20 август 2018
Либертариум Либертариум

Категория трансакционных издержек

В этой статье подробно рассмотрено одно из ключевых
понятий теории прав собственности - категория трансакционных издержек.

picture

Традиционная экономическая теория обходилась без этого понятия, что было равносильно молчаливому предположению о том, что любые взаимодействия между экономическими агентами совершаются гладко и мгновенно -- без малейших трений, потерь и затрат. (Как считает Р.Коуз, единственный случай, когда представление о небесплатности экономических взаимодействий использовалось традиционной теорией в явном виде, -- это объяснение происхождения института денег. Появление денег рассматривалось как ответ на проблему высоких издержек, связанных с бартером, которые резко сужали возможности взаимовыгодного обмена.)

Введение в научный оборот идеи положительных издержек трансакции -- одно из главных достижений нового неоинституционального подхода. Первоначально она была привлечена для объяснения существования таких противоположных рынку иерархических структур, как фирма. Р.Коуз связал образование этих "островков сознательности" с их относительными преимуществами в плане экономии на трансакционных издержках. Специфику функционирования фирмы он усматривал в подавлении ценового механизма и замене его системой внутреннего административного контроля. Это избавляет от издержек по поиску партнера по сделке, ведению переговоров, заключению контракта, его юридической защите и т.д. Другими словами, многие экономические решения обходятся дешевле, когда они осуществляются внутри фирм, без посредничества рынка. Трактовка Коуза подверглась затем корректировкам и модификациям, но само понятие трансакционных издержек было удержано современной экономической теорией и приобрело со временем огромную аналитическую значимость.

Из теоремы Коуза, составляющей фундамент теории прав собственности, следовало, что именно из-за положительных трансакционных издержек права собственности "имеют значение". Это естественным образом подводило к постановке целого ряда новых вопросов: как соотносятся понятия производственных и трансакционных издержек? чем объясняется такое разнообразие экономических трансакций? каковы основные виды трансакционных издержек? как можно оценить их уровень?

1. Трансакционные издержки: вводные замечания

В теории прав собственности и родственных ей концепциях базовой единицей анализа признается акт экономического взаимодействия, сделка, трансакция. Категория "трансакции" охватывает как материальные, так и контрактные аспекты обмена. Она понимается предельно широко и используется для обозначения как обмена товарами и различными видами деятельности, так и обмена юридическими обязательствами, сделок как долговременного, так и краткосрочного характера, как требующих детализированного документального оформления, так и предполагающих простое взаимопонимание сторон.

Чтобы сделка могла состояться, необходимо собрать информацию о ценах и качестве товаров и услуг, договориться об ее условиях, проконтролировать добросовестность ее выполнения партнером, а если она все-таки расстроилась по его вине, то и в этом случае, чтобы добиться компенсации, бывает необходимо приложить немало усилий. Поэтому совершение сделок может требовать значительных затрат и сопровождаться серьезными потерями. Эти издержки и получили название "трансакционных". Они выступают главным фактором, определяющим структуру и динамику различных социальных институтов.

Введение в экономический анализ понятия трансакционных издержек явилось крупным теретическим достижением. Признание "небесплатности" самого процесса взаимодействия между людьми позволило совершенно по-новому осветить природу экономической реальности: "Без понятия трансакционных издержек, которое по большей части отсутствует в современной экономической теории, невозможно понять, как работает экономическая система, продуктивно проанализировать целый ряд возникающих в ней проблем, а также получить основу для выработки политических рекомендаций" ([14], с. 6).

Даже простое перечисление имеющихся определений много говорит о его содержании: "издержки по обмену правами собственности", "издержки по осуществлению и защите контрактов", "издержки получения выгод от специализации и разделения труда", "издержки координации и мотивации деятельности экономических агентов".

