеспечены возможности для добросовестных потребителей требовать обеспечения своего платежеспособного спроса".

То есть, позиции энергетиков и потребителей при заключении контракта неравноправны: при определенных условиях первые не могут отказаться от заключения договора со вторыми. Однако, разработчики не считают, что таким образом позиции энергетиков как-то ущемлены. Совсем даже наоборот, эти позиции будут весьма привлекательны:

"Региональные сбытовые компании будут исполнять роль 'гарантирующих поставщиков', обязанных обслуживать любого обратившегося потребителя, находящегося на данной территории [...]. В перспективе, по мере развития конкуренции в сбытовой деятельности, возможен переход к системе, в которой статус 'гарантирующего поставщика' может продаваться на тендерной основе независимым сбытовым структурам".

Как мы уже отмечали в предыдущей заметке, речь фактически идет об учреждении института торговли правами на получение монопольных доходов за счет налогоплательщиков.

Есть и другие примеры принудительных "контрактных" отношений, предусматриваемых Концепцией (курсив мой -- Ю.К.):

"Необходимо предусмотреть возможность государства выкупить генерирующие мощности в том случае, когда электроэнергия, вырабатываемая ими, оказывается необходимой для функционирования ЕЭС России, а новый собственник не считает возможным продолжать производство электроэнергии в сложившихся условиях" (раздел 3).

"Дополнительные услуги обеспечиваются системным оператором путем востребования услуг участников рынка, которые осуществляются на возмездной основе [...] Плата за оказание дополнительных системных услуг определяется либо на основе конкурентных механизмов на рынках существующих системных услуг, либо устанавливается регулирующим органом" (раздел 6.5).

Здесь мы имеем дело с частным случаем более общего явления -- особого правового режима собственности в целом ряде отраслей российской экономики, к которым, кроме энергетики, относятся все виды транспорта, водоснабжение, а также связь, которую вряд ли кто-нибудь рискнет назвать "естественной монополией". (Кстати, наше государство собирается включить в этот список и интернет). Господствует такая идеология: обычных гражданско-правовых отношений недостаточно, чтобы эти отрасли нормально работали. Производители, получившие лицензию на соответствующую деятельность, автоматически лишаются части прав собственности на свои активы (например, операторы связи не могут запросто отключить телефонного хулигана, а компании, предоставляющие услуги электронной почты -- абонента, рассылающего нецензурные послания. Сюда же относится весь сюжет с СОРМ).

Естественно, возникает вопрос: почему же владельцы компаний не борются с таким нарушением прав частной собственности? Ответ дает вся многовековая практика лицензирования и регулирования бизнеса: такого рода уступки позволяют выторговать у государства существенные привилегии. Мы уже писали об этом, применительно к РАО "ЕЭС", в предыдущей заметке. В целом же эта проблема настолько серьезна и важна, что требует отдельного обсуждения.

Проект Концепции реструктуризации РАО "ЕЭС" не только не предусматривает отхода от практики "особого правового режима", но и прямо предусматривает расширение соответствующего регулирующего законодательства. В частности, планируется разработать поправки к Гражданскому Кодексу РФ, "а также принять новые законы, например, "Закон о федеральной энергетической системе..."" (раздел 7.3).

3. Итог

Дерегулирование провозглашено одним из лозунгов реструктуризации РАО "ЕЭС России". В реальности же проект Концепции предусматривает комбинацию следующих действий:

  • замена некоторых простых правил регулирования более сложными и "непрозрачными";
  • сохранение особого режима собственности в электроэнергетике и "размывание" общих принципов гражданского права;
  • расширение специального административного законодательства по регулированию энергетической отрасли;
  • учреждение торговли некоторыми монопольными привилегиями.

Можно ли назвать все это дерегулированием?


Миф четвертый: "О справедливых требованиях миноритарных акционеров".

Борьба за права миноритарных акционеров - это отстаивание прав людей и организаций, которые хотят воспользоваться монопольными привилегиями приватизированного государственного министерства. Нельза восстановить справедливость, не перекрыв возможностей для несправедливого присвоения имущества потребителей.
(06.11.2000)

В этой заметке речь пойдет о мифе, который, вероятно, не исповедуется разработчиками Концепции, однако включен в нее из соображений политической целесообразности. В отличие от рассмотренных нами ранее, этот миф имеет не экономико-теоретический, а этический характер. Речь идет о "правах миноритарных акционеров".

Этот миф был рожден не в команде разработчиков Концепции, но они отдали ему дань (см. раздел 5). Предусматривается создание "Совета по обеспечении прав акционеров при Председателе Правления РАО "ЕЭС России" с участием представителей миноритарных акционеров"; при создании дочерних обществ будет обеспечиваться представительство миноритарных акционеров в Совете директоров дочерних обществ и т.д..

На первый взгляд, все это совершенно правильно: если кто-то владеет долей собственности в акционерной компании, его права собственности должны соблюдаться. И, если бы речь шла об обычной фирме, созданной в рамках свободного рынка, такое требование было бы бесспорно справедливым. Однако, в случае РАО "ЕЭС России" ситуация радикально меняется из-за особых отношений этой компании с государством.

Как мы уже писали в предыдущих заметках, РАО "ЕЭС России" не только работает на рынках товаров и услуг, но и выполняет некоторые государственные функции (в частности, лицензирования и регулирования соответствующих видов деятельности). Более того, эта компания пользуется монопольными привилегиями, предоставляемыми государством, то есть, получает дополнительные доходы благодаря агрессивному насилию государственного аппарата по отношению к потребителям и производителям.
Иными словами, РАО "ЕЭС" - это не частная акционерная компания, а акционированное советское министерство. Это неявно признается и самими авторами Концепции: если в начальных разделах они говорят о "реструктуризации РАО 'ЕЭС России'", то в последних мы читаем уже о "реформировании электроэнергетики". То есть, РАО "ЕЭС" - это и есть электроэнергетическая отрасль. Концепция не предусматривает "отделения государства от экономики" в этой отрасли.

В этой ситуации "права миноритарных акционеров" есть права на обогащение с помощью государственного насилия.

Можно провести следующую аналогию. Представьте себе пиратский корабль, построенный и снаряженный на паях. Контрольный пакет принадлежит "мистеру X", который, на самом деле, есть не кто иной, как дядя боцмана. Корабль успешно занимается своим делом и приносит доходы. Однако, владелец контрольного пакета, используя свое положение, постоянно нарушает "права миноритарных акционеров", в частности, в определении стратегии развития пиратского бизнеса (например, он настаивает на 100% выплате выкупа за пленников звонкой монетой, в то время. как миноритарные акционеры готовы принимать выкуп натурой, и т.п.). Для разрешения конфликта владельцы мелких паев обращаются к государству, а также к широкой общественности, апеллируя к вечным принципам незыблемости частной собственности. Общественность, в целом, поддерживает "пострадавших", т.к. боцман известен своим дурным нравом и не раз в прошлом нарушал права акционеров и трудовых коллективов других пиратских кораблей.

Ситуация совершенно абсурдна, потому что долгом всякого нормального общества и всякого нормального государства является ликвидация всего этого бизнеса и примерное наказание как акционеров, так и членов трудового коллектива.
Конечно, всякая аналогия хромает, и РАО "ЕЭС" правильнее было бы сравнить с купеческим кораблем, подрабатывающим между дел и пиратством. Однако, суть дела остается прежней: защита прав миноритарных акционеров есть попытка добиться справедливости в принципиально несправедливой ситуации. Отстаивание принципов частной собственности и свободного рынка должно начинаться с ликвидации монопольных привилегий РАО "ЕЭС России", а не с защиты интересов той или иной группы, имеющей долю в этих привилегиях.

Тут критик воскликнет: "Здесь все в черном цвете! Где же позитив?"
Позитив - в следующий понедельник.


Заключение.

Какова должна быть концепция реструктуризации российской энергетики. Экономическая модель и элементы политической стратегии реформирования.
(13.11.2000)

В предшествующих критических заметках мы пришли к выводу, что Концепция реструктуризации РАО "ЕЭС России" ничего не говорит о способах решения главной проблемы российской энергетики " проблемы монопольных привилегий РАО "ЕЭС России" и региональных АО-энерго, привилегий, обеспеченных государственным насилием позволяющих отсекать потенциальных конкурентов и обогащаться за счет потребителей. Решение этой проблемы возможно только путем радикального изменения институциональной среды, в которой действует электроэнергетика.

Для этого должна быть разработана концепция, а затем и программа, реформирования российской энергетики (а не квази-министерства РАО "ЕЭС России"), основанная на следующих принципах:

  • частная собственность и контрактные отношения;
  • свобода предпринимательства и снятие административных барьеров для входа на рынок;
  • дерегулирование;
  • ликвидация особого режима собственности на производственные активы в энергетической отрасли;
  • отделение государственных функций от производственных компаний.

Реализация этих принципов применительно к РАО "ЕЭС России" и ее дочерним компаниям потребует следующих действий:

  1. Прекращение всех видов конфискации электроэнергии у энергокомпаний (включая нормативные акты, предусматривающие обязательные поставки кому бы то ни было).
  2. Отмена принудительного лицензирования деятельности и сертификации оборудования в производстве и потреблении электроэнергии. При этом "Росэнергонадзор" лишается статуса регулирующего органа и преобразуется в компанию, оказывающую услуги по лицензированию и сертификации на коммерческой основе. Одновременно допускается без ограничений оказание услуг по лицензированию и сертификации любыми профильными организациями, в том числе и иностранными. Все конфликтные ситуации, возникающие из-за нарушений условий поставки и функционирования оборудования (включая аварии, несчастные случаи и т.д.) разрешаются в рамках общего гражданского и уголовного судопроизводства.
  3. Ликвидация Федеральной и региональных энергетических комиссий.
  4. Отмена регулирования цен на электроэнергию и на услуги по ее транспортировке. (Возможно, что полный отпуск цен следует провести не сразу, а в законодательно установленный срок после начала реализации программы, чтобы предоставить время конкурирующим компаниям для разработки инвестиционных проектов в сфере транспортировки.).
  5. Предоставление льготного таможенного и валютного режима иностранным энергокомпаниям, действующим на российском рынке.
  6. До введения частной собственности на землю и свободной купли-продажи земли - предоставление землеотвода для проведения электросетей на конкурсной основе.

Эти принципиальные положения могут и должны быть конкретизированы при разработке концепции и программы. Главное, однако, чтобы конкретные служили достижению основной цели - созданию свободного рынка в энергетической отрасли.

* * *

Из сказанного выше следует, что возможность подлинного реформирования энергетического сектора существенным образом зависит от решения некоторых серьезных политических проблем. Вот некоторые из них.

1. Введение частной собственности на землю и свободы контрактов по поводу земельной собственности.

Пока эта задача не решена, любое дерегулирование будет весьма относительным, поскольку у властей всех уровней останется право распоряжаться ключевым для энергетики ресурсом. В этих условиях участники рынка будут конкурировать не только, и не столько, за деньги потребителей, сколько за благосклонность чиновников.

Поэтому все, кто заинтересован в реформе "естественно-монопольных" отраслей должны уделять значительную долю внимания и ресурсов земельному вопросу.

2. Отмена антимонопольного законодательства.

Антимонопольное законодательство - это классический пример дирижистской меры, не унаследованной от советского социалистического прошлого, а заимствованной в эпоху "либеральных" реформ у социалистического Запада. Среди левых политических идеологем, эта носит особо иезуитский характер: под видом "защиты свободной конкуренции" антимонопольное законодательство наказывает тех, кто наиболее успешен в конкуренции, то есть, тех, кто лучше всех удовлетворяет нужды потребителей. Что же касается мер по регулированию "естественных монополий", то это - очевидный пример предоставления монопольных привилегий.

К сожалению, среди российской публики, включая интеллектуальную элиту, сложилось мнение об антимонопольном регулировании как о чем-то очень либеральном, как о неотъемлемом атрибуте свободной рыночной экономики. Вся система экономического образования работает на внедрение в головы людей этой лжи.

Поэтому подлинное реформирование электроэнергетики и других отраслей, подпадающих под этот вид регулирования, требует агрессивной и долгосрочной пропагандистской стратегии. Первым этапом ее должна была бы стать научная критика "теории несовершенной конкуренции" и "теории несовершенств рынка" - критика, давно и успешно осуществляемая различными школами экономической мысли Запада, прежде всего, австрийской школой.

3. Общее дерегулирование экономики России.

Задача, сколь насущная, столь и необъятная. Те, кто заинтересован в реформировании электроэнергетики, должны "образовать единый фронт" с теми, кто добивается дерегулирования в других сферах человеческой деятельности. И прежде всего, необходимо постоянно объяснять людям, включая интеллектуальную элиту, вредность и расточительность государственного регулирования, а также преимущества частных систем, выполняющих его традиционные функции - сертификацию, лицензирование, контроль качества и т.д.

Подводя итог, можно сказать следующее: программа реформ электроэнергетики не может ограничиться технической стороной дела. Для успешного реформирования отрасли необходимо фронтальное идеологическое и политическое наступление со стороны реформаторов. Иначе все их усилия окажутся малопродуктивными.

* * *

В заключение - несколько слов о политических возможностях.

Андрей Абрамов, один из участников дискуссии в "Либертариуме" высказался следующим образом:

Цель плохо и сумбурно написанной "концепции" состоит отнюдь не в том, чтобы дать Вам четкую картину того, что произойдет в энергетике в ближайшие 5 лет, а в том, чтобы получить необходимую политическую поддержку [...].