Наиболее радикальное определение принадлежит, вероятно, С.Чуну: "В самом широком смысле слова "трансакционные издержки" состоят из тех издержек, существование которых невозможно себе представить в экономике Робинзона Крузо" ([13], с. 52). По С.Чуну, в экономике с двумя и более участниками к трансакционным издержкам следовало бы отнести все затраты сверх и помимо собственно издержек производства. (Д. Норт считает возможным переинтерпретировать эти категории в марксистских терминах: издержки производства суть издержки, обусловленные состоянием производительных сил; издержки трансакции суть издержки, обусловленные характером производственных отношений ([29], с. 61).

Иначе говоря, трансакционные издержки можно было бы определить как издержки экономического взаимодействия, в каких бы формах оно ни протекало: "Трансакционные издержки охватывают издержки принятия решений, выработки планов и организации предстоящей деятельности, ведения переговоров о ее содержании и условиях, когда в деловые отношения вступают двое или более участников; издержки по изменению планов, пересмотру условий сделки и разрешению спорных вопросов, когда это диктуется изменившимися обстоятельствами; издержки обеспечения того, чтобы участники соблюдали достигнутые договоренности. Трансакционные издержки включают также любые потери, возникающие вследствие неэффективности совместных решений, планов, заключаемых договоров и созданных структур; неэффективных реакций на изменившиеся условия; неэффективной защиты соглашений. Одним словом, они включают все, что так или иначе отражается на сравнительной работоспособности различных способов распределения ресурсов и организации производственной деятельности" ([26]).

Категория трансакционных издержек ведет свое происхождение от двух работ Р.Коуза -- "Природа фирмы" (1937 г.) и "Проблема социальных издержек" (1960 г.). Сам Коуз первоначально относил к ним только издержки, возникающие при использовании ценового рыночного механизма. Позднее в их состав стали включать и издержки, связанные с использованием административных механизмов контроля. При таком расширенном толковании понятие трансакций приложимо как к отношениям, складывающимся между организациями, так и к отношениям, складывающимся внутри них.

Часть трансакционных издержек, которую можно считать предварительной, относится к моменту до совершения сделки (сбор информации), другая приходится на момент ее оформления (переговоры и заключение контракта), третья носит постконтрактный характер (меры безопасности против оппортунистического поведения, меры по восстановлению нарушенных прав собственности).

Трансакционные издержки могут выступать не только в явной, но также и в неявной форме. Если они настолько велики, что вообще блокируют возможность трансакции, то зарегистрировать их не удается (поскольку никаких сделок не совершается). Но от этого их воздействие не становится менее реальным: ведь именно их чрезмерно высокий потенциальный уровень заставляет экономических агентов отказываться от включения в процесс обмена.

Трансакционные издержки сопровождают решения, принимаемые как на индивидуальном, так и на коллективном уровне. Затраты по формированию и поддержанию правовой системы падают на всех членов общества в целом. Расходы по заключению и юридической защите (в рамках существующей правовой системы!) конкретной сделки -- на ее непосредственных участников. Во многих случаях существование высоких трансакционных издержек на уровне всего общества объясняется стремлением уменьшить их величину для индивидуальных агентов.

Таким образом, совокупные издержки общества складываются из затрат земли, труда, капитала и предпринимательских способностей, необходимых, во-первых, для преобразования физических свойств различных благ (их цвета, химического состава, местоположения и т.д.) и, во-вторых, для налаживания взаимодействия между самими экономическими агентами (разграничения, защиты, передачи и объединения прав собственности). Если уровень "трансформационных" издержек (как назвал их Д.Норт) определяется в первую очередь технологическими факторами, то уровень трансакционных издержек -- институциональными. По меткому выражению К.Эрроу, трансакционные издержки представляют собой "издержки по поддержанию экономических систем на ходу" ([6]).