В чем суть проблемы и почему РАО необходимо разделить генерацию, распределение и сбыт?

Во-первых, это уход от регулирования тарифов на электроэнергию. Сеть является естественной монополией, тогда как генерация таковой не является [...], генерация регулируется в условиях вертикальной интеграции энергокомпаний "попутно". Поэтому разделение генерации и распределения автоматически выведет генерацию из разряда естественных монополистов, а, следовательно, и из под власти регулирующих органов (по крайней мере теоретически).

По замыслу РАО, на первом этапе, даже формальное разделение генерации и сети (выделение генерации в самостоятельные зависимые от АО энерго компании) позволит, по крайней мере, вывести генерацию из под контроля РЭКов, с которыми у РАО отношения весьма сложными (примерно такие же, как у Кремля с губернаторами). Очевидно, что это не есть еще дерегулирование, так как тарифы в такой ситуации будет устанавливаться ФЭКом, с последним, однако, у РАО отношения складываются гораздо лучше, чем с региональными регулирующими органами. Это поможет РАО поднять тарифы еще до полного дерегулирования рынка, что, очевидно, облегчит процесс собственно дерегулирования.

То есть, политической стратегией реформаторов является не радикальный персмотр законодательства, а выведение по мере возможности отдельных "клочков" электроэнергетики из-под гнета государственного регулирования. Такая вот "политика возможного". На это можно сказать только одно: если приступать к планированию реформ с таких "минималистских" позиций, то из-под власти регулирующих органов не удастся вывести даже генерацию. Да и сам А. Абрамов это в глубине души понимает, недаром он делает оговорку: "хотя бы теоретически". Практически же, даже если удастся вывести генерацию из разряда "естественных монополий", в региональных реестрах монополистов большинство электростанций все же останется. А значит, из-под власти МАП они выведены не будут.

Одним словом, в реформировании энергетики, как нигде более, уместен известный политический афоризм: "Будьте реалистами " требуйте невозможного!"

* * *

На этом мы заканчиваем серию критических заметок о Концепции реструктуризации РАО "ЕЭС России" от 19 июня 2000 г. Однако, мы не прекращаем дискуссию на тему реформирования электроэнергетики. В ближайшее время мы планируем опубликовать в "Либертариуме" ряд материалов по этой теме, в том числе переводных.


Комментарии (0)

  • Миф первый: о вреде вертикальной интеграции.

    Автор статьи, видимо, не достаточно глубоко знаком с проблемой реформы РАО. Составить о ней мнение на основании тех, "концепций" которую публиковало РАО, увы, невозможно если Вы конечно не обладаете сверхъестественными возможностями читать между строк, либо не являетесь в этой области специалистом.

    Цель плохо и сумбурно написанной "концепции" состоит отнюдь не в том, чтобы дать Вам четкую картину того, что произойдет в энергетике в ближайшие 5 лет, а в том, чтобы получить необходимую политическую поддержку, причем поддержка интернет-экспертов по энергетике отнюдь не рассматривается РАО, как приоритет. Попытка критиковать ее с точки зрения чистой науки является занятием весьма бесполезным.

    В чем суть проблемы и почему РАО необходимо разделить генерацию, распределение и сбыт?

    Во-первых, это уход от регулирования тарифов на электроэнергию. Сеть является естественной монополией, тогда как генерация таковой не является (кажется, это есть и в концепции если ее почитать внимательно), генерация регулируется в условиях вертикальной интеграции энергокомпаний "попутно". Поэтому разделение генерации и распределения автоматически выведет генерацию из разряда естественных монополистов, а, следовательно, и из под власти регулирующих органов. (по крайней мере теоретически).
    По замыслу РАО, на первом этапе, даже формальное разделение генерации и сети (выделение генерации в самостоятельные зависимые от АО энерго компании) позволит, по крайней мере, вывести генерацию из под контроля РЭКов, с которыми у РАО отношения весьма сложными (примерно такие же, как у Кремля с губернаторами). Очевидно, что это не есть еще дерегулирование, так как тарифы в такой ситуации будет устанавливаться ФЭКом, с последним, однако, у РАО отношения складываются гораздо лучше, чем с региональными регулирующими органами. Это поможет РАО поднять тарифы еще до полного дерегулирования рынка, что, очевидно, облегчит процесс собственно дерегулирования. Возможно, есть альтернативные способы избавиться от регулирования тарифов, однако, пока я о них не слышал.

    Во-вторых, компания, которая владеет распределительной сетью и генерирующими станциями не допустит в "свой" регион, другие генерирующие компании. То есть у вертикально - интегрированной энергокомпании присутствует конфликт интересов. Пример " Красноярскэнерго. КРАЗ является фактически владельцем Красноярской ГЭС (не будем касаться того, как ему это удалось). КРАЗ находится на расстоянии 85 км. от Красноярской ГЭС и потребляет 95% производимой ею электроэнергии. Красноярская ГЭС отпускает электроэнергию по тарифу 3.08 коп. за киловатт. КРАЗ покупает эту энергию у КРАСНОЯРСКЭНЕРГО за 17 коп. за киловатт. Почему? Высоковольтная линия, соединяющая КРАЗ с Красноярской ГЭС принадлежит Красноярскэнерго, что не дает КРАЗу возможности заключить с Красноярской ГЭС прямой договор (как, например, сделали Саянский алюминий с Саяно-Шушенской ГЭС). Теоретически, КРАЗ может подать в суд на Красноярскэнерго за нарушение антимонопольного законодательства или проложить свою линию. Практически, как мы видим, даже олигархи, завладев электростанцией не могут ею воспользоваться в полной мере при нынешней системе регулирования рынка. Если генерация, дистрибуция и сеть будут разделены, то у сетевой компании, по крайней мере с ЭКОНОМИЧЕСКОЙ точки зрения не будет предпосылок для того, чтобы не разрешать определенному потребителю покупать электроэнергию у определенного поставщика.