Конечно, это не значит, что те и другие издержки можно рассматривать изолированно, вне существующей между ними взаимосвязи. Например, высокие трансакционные издержки нередко предопределяют выбор способов производства. (Так, размытость прав собственности может вести к отказу от инвестирования в долговременные активы и преобладанию трудоемких технологий.) И, наоборот, появление новых технологий может усложнять или упрощать процесс заключения сделок, вести к сокращению или возрастанию связанных с ними издержек.

Одна из важнейших особенностей трансакционных издержек состоит в том, что они допускают значительную экономию на масштабах деятельности. Постоянные компоненты есть во всех видах трансакционных издержек: когда информация собрана, ею может пользоваться любое количество потенциальных продавцов и покупателей; договоры стандартизируются; стоимость разработки законодательства или административных процедур мало зависит от того, какое число лиц подпадает под действие.

Выделение целого нового класса издержек позволило поставить вопрос о реакции экономических агентов на их присутствие. Так как трансакционные издержки ограничивают возможности взаимовыгодного сотрудничества, экономические агенты оказываются заинтересованы в их сокращении и будут готовы предпринимать необходимые для этого меры. С точки зрения трансакционного подхода различные формы организации деятельности людей -- это не что иное как орудия по экономии трансакционных издержек. В этом состоит главная функция любых социальных институтов.

Роль трансакционных издержек в экономическом мире нередко сравнивается с ролью трения в мире физическом: "Подобно тому, как трение мешает движению физических объектов, распыляя энергию в форме тепла, так и трансакционные издержки препятствуют перемещению ресурсов к пользователям, для которых они представляют наибольшую ценность, "распыляя" полезность этих ресурсов по ходу экономического процесса. Подобно тому, как каждому известному физическому объекту придается такая форма, которая способствует либо минимизации трения, либо получению за счет него какого-либо полезного эффекта (колесо, например, служит и тому, и другому), так фактически и любой известный нам институт возникает как реакция на присутствие трансакционных издержек и для того, по-видимому, чтобы минимизировать их воздействие, увеличив тем самым выгоды от обмена. Наконец, следует заметить, что экономист, игнорирующий существование трансакционных издержек, будет сталкиваться с такими же трудностями при объяснении экономического поведения, с какими сталкивался бы физик, игнорирующий факт трения при описании движения физических объектов" ([11], с. 166).

Различные институты обладают неодинаковой эффективностью с точки зрения экономии трансакционных издержек. Одни справляются с этой задачей лучше, другие - хуже. Этим, по мнению теоретиков трансакционного подхода, объясняется эволюция организационных структур. Те, что требуют слишком высоких издержек, отмирают, те, что оказываются более экономичными, выживают и получают распространение. Экономия трасакционных издержек выступает как своего рода "мотор" институциональной эволюции.

Аналогичное объяснение получает и факт сосуществования множества разнообразнейших, кажущихся иногда несовместитыми форм экономической и социальной жизни. Трансакционные издержки неоднородны по своему составу. Поэтому одни организационные формы могут обладать преимуществами в экономии издержек одного типа, другие - другого. Их многобразие обусловлено множественностью типов трансакционных издержек и, соответственно, множественностью возможных способов их экономии.

2. Трансакции и их характеристики

Естественно, что уровень трансакционных издержек определяется особенностями самих совершаемых сделок. Трансакции различаются по тому, какие требования они предъявляют к ограниченным рациональным способностям экономических агентов и какой простор оставляют они для их оппортунистического поведения. Для каждого типа сделок создаются специальные координирующие и защитные механизмы, смягчающие связанные с ним трения и потери.

Трансакции (то есть типы взаимодействия) могут характеризоваться целым рядом признаков. Они могут быть:

1) общими или специфическими (касаться стандартных или достаточно уникальных ресурсов);
2) мимолетными или длительными, однократными или регулярно повторяющимися;
3) слабо или сильно зависящими от непредсказуемых будущих событий;
4) с легко- или трудно измеримыми конечными результатами (допускающими более или менее эффективный контроль за выполнением участниками взятых на себя обязательств);
5) автономными или тесно переплетающимися с другими сделками ([27],с. 30--33).