    В-третьих, тезис об эффективности вертикально-интегрированных компаний ВООБЩЕ является весьма сомнительным. Года 4 назад, еще когда алюминиевая промышленность была в кризисе я разговаривал с менеджером одной небольшой американской алюминиевой компании, которая гордилась тем, что успешно что зарабатывала прибыль, тогда, когда более крупные ее конкуренты терпели убытки. "Какие экономии масштаба!" - говорил он. "Когда число рабочих на заводе у нас приближается к двумстам, мы открываем новый завод, крупный завод не может работать эффективно." Может он не был доктором наук по экономике, однако он зарабатывал деньги там, где другие их теряли. Ссылку на публикацию 70-го г. вряд ли можно считать убедительным аргументом " именно за последние 30 лет в США коренным образом были пересмотрены взгляды на то, как должна функционировать корпорация. В частности, под влиянием японских конкурентов в США был в корне пересмотрен тезис "об экономии масштабов" и т.д. Кроме того, за последние 30 лет информационные технологии, как Вы возможно заметили, стали несколько совершеннее, что также повлияло на структуру отраслей и компаний. Не хочу начинать довольно бесплодный теоретический спор, но у западной экономической науки в настоящее время в целом негативное отношение к вертикальной интеграции, диверсифицированным холдингам и другим крупным и негибким структурам. Обычно они создаются не исходя из экономической целесообразности, а из-за того, что менеджер компании хочет быть руководителем структуры как можно большего размера (что, кроме всего прочего, позволяет ему получать и бОльшую компенсацию). Более того, уже существующие диверсифицированные и вертикально интегрированные компании пытаются реструктурироваться таким образом, чтобы каждая бизнес единица работала как независимая компания. Очевидный пример " советская плановая система. Вся страна была единой вертикально интегрированной корпорацией. Теоретически, если бы у Политбюро был суперкомпьютер, способный предсказывать потребность каждого индивидуума и просчитывать оптимальную модель производства исходя из этого, то наше поколение бы уже жило при социализме. К сожалению, как показывает опыт, Господь Бог при создании этого мира видимо не предусмотрел для нас такой возможности.

    Так, что теоретические споры о пользе вреда вертикальных холдингов имеют весьма отдаленное отношение к выбору модели реформы российской энергетики. Во-первых, немаловажную роль у нас играют политические факторы, во-вторых в российских условиях, при высокой нестабильности и отсутствии квалифицированных управленческих кадров крупная структура быстро становиться неуправляемой.

  • Миф первый: о вреде вертикальной интеграции.

    Уважаемый Андрей!

    Вы пишете:
    Автор статьи, видимо, не достаточно глубоко знаком с проблемой реформы РАО. Составить о ней мнение на основании тех, "концепций" которую публиковало РАО, увы, невозможно если Вы конечно не обладаете сверхъестественными возможностями читать между строк, либо не являетесь в этой области специалистом.
    Цель плохо и сумбурно написанной "концепции" состоит отнюдь не в том, чтобы дать Вам четкую картину того, что произойдет в энергетике в ближайшие 5 лет, а в том, чтобы получить необходимую политическую поддержку, причем поддержка интернет-экспертов по энергетике отнюдь не рассматривается РАО, как приоритет.

    У меня предложение: давайте воздержимся от личных нападок и попыток унизить опонента.

    По существу. Не могли бы Вы пояснить, что мешает КрАЗу провести свою высоковольтную линию?

  • Миф первый: о вреде вертикальной интеграции.

    > чтобы получить необходимую политическую поддержку, причем поддержка интернет-экспертов по энергетике отнюдь не рассматривается РАО, как приоритет

    Если интернет-экспертом считать Юрия Кузнецова, то это не так :) Он экономист, и (насколько я знаю лично) его последний научный доклад в Кремле был не на тему Интернета, а на тему экономики ;)

    Обращу внимание, что многие "простые" авторы Либертариума либо занимают, либо занимали, либо будут занимать отнюдь не "простые" должности. Не нужно наезжать на людей -- пытайтесь наехать на их мысли (если получается :).

    Кузнецов прав -- мысль о возможность конкуренции "внутри" value chain интегрированной энергетики у РАО "ЕЭС России" и оппонентов из бизнеса и государства практически не просматривается. Сбыты (marketers) еще могут помыслить отделенными от дистрибуции (понимаемой, как низковольтные сети), а вот -- например! -- конкурентный транспорт не обсуждается вообще, как "политически непроходимое дело". Кузнецов справедливо замечает, что "политическая непроходимость" часто означает фактическое незнание вопроса широкими массами. Теперь -- после его статей -- серьезные люди не смогут умалчивать эту потенциальную возможность.

  • Начальник электричества как решение муниципальных проблем

    Ценообразование в электроэнергетике даже не ступало на порог рынка, поскольку населению и предприятиям говорят о том, что они платят за электроэнергию меньше ее фактической стоимости. Потребитель платит за любой товар любую требуемую продавцом цену до тех пор, пока может эту цену осилить. При неподъемной цене потребитель переходит к альтернативным товарам и услугам: начинает гнать самогон или пользоваться автономными источниками света и тепла. Очень показателен показанный более месяца назад по РТР сюжет об одном чеченце, в доме которого в отличие от почти всей погруженной в темноту Чечни каждую ночь горит свет от собственного дизель-генератора. Задача государства - создать условия для сокращения издержек, включаемых в себестоимость товаров и услуг.

    Говорят, в каждой шутке есть только доля шутки, все остальное - правда. Недавно мне в шутку высказали следующее предложение. Почти в каждом городе есть как минимум высокий пост мэра. Есть и главная проблема: отсутствие надежного отопления и освещения городских домов из-за хронической нехватки денег в городском бюджете. Сделано шутливое предложение о том, как эту проблему решить, не увеличивая, а наоборот - сокращая городской бюджет. Необходимо использовать хорошо зарекомендовавший себя в совдеповские времена институт совместительства должностей. Почему бы ни поручить исполнение обязанностей мэра уже существующему руководителю предприятия, отвечающего за устойчивое энергообеспечение населения. С чрезвычайными правами - отключать буквально всех неплательщиков, не взирая на чины и ранги.

    Шутник, высказавший такое предложение, уверен, что проблемы с отоплением и освещением мигом будут решены. Знаете, почему этот шутник так считает? По аналогии. Если глава администрации любого города либо его заместитель могут заниматься вопросами поставки угля и мазута для отопления горожан, то есть выполнять функции начальника теплосетей, то почему начальник теплосетей не сможет выполнять наряду со своими функциями и часть функций городской администрации. Кстати, а какие еще основные функции, кроме отопления и снабжения горожан электроэнергией, есть у городского начальства? Функций, вообще-то много.
    Помимо проведения конференций, например о правах женщин, и встреч с зарубежными делегациями с соответствующими фуршетами, проводятся еще так называемые чистые четверги, то есть осуществляется контроль за порядком на улицах. Что поделать, если россияне в отличие от голландцев еще не научились мыть тротуары с мылом возле своих домов. Вот и приходится заботиться об этом не маленькой по штату городской администрации.

    А еще контролируется вся местная торговля, осуществляется надзор и за выстраиваемыми на подворьях банями, сараями и номерными знаками на домах.
    Нужен, ох как еще нужен надзор за российским мужиком, почему-то считают многие мэры. Без надзора он не то, что номерной знак на собственный дом не повесит, так еще и торговать начнет не там, где захочет указать начальство. Кроме административного управления населением городская администрация еще контролирует и муниципальные предприятия. Чаще всего называемые "Санита", "Роза" и т. п., которые должны и за порядком следить, и озеленением заниматься. Есть и другие, например, муниципальное предприятие "Водоканал", которое запросто может справиться со снабжением населения водой. Причем, также как и "Санита" с "Розой" - без всякого дополнительного чиновничьего контроля.

    Коли нельзя обойтись без тепло - и энергосетей, а также водоканала с многочисленными домоуправлениями и возглавляющими их муниципальными служащими, то уже набирается значительное число управленцев, рассредоточенных по всему городу в своих многочисленных конторах. Зачем нам выбирать мэра, который будет затем формировать дополнительную команду своей администрации? Может быть лучше всего избрать (либо подтвердить полномочия) одного из начальников уже существующего муниципального предприятия, которому и поручить координировать деятельность всего муниципального образования (снимать и назначать начальников других предприятий).

    Опять самым главным получается рыжий, поскольку электричество важнее всего. Главным координатором директоров всех городских предприятий и должен быть все тот же начальник по электричеству, а по совместительству - мэр, то есть человек, подчиненный Чубайсу. Если он сможет обеспечить нас электроэнергией, неужели он не сможет провести раз в неделю чистый четверг или через своего заместителя проверить работу остальных городских предприятий и проследить за своевременной выдачей зарплаты несчастным учителям? Исходя из этой шутки, можно до минимума сократить весь городской управленческий аппарат. Представляете, сколько зданий сразу освободится. Потому что все городское начальство будет сидеть по своим предприятиям, откуда они уже сейчас управляют городским отоплением, освещением, водоснабжением, санитарной очисткой и т. п.

    Так что эта шутка реально поможет и расходы бюджета уменьшить, и обогреть нас зимой в хорошо освещенных квартирах.
    Мой сайт в Интернете - <a href="http://www.lusnikov.com>www.lusnikov.com</a></P> </BODY></HTML>

  • Миф четвертый: "О справедливых требованиях миноритарных акционеров".

    Ну, я лично сталкивался с "представителями миноритарных акционеров" и пытался разобраться в этой ситуации. Все намного хуже: это акционеры оккупационной армии, которые стали акционерами после того, как уверились, что армия оккупировала территорию вполне надежно, и партизанская война этой армии не грозит. Они стали акционерами, а теперь будут возражать любым мероприятиям по снятию оккупации и переходу на мирные рельсы.
  • Миф четвертый: "О справедливых требованиях миноритарных акционеров".

    Вы хотели сказать НЕКОТОРЫЕ миноритарные акционеры :)
  • Миф четвертый: "О справедливых требованиях миноритарных акционеров".

    Я был бы рад сказать НЕКОТОРЫЕ, но сейчас я говорю ПОДАВЛЯЮЩЕЕ, ОРГАНИЗОВАННОЕ И ОЧЕНЬ АКТИВНОЕ БОЛЬШИНСТВО. Их трюки типа "ошибок" по учету 0.12% как 12% -- это только видимая часть айсберга. Понятно, что корни проблемы в том, что было позволено акционировать министерство, в результате был получен реальный монополист, да еще с правами регулирования своих конкурентов. Теперь эту давно заваренную кашу нужно расхлебывать -- к полному неудовольствию текущих "собственников" де-юре.

    С другой стороны, только НЕКОТОРЫЕ встреченные мной миноритарные акционеры понимают суть проблемы и пытаются искать РЕАЛЬНЫЕ ее решения.

  • Миф четвертый: "О справедливых требованиях миноритарных акционеров".

    Ну, в общем-то, акционеры пиратского корабля тоже подписывались на акции ПОСЛЕ прочтения проспекта эмиссии :-)

    Насчет некоторых миноритарных акционеров тоже не соглашусь. На сегодня последняя старушка, вложвшая ваучер на чековом аукционе, будет бороться за свои права в едином строю с Брансвиком и его мифическими процентами (если хорошенько подумает, конечно).

    Выход надо искать в области экономических интересов. Например, в том, что потенциал роста акций нынешнего монопольного РАО сильно ограничен. Спекулятивные возможности в отсутствии политических событий (если такое отстутсвие возможно) сойдут на нет. Трудно представить себе что-то более скучное, чем быть акционером гос-компании, министерства и монополиста. Не будет оно делиться с акционерами награбленным. Только непрерывный ажиотаж вокруг реформ и руководства делает сейчас этот рынок. Потенциал роста можно найти в конкуренции, в выборе (угадывании) лучших дочек, перспектив их отделения и т.п.

  • Миф четвертый: "О справедливых требованиях миноритарных акционеров".

    Согласен -- любой Брансвик и любая старушка (читавшие или не читавшие проспект эмиссии в момент покупки акций), оказавшись волей случая либо сознательного намерения (в данном случае -- все равно) акционерами оккупационной армии будут биться до последнего, чтобы акционерами этой армии остаться. Но делиться награбленным армия, понятно, не будет. Да и не грабеж это уже, а слезы :)))

    Поэтому решение нужно, действительно, искать в экономических интересах: нужно устроить реальную приватизацию министерства. И защищать настоящих собственников, получающихся в результате реальной приватизации. Нынешних "собственников" защищать непонятно как -- ну, дали им формально подержаться за кусок государства, и толку-то?

    Думаю, что вопрос стоит так же, как и при любой другой реальной приватизации: справедливых механизмов не существует, могут быть более или менее приемлемые. Обычно таким механизмом является развитый механизм вторичного рынка талонов на приватизированное имущество. Такие "ваучеры" уже есть -- это акции РАО "ЕЭС России". Теперь нужно сделать так, чтобы их можно было обменивать на частные предпринимательские, а не на монопольно-прогосударственно-министерские (оккупационные) активы. Далее, как и предлагает Vvagr -- получается интересная экономическая игра, в ходе игры все довольны. Потом будет легкая волна "пересмотров процесса несправедливого перераспределения собственности", но она может быть погашена на самом высоком уровне, уровне гаранта строя -- то есть на государственном уровне. Это и есть защита интересов акционеров -- чтобы частная собственность была частной, а форма акционерной собственности соответствовала конкурентно-предпринимательскому содержанию. Чем быстрее совершить эти институциональные преобразования, тем быстрее можно будет говорить о реальных интересах реальных акционеров настоящих предприятий на настоящем рынке. А сейчас "защита интересов акционеров" -- вранье и риторика.

  • Заключение.

    Юра. Согласен с написаным полностью. Однако, меня слегка отвлеченный от темы вопрос. Есть проблема - неплатильщики из категории "неприкосновенных": военные, детские и лечебные учреждения. В случае первых, деньги есть (куда они идут тоже примерно известно), а отключения натыкаются на истерику по поводу национальной безопасности; в случае вторых - просто людей жалко (о наличие денег - не знаю). Что можно, на твой взгляд, с этим сделать.
  • Заключение.

    Здравствуй, Сережа.