Остановимся несколько подробнее на каждом из этих признаков.

1. Степень специфичности. Впервые противопоставление общих и специальных активов было проведено Г.Беккером для инвестиций в образование и производственную подготовку ([8]), получив позднее более широкое употребление. Общим называется ресурс, который представляет интерес для множества производителей (в предельном случае -- для всех). Его рыночная ценность мало зависит от того, где он используется. Специфическим называется ресурс, который может найти применение только у данного конкретного производителя. Для всех остальных он представляет нулевую ценность. Разумеется, специфичность ресурса -- это вопрос степени. Он может быть специальным не обязательно по отношению к однойединственной фирме, но и по отношению какой-либо одной отрасли, региону, стране. О мере специфичности можно судить по тому, насколько сократилась бы ценность актива при его употреблении в другом месте.

О.Уильямсон выделил четыре класса ресурсов с точки зрения их общности/специфичности. Пример общего ресурса среди физических активов -- бензин стандартной марки, пример специфического уникальное оборудование, сделанное по индивидуальному заказу (поскольку оно отвечает особенностям именно фирмы-заказчика, для любой другой его ценность будет ниже). Пример общего человеческого капитала -- знание правил арифметики, пример специального -- знание менеджером административных особенностей и управленческой культуры той фирмы, где он проработал много лет. Примером специфичности месторасположения может служить возведение электростанции в районе угледобычи, что обеспечивает экономию транспортных расходов (стоимость электроэнергии при переносе строительства в любое другое место была бы выше). Некоторые ресурсы могут также оказываться "предназначенными" (dedicated) для единственного пользователя не потому, что они представляют интерес только для него, а потому, что в данный момент спрос на них со стороны других пользователей отсутствует (например, ими уже накоплен достаточный запас мощностей этого типа) ([37], с. 526).

После того, как какой-либо агент произвел инвестиции в специальные активы, его положение становится крайне уязвимым. Он оказывается как бы "заперт" в сделку со своим нынешним партнером. Так как ни для кого другого его специальные активы не представляют особой ценности, прерывание деловых отношений с ним означало бы потерю капитала. Поэтому сделки со специфическими ресурсами требуют, как правило, продуманных, подчас весьма дорогостоящих мер по защите интересов собственников.

2. Степень регулярности и длительности сделок. Если сделка одноразовая и ее исполнение занимает короткое время, отношения будут строиться преимущественно на безличной, формализованной основе (скажем, с использованием типовых контрактов). Когда сделка между одними и теми же партнерами повторяется регулярно и/или ее исполнение требует, чтобы они находились в постоянном тесном контакте, тогда каждый из участников получает возможность лучше узнать другого и начать полнее учитыватьт его интересы. Их отношения приобретают менее формальный, более персонифицированный характер. Так, большинство спорных вопросов между фирмами и занятыми на них работниками разрешаются в процессе личного общения, без ссылок на условия договора и привлечения каких-либо внешних инстанций. Это позволяет избегать издержек, возникающих при использовании таких формальных механизмов как суд, арбитраж или государственные регулирующие органы.

3. Степень неопределенности. Способность экономических агентов предвидеть будущее ограничена. Когда сделка занимает длительное время, то на момент ее заключения может существовать большая неопределенность относительно того, в каком состоянии окажется рынок к моменту ее завершения. Это должно побуждать участников либо к тому, чтобы составлять более детальные контракты, оговаривающие обязанности сторон при наступлении тех или иных возможных событий, либо к тому, чтобы отодвигать конкретизацию многих пунктов сделки на будущее, когда ситуация на рынке уже определится. Однако использование более гибких контрактов с многочисленными открытыми позициями требует дополнительных мер по защите от недобросовестного поведения партнера, который может отказаться от своих первоначальных намерений, убедившись, что в новых условиях это перестало быть для него выгодным.