    Отвечаю.
    1. Военные.
    Ты сам пишешь, что деньги есть. Значит, надо что-то противопоставить их демагогии. Противопоставить можно только идеологическую атаку на идею бесплатной национальной безопасности. Конечно, это требует соответствующей потановки задачи РАОшным PRщикам. Не знаю, справятся ли. Но, как говорится, дай Бог им удачи.
    2. Детские и лечебные учреждения.
    Их должны дотировать муниципалитеты. Вообще-то за неуплату надо отключать именно их здания. Я не уверен, однако, что при существующем правовом режиме энергетики могут так действовать.
    Далее, в нашей стране явно задествованы избыточные мощности в больничном деле. Например, у нас люди часто ложатся в больницы "на обследование" - этого не было бы на свободном рынке, если бы за обслуживание надо было платить.

    И еще одно общее соображение. Конечно, людей жалко. Но если все время оплачивать это жалкое состояние, то люди в нем будут и оставаться. Если государство будет платить за бедность, болезни и безработицу, то население страны будет бедным, больным и безработным.

    Конечно, переход должен быть достаточно плавным. Но необходимым условием этого перехода должно быть "опрозрачивание" мер материальной поддержки, переход от ценового субсидирования к прямому денежному.

  • Миф третий: о дерегулировании.

    аноним, 15.01.2001
    в ответ на: глава Миф третий: о дерегулировании. Юрий Кузнецов
    Хочу высказаться с точки зрения электрика.
    Ну, во первых, каждый знает, что ввод в любую квартиру осуществляется отдельно. А во вторых, каждый уже знает, что мы живем якобы в правовом государстве (т.е. как бы закон превыше всего).
    Так вот, самый простой путь, объединяющий эти два понятия состоит в следующем:
    Заключить договора между каждым конкретным квартиросъемщиком (так как организации, имеют договора и могут через суд отстаивать свои права) и энергоснабжающей организацией, возможно через посредника - ЖКО, РЭУ и т.д., в которых расписаны обязанности и права обеих сторон. И только после этого, как в банке, по истечении срока договора он может продляться автоматически на тех же юридических условиях. Таким образом при непоступлении оплаты, энергетики смогут законно,через суд взыскать ущерб, а до того обрубить провода и опломбировать ввод (самовольное подключение - подсудное дело); но и с другой стороны, если энергетики отключили электричество потребителю, постоянно и вовремя оплачивающему счета, то все его издержки, в том числе и моральные должен оплатить энергетик.
    Вот только при таком раскладе все рыжие монополисты смогут понять, что или надо менять стиль хозяйствования или надо менять место работы.
    А пока что, население нашей страны бесправно перед рыжими.
    Andrew
  • Миф третий: о дерегулировании.

    Левенчук Анатолий, 15.01.2001
    в ответ на: комментарий (анонимный, 15.01.2001)
    Восхитительно, как Andrew приводит почти дословно предложения рыжих энергетиков, обвиняя их в поддержке сегодняшнего режима. Замечу, что многие поколения предшественников рыжих энергетиков по крупицам собирали сегодняшнюю систему, и рыжие отличились в этом ряду только тем, что хотят эту систему сломать и построить новую. Увы, Andrew не критикует предлагаемую рыжим энергетиком картинку светлого будущего (это трудно -- картинка предлагаемого будущего у рыжего быстро меняется, уходя то в рынок, то из рынка :) а приписывает одной рыжей личности подвиги всех предыдущих нерыжих.

    Мне все-таки кажется, что разбираться нужно по содержанию, а не по рыжести. Например, спросить электрика Andrew, как он мыслит себе механизм, позволяющий выключать клиентов, которые платили ЖЭКу или ДЭУ, если эти посредники прожрали клиентские деньги и не платят их энергетикам?

    Или еще интереснее: сколько стоит и за какое время можно включить механизм учета электроэнергии, чтобы ее потребления высчитывалось не по нормативам, а действительное? Эти счетчики жутко дорого стоят, к ним нужны линии связи, дорогое обслуживание, а без них предложенный Andrew способ быстро решить все проблемы не будет работать.

    Таких вопросов не один десяток. Электрикам кроме основ парикмахерского искусства (чтобы отличать активных рыжих от пассивных всяких :) следует изучить юридические науки, экономику, финансы и основы информационной техники (АСУ ТП хотя бы :), чтобы научиться критиковать по существу.

    Ничего личного :) Я не рыжий -- я лысый :)

  • Мифы реструктуризации. Миф первый: о вреде вертикальной интеграции.

    >Это поможет РАО поднять тарифы еще до полного
    >дерегулирования рынка, что, очевидно, облегчит процесс
    >собственно дерегулирования.
    может я чего не понимаю, но
    чем именно поднятие тарифов поможет дерегулированию??

    >Теоретически, если бы у Политбюро...
    Кажется этот спор закончился лет не менее 65 назад...

    >"Какие экономии масштаба!"
    Сдается мне, при наличии хотя бы одной
    предпосылки для economy of scale
    она потенциально существует и
    ее можно использовать.
    И она не перестает существовать
    если ее съедают раздутые штаты
    или чрезмерная оплата топ-менеджеров.
    Я бы не стал априори отрицать
    возможности экономии на масштабе.
    Здесь, кстати, можно сослаться
    на начало статьи ДиЛоренцо
    в той части, где
    перечисляются мнения
    экономистов конца XIX...

  • Миф первый: о вреде вертикальной интеграции.

    Уважаемый Юрий!

    С основной мыслью согласен и полностью поддерживаю.
    (понятно, что барьеры надо убирать поганой метлой :)

    Есть только несколько оговорок по поводу мифов, косвенно в пользу письма andrei (которое изобилует, впрочем,
    ляпами и с которым по идее я отнюдь не согласен,
    точнее не согласен с его категоричностью).

    Говоря о мифе мы здесь понимаем под этим словом произвольную посылку, которая используется как
    очевидная (или ранее доказанная).
    Критика мифа о вреде вертикальной интеграции
    совершенно обоснованна.

    Однако, по моему мнению, в Вашей статье
    несколько невнятно звучит идея о том, что
    мифов необходимо избегать вообще.

    Вы доказали, что вышеуказанный миф - действительно миф.
    Но на его месте начинает маячить другой (немножко есть уже в отзыве ailev на andrei) - о несомненной пользе вертикальной интеграции.

    Ротбард в приведенной Вами цитате выражает общее умонастроение австрийской школы (которое я понимаю, люблю и уважаю), а именно, мысль о том, что рынок сам установит наиболее оптимальный размер фирмы и, применительно к данному случаю, разбиение вертикальных цепочек. Однако, будет ли в наших условиях (даже если убрать ограничения) возможным появление адекватных конкурентов нашим вертикально интегрированным монстрам?
    Поэтому только ли в привилегиях дело?
    Может быть действительно оправданным окажется отделить производство от распределения?. Проиводство разбить на наименьшие части, способные по отдельности производить электроэнергию, а эксплуатацию распределительных сетей попробовать перестроить на конкурентных началах a la &rdquor;то контракт выигрывает претендент, предлагающий самую низкую цену на всю работу целиком” (Демсец, цит.по ДиЛоренцо).
    При этом, разумеется, обеспечив свободный и равный доступ всех производителей к сети и его вплоть до суда защиту, разумеется.
    Пожалуй об этом все...

    А теперь попробуем сформулировать еще одну ложку дегтя: да, произвольных посылок необходимо избегать. Двумя руками да за то, что базировать на них концепции нельзя. Но Юрий, ведь нет оснований для априорного заявления о том, что выбранная произвольно база обязательно неверна.

    В целом же, статья замечательная, несмотря на указанную некоторую скошенность в чистую критику.
    Спасибо Вам за нее.

    С уважением,
    Владимир.

  • Мифы реструктуризации. Миф первый: о вреде вертикальной интеграции.

    XXX, 18.01.2001
    в ответ на: комментарий (Юрий Кузнецов, 31.10.2000)
    >По существу. Не могли бы Вы пояснить, что мешает КрАЗу
    >провести свою высоковольтную линию?
    Может быть то, что завышение цен на
    этот фактор производства позволяет сократить
    налогооблагаемую прибыль?
    :)))))
  • Мифы реструктуризации. Миф первый: о вреде вертикальной интеграции.

    Юрий Кузнецов, 22.01.2001
    в ответ на: комментарий (XXX, 18.01.2001)
    Мне недавно сообщили, что господа из "Русского алюминия" пытались получить разрешение на проведение своей линии электропередачи, но Минтопэнерго в конце концов запретило.

    Очевидно. что идеология Чубайса направлена на консервацию именно такого положения дел.

    Не пора ли вообще развенчать еще один миф - о Чубайсе и Гайдаре как либеральных реформаторах? По-моему, их политика - это политика радикалов-государственников: сперва внести искусственный хаос путем массированного нарушения прав собственности, а потом под предлогом беспорядка усилить вмешательство государства во все сферы жизни.

  • Мифы реструктуризации. Миф первый: о вреде вертикальной интеграции.

    Keng, 23.01.2001
    в ответ на: комментарий (Юрий Кузнецов, 22.01.2001)
    > Не пора ли вообще развенчать еще один миф - о Чубайсе и Гайдаре как либеральных реформаторах? По-моему, их политика - это политика радикалов-государственников: сперва внести искусственный хаос путем массированного нарушения прав собственности, а потом под предлогом беспорядка усилить вмешательство государства во все сферы жизни...

    Не берусь судить, какие они реформаторы были или сейчас есть, но прав собственности до февраля 1992 года вообще никаких не было (кроме социалистической -- государственной и кооперативной), а государство как раз во все и вмешивалось по максимуму... Госплан, Госснаб, КГБ и т.д...
    Или Вам двадцать лет сейчас и Вы просто не можете помнить, или у Вас склероз уже, извините.

  • Мифы реструктуризации. Миф первый: о вреде вертикальной интеграции.

    Юра, постарайся быть осторожнее в политических формулировках :-)

    Фразу их политика - это политика радикалов-государственников... можно понять двумя способами: либо их политика по факту оказалась политикой государственников, сыграла на руку государственникам, либо они изначально вынашивали именно такие планы. Все-таки надеюсь, что ты имел в виду первое.

  • Мифы реструктуризации. Миф первый: о вреде вертикальной интеграции.

    Юрий Кузнецов, 24.01.2001
    в ответ на: комментарий (Keng, 23.01.2001)
    Уважаемый Keng!

    Не страдаю склерозом, а потому отлично помню следующие обстоятельства:

    1. Частная собственность была легализована в России (и в СССР) до 1992 года и даже до прихода в правительство команды Гайдара. Еще в 1991 году, до августовского путча, было принято первое законодательство о приватизации.
    2. В 1992 году, действительно. были приняты две либеральные меры - отпуск цен и указ о свободе торговли (последний вскоре был отменен); однако одновременно была создана денежная система, основанная на необеспеченном "декретном" стандарте - наиболее государственническая и грабительская из всех возможных.
      Критику реформ 1992 г. с либеральных позиций см. в статье В.Найшуля "Либерализм, обычные права и экономические реформы" (http://www.libertarium.ru/libertarium/l_libnaul_cright)
    3. Приватизация - чековая и, в особенности, через залоговые аукционы - не создала легитимной частной собственности на бывшее советское имущество; этим и объясняются постоянные насильственные конфликты и попытки передела. Хотя вроде бы все потихоньку устаканивается, отрицательные последствия для дела либерализма, я думаю, будут еще долго сказываться.
      Анализ проблем, связанных с приватизациеей социалистической собственности, проведенный с либертарианских позиций, см: http://www.mises.org/journals/rae/pdf/R52_4.pdf.
    4. Зкомство с публикациями, а также практической деятельностью, "младореформаторов" во время их третьего прихода в правительство (1997-1998 гг.) показывает, что они ставили себе целью не ослабление, а усиление государственного вмешательства в экономику, и успешно добивались этой цели. (См., например, материалы органа ДВР "Открытая политика" за этот период).

    С уважением,
    Ю.Кузнецов

  • Мифы реструктуризации. Миф первый: о вреде вертикальной интеграции.

    Я, конечно, имел в виду первое. Они искренне считают себя либералами-реформаторами. Однако, их действия во многом объясняются следующими двумя ошибочными мнениями:
    1. отождествление либерализма и "западничества", непонимание социалистического характера многих западных институтов;
    2. представление о моральном релятивизме как этической основе капитализма (по-видимому, усвоенное от марксизма).

    Кроме того. некоторые высказывания Гайдара свидетельствуют о том, что он является по своим политико-экономическим взглядам социал-демократом, а не либералом.

  • Мифы реструктуризации. Миф первый: о вреде вертикальной интеграции.

    Keng, 24.01.2001
    в ответ на: комментарий (Юрий Кузнецов, 24.01.2001)
    Дорогой Юрий!
    Все Вы, оказывается помните:
    > В 1992 году, действительно. были приняты две либеральные меры - отпуск цен и указ о свободе торговли (последний вскоре был отменен)
    Я и считаю, что экономические свободы начались только с опубликования Указа Президента N65 "О свободе торговли" (29.01.1992). Можно обвинить Власть, что им они, фактически, и закончились :(
    Кстати, Указ "О свободе торговли" до сих пор действует , в усеченном виде, правда, но он действующий.
    Я надеюсь, Вы читали публикации Гайдара о том времени и той ситуации. Там отвечает на большинство Ваших претензий.
    Кроме того, Вы почему-то обвиняете двух человек (ну, трех -- еще и Б. Ельцина, наверное). А был еще и Съезд Нардепов, который херил всю эту приватизацию, как хотел. Кто ввел столько вариантов приватизации? Инерция.