4. Степень измеримости характеристик сделки. Любой товар или услуга -- это пучок свойств. Количество и качество одних благ легко поддаются измерению (пример -- торговля зерно- или нефтепродуктами), тогда как других -- с огромными трудностями (пример -- получение медицинских или юридических услуг). Поэтому покупатели нередко вынуждены прибегать к дорогостоящей проверке количества и качества приобретаемых ими трудноизмеримых благ.

5. Степень взаимозависимости сделок. Сделки могут быть ав тономными или тесно переплетаться со многими другими. Например, решение фирмы звукозаписи о переходе к выпуску лазерных дисков должно быть увязано с решениями фирм, изготавливающих соответствующую звуковоспроизводящую аппаратуру. Иначе оно просто не имеет смысла. Чем сильнее зависимость экономического агента от решений, принимаемых другими агентами, тем больше затраты, необходимые для того, чтобы его действия были скоординированны с их действиями и чтобы он был застрахован от неожиданных перемен в их планах.

Чем более общий, кратковременный, определенный, контролируемый и автономный характер носит сделка, тем больше оснований либо вообще обходиться без ее юридического оформления, либо ограничиваться составлением простейшего типового контракта. Напротив, чем более специальный, повторяющийся, неопределенный, трудноизмеримый и взаимосвязанный характер она носит, тем сильнее стимулы к установлению долговременных отношений на формальной или неформальной основе. Соответственно, тем ниже или тем выше уровень трансакционных издержек.

3. Виды трансакционных издержек

Для осуществления сделки от агента может требоваться совершение множества самых различных операций. Каждая из них может обходиться ему весьма недешево и сопровождаться ошибками и потерями. Отсюда -- многообразие видов трансакционных издержек. Каковы же их основные формы?

Нужно отметить, что общепринятой классификации трансакционных издержек не сложилось, каждый из исследователей обращал внимание на наиболее интересные, с его точки зрения, элементы. Дж.Стиглер выделил среди них "информационные издержки" ([34]), О. Уильямсон -- "издержки оппортунистического поведения" ([38]), М.Дженсен и У.Меклинг -- "издержки мониторинга за поведением агента и издержки его самоограничения" ([24]), Й.Барцель -- "издержки измерения" ([7]), П.Милгром и Дж.Робертс -- "издержки влияния" ([26]), Г.Хансманн -- "издержки коллективного принятия решений" ([22]). К.Далман включил в их состав "издержки сбора и переработки информации, издержки проведения переговоров и принятия решений, издержки контроля и юридической защиты выполнения контракта" ([17], с. 114).

Попробуем рассмотреть их примерно в той последовательности, в какой они возникают по ходу совершения сделок.

1. Издержки поиска информации. Перед тем, как будет совершена сделка, нужно располагать информацией о том, где можно найти потенциальных покупателей или продавцов потребительских благ или производственных факторов и каковы сложившиеся на данный момент цены. Издержки такого рода складываются из затрат времени и ресурсов, необходимых для ведения поиска, а также из потерь, связанных с неполнотой и несовершенством получаемой информации.

Поиск может вестись на обеих сторонах рынка -- как продавцами, так и покупателями. На рынке труда работодатели дают объявления об имеющихся вакансиях, посылают заявки в службы занятости, производят тестирование и отбор кандидатов и т.д. В свою очередь соискатели рабочих мест опрашивают друзей и родственников, становятся на учет в агентства занятости, рассылают резюме, обзванивают или посещают заинтересовавшие их фирмы. На товарных рынках производители затрачивают немалые средства на изучение потребительского спроса, маркетинг, рекламу, найм комивояжеров, а потребители -- на изучение рекламных проспектов, посещение магазинов, стояние в очередях, найм торговых агентов (например, по продаже недвижимости).

Поиск может принимать экстенсивные и интенсивные формы. В первом случае его целью является ознакомление с как можно большим числом имеющихся вариантов, во втором -- как можно более углубленное изучение какого-то одного из них. Поиск прекращается, когда ожидаемые предельные выгоды сравниваются с предельными издержками его продолжения.

2. Издержки ведения переговоров. Рынок требует отвлечения значительных средств на проведение переговоров об условиях обмена, на заключение и оформление контрактов. Чем больше участников сделки и чем сложнее ее предмет, тем выше эти издержки. Дополнительным их источником являются потери из-за неудачно заключенных, плохо оформленных и ненадежно защищенных соглашений.

3. Издержки измерения. Любой продукт или услуга -- это комплекс характеристик. В акте обмена неизбежно учитываются лишь некоторые из них, причем точность их оценки (измерения) бывает чрезвычайно приблизительной. Иногда интересующие качества товара вообще неизмеримы и для их оценки приходится пользоваться суррогатами (например, судить о вкусе яблок по их цвету). Измерение -- это квантификация информации: "Фактически ни один товар, выносимый на продажу, не свободен от издержек измерения его свойств" ([7], с. 28). Сюда относятся затраты на соответствующую измерительную технику, на проведение собственно измерения, на осуществление мер, имеющих целью обезопасить стороны от ошибок измерения и, наконец, потери от этих ошибок.

Издержки измерения растут с повышением требований к точности. От их величины зависит, кем (продавцом или покупателем), когда (при изготовлении, продаже или использовании товара) и с какой степенью интенсивности будет производиться измерение. Громадная экономия издержек измерения была достигнута человечеством в результате введения стандартов мер и весов.

Оценка качеств товара может осуществляться на стороне как продавцов, так и покупателей. Во избежание нерационального дублирования желательно, чтобы измерение производилось однажды и чтобы его брал на себя тот, кто способен делать это с меньшими издержками. Целью их экономии обусловлены такие формы деловой практики, как гарантийный ремонт, фирменные ярлыки, приобретение партий товаров по образцам и т.д.

Например, гарантии предоставляются в тех случаях, когда всестороняя оценка качеств и обнаружение дефектов происходят автоматически по ходу использования блага. Ответственность за измерение падает на покупателя.

К контрактам с долевым вознаграждением ("ройалти") прибегают тогда, когда измерение ex ante затруднительно и для продавца, и для покупателя. Так, при издании книг малоизвестных писателей гонорар устанавливается обычно в виде определенного процента от суммы продаж, поскольку издательству трудно заранее предугадать, каким спросом они будут пользоваться.

Торговые марки используются в тех случаях, когда и измерение в момент покупки, и предоставление гарантий по обмену или ремонту дефектных экземпляров трудно осуществимы. Фирменный знак сигнализирует, что производитель не допускает отклонений в качестве выпускаемого товара, так что покупатели вполне могут полагаться на производимые им самим измерения. Ведь если будет обнаружен дефектный экземпляр, то под ударом окажется репутация фирмы и ее потери намного превзойдут любой возможный выигрыш от манипуляций с качеством товара.

Важным способом минимизации издержек измерения является также вертикальная интеграция (организация фирмы).

4. Издержки спецификации и защиты прав собственности. В эту категорию входят расходы на содержание судов, арбитража, государственных органов, затраты времени и ресурсов, необходимых для восстановления нарушенных прав, а также потери от плохой их спецификации и ненадежной защиты. Любое нарушение требуется сначала зафиксировать, затем оценить его тяжесть, обеспечить поимку или явку нарушителя, наложить наказание. Все это обходится далеко не бесплатно. Некоторые авторы (Д.Норт) относят сюда же затраты на поддержание в обществе консенсусной идеологии, поскольку воспитание членов общества в духе соблюдения общепринятых неписаных правил и этических норм является во многих случаях более экономным способом защиты прав собственности, чем формализованный юридический контроль.