    > Приватизация - чековая и, в особенности, через залоговые аукционы - не создала легитимной частной собственности на бывшее советское имущество
    И не могла создать, Господь с Вами! Думать о "легитимности" таких процессов -- наивность, не более. Плюс -- на чеках зачем-то написали цифры... Потом их и принимали только по номинальной девальвированной стоимости. Инерция.

    > Критику реформ 1992 г. с либеральных позиций см. в статье В.Найшуля "Либерализм, обычные права и экономические реформы"
    Извините, мне не очень понятно, как Найшуль в октябре 1991 года мог критиковать реформы 1992 года...
    А воззрения Найшуля того времени во многом правильны. Со многим я согласиться не могу, но тогда можно было пойти и по его пути. Только он сам же и предупреждает, что: " ...схема предполагает некоторый более высокий, чем ныне существующий, уровень эффективности и компетентности ... властей, а также управляемости общества, а потому может оказаться просто нереализуемой ". И, боюсь, в итоге, будучи Президентом :), Найшуль стал бы строить государственные "вертикали" и делать все очень не по либертариански... Инерция.

    > Знакомство с публикациями, а также практической деятельностью, "младореформаторов" во время их третьего прихода в правительство (1997-1998 гг.) показывает, что они ставили себе целью не ослабление, а усиление государственного вмешательства в экономику, и успешно добивались этой цели.
    Здесь не берусь судить: возможно. Интересно, что все теоретики с благими и очень либертарианскими идеями приходящие во Власть почему-то все быстро становятся "государственниками"... Думаю, что тоже случилось бы и со мной и с Вами и кто-то другой костерил бы меня и Вас вместо Гайдара с Чубайсом.
    Что-то здесь не так. В случае с экономическими преобразованиями стран мы сталкиваемся с бессилием любой личности перед ИНЕРЦИЕЙ Общества. И обвинять в этом личности по меньшей мере несправедливо.

  • Являются ли Чубайс и Гайдар либеральными реформаторами?

    Юрий Кузнецов, 25.01.2001
    в ответ на: комментарий (Keng, 24.01.2001)
    Добрый день, Keng!

    Сразу скажу, чтобы не быть неправильно понятым: я сам поддерживал Гайдара, Чубайса и Ельцина на протяжении всего, условно говроря, реформаторского периода, начиная с 1992 г., особенно когда на них шел массовый пропагандистский "накат". Но я защищал их от нападок "слева", а сам я нападаю на них "справа". По-моему, совершенно очевидно, что в вопросе о либеральных реформах они сейчас - "центристы".

    Найшуль в 1991 г. критиковал определенные идеи, которые потом реализовывало гайдаровское правительство; эти идеи широко обсуждались в связи с польским опытом реформ.

    Я согласен с Вами, что вряд ли гайдаровцы сделали бы больше, но причиной этого считаю не некую "инерцию", а состояние их умов. а также (хотя и в меньшей степени) состояние умов всех остальных участников драмы. Все-таки, в революционную эпоху всегда можно сделать несколько больше, чем дозволяют господствующие в обществе взгляды, которые весьма запутанны и неопределенны.

    Интересно, что все теоретики с благими и очень либертарианскими идеями приходящие во Власть почему-то все быстро становятся "государственниками"... Думаю, что тоже случилось бы и со мной и с Вами и кто-то другой костерил бы меня и Вас вместо Гайдара с Чубайсом.

    Ну, я пока еще не видел во "Власти" "теоретиков с либертарианскими взглядами". О взглядах Гайдара и Чубайса я кратко высказался в ответе на реплику Виктора Агроскина. Кстати, история с реструктуризацией энергетики вполне демонстрирует антирыночный характер воззрений Чубайса: он придерживается неоклассической экономической теории, вполне оправдывающеи и даже предписывающей широкое государсвтенное вмешательство.

    Случай с Найшулем сложнее. Он далеко не либертарианец, даже в ограниченном, "минархистском" смысле и в разное время высказывал весьма разные взгляды. Во всяком случае, я однажды услышал от него (по-моему, году в 95-м), что теперь он не написал бы иногое из того, что есть в упомянутой статье.

    Так что, я думаю, что дело не столько в инерции или в развращающем влиянии власти (перефразируя лорда Эктона), а в определенной логике развития идей человека.

    Кстати, что касается Гайдара, его книга "Парадоксы экономического роста" (1994 г.) - вполне марксистское произведение. А в другой книге - "Государство и эволюция" - он в качестве образца лидера-реформатора приводит Рузвельта. Не то что либертарианец, даже простой классический либерал такого написать не может!

    Так что, не во всем виновата инерция общества.

    С уважением,
    Ю.Кузнецов.

  • Являются ли Чубайс и Гайдар либеральными реформаторами?

    Keng, 25.01.2001
    в ответ на: комментарий (Юрий Кузнецов, 25.01.2001)
    > По-моему, совершенно очевидно, что в вопросе о либеральных реформах они сейчас - "центристы".
    Наверное, Вы правы. Вопрос полит-терминологии. Относительно меня -- так точно: далеко в центре :) Для меня определяющим, этакой "лакмусовой бумажкой", является маленький вопрос: лицензирование.

    > Я согласен с Вами, что вряд ли гайдаровцы сделали бы больше, но причиной этого считаю не некую "инерцию", а состояние их умов. а также (хотя и в меньшей степени) состояние умов всех остальных участников драмы. Все-таки, в революционную эпоху всегда можно сделать несколько больше, чем дозволяют господствующие в обществе взгляды, которые весьма запутанны и неопределенны.
    Именно эти господствующие взгляды и прочее, о чем Вы говорите, я и имел в виду под словом "инерция" -- инерция мышления, действий, заведенного порядка, социальной структуры, ожиданий...
    В революционную эпоху хочется сделать преобразований побольше и побыстрее, но (и история тому дала многочисленные примеры) -- получается не так, как хотелось, а "как всегда" :(

    Кстати, Гайдар, повествуя в своих мемуарах о том Указе "О свободе торговли", говорит, что это была не его идея, но она была принята, как временная мера для насыщения опустевшего рынка на потребительском уровне (не дословно, но суть, -- как я понял). И я для себя отметил, что Гайдар на момент издания Указа и на момент написания книги был просто в неведении того, что экономическая свобода начинается со свободы торговли. Не знаю, как сейчас.
    Так что, может быть, Вы и правы: если покопаться... Просто я не сторонник копания в прошлом -- что сделано, то сделано, и я не склонен обвинять трех человек во всех бедах страны. А вот в будущем, в планах, законопроектах -- вот что интереснее...
    А какие-никакие "Реформы", которые дали толчок развитию, длились недолго -- пара месяцев 1992 года, ну -- полгода, не более.
    Конечно: "Во всем виноват Чубайс" ;) Только изучая ошибки прошлого мы не сможем найти ответ для будущего -- мы всего лишь изучим ошибки прошлого.

Московский Либертариум, 1994-2017