5. Издержки оппортунистического поведения. Термин "оппортунистическое поведение" был введен О.Уильямсоном. Так называется недобросовестное поведение, нарушающее условия сделки или нацеленное на получение односторонних выгод в ущерб партнеру. Под эту рубрику попадают различные случаи лжи, обмана, бездельничанья на работе, манкирования взятыми на себя обязательствами и т.д. Издержки этого типа связаны с трудностями точной оценки постконтрактного поведения другого участника сделки. По существу, это те же издержки измерения, но только относящиеся не к результатам, а процессу -- не к передаваемым продуктам, а поведению контрагентов по сделке.

Максимизирующие полезность индивидуумы всегда будут пытаться уклониться от условий сделки (то есть предоставлять услуги меньшего объема и худшего качества или вообще отказываться от ее выполнения) в тех пределах, в каких это отвечает их интересам. Издержки оппортунистического поведения складываются из связанных с ним потерь в эффективности, а также затрат, необходимых для его ограничения.

В центре внимания исследователей оказались две основных формы формы оппортунистического поведения -- "отлынивание" и "вымогательство".

Термином "отлынивание" (shirking) А.Алчян и Г.Демсец обозначили работу с меньшей отдачей и ответственностью, чем следует по договору. Особенно удобная почва для него создается в условиях совместной деятельности целой группой, или, как называли это А.Алчян и Г.Демсец, "командой" ([2]). Например, как выделить личный вклад каждого оркестранта в исполнение симфонии или каждого футболиста в выигрыш его клуба? Приходится прибегать к суррогатным измерителям и судить о производительности многих работников не по результатам, а по затратам (вроде продолжительности труда), но и эти показатели сплошь и рядом оказываются неточными. При асимметрии информации (подчиненный точно знает, сколько им затрачено усилий, а руководитель лишь приблизительно) существуют и стимулы, и возможности для оппортунизма.

Если личный вклад каждого агента в общий результат измеряется с большими ошибками, то вознаграждение будет слабо связано с действительной эффективностью его труда. Отсюда -- отрицательные стимулы, подталкивающие к "отлыниванию". Если информация о действительном поведении агента является дорогостоящей, то тогда в известных границах он может действовать бесконтрольно, следуя своим собственным интересам, не обязательно совпадающим с интересами организации. Отсюда -- возможность "отлынивать" (в пределах безопасности). Поэтому и в частных фирмах, и в правительственных учреждениях создаются специальные сложные и дорогостоящие структуры, в задачи которых входят контроль за поведением агентов, обнаружение случаев оппортунизма, наложение наказаний и т.д. Сокращение издержек оппортунистического поведения -- главная функция значительной части управленческого аппарата многих организаций. Чем крупнее организация, тем приблизительнее связь между вознаграждением агента и его личным вкладом и тем больше риск и издержки "отлынивания".

"Отлынивание" -- частный случай более общего явления, которой посвящена огромная теоретическая литература. Это -- проблема отношений "принципал-агент". Примером могут служить отношения между менеджером и работником, между акционером и менеджером, между кредитором и получателем кредита, между писателем и его литературным агентом, между пациентом и врачом, между избирателем и депутатом, между депутатом и министром и т.д. Во всех этих случаях один индивидуум (принципал, или руководитель) поручает другому (агенту, или исполнителю) действовать в его интересах и от его имени, обещая за это определенное вознаграждение.

При этом могут возникать существенные "агентские издержки" (agency costs). Их источник кроется в асимметрии информации, которой располагают принципал и агент. Агент намного лучше принципала осведомлен о своих истинных намерениях и действительном поведении. Такая асимметрия складывается при наличии двух условий: если деятельность агента не поддается непосредственному наблюдению принципала, во-первых, и если о ней невозможно однозначно судить по ее конечным результатам, во-вторых. Из-за отсутствия достаточной информации принципал не в состоянии установить, были ли нарушены агентом взятые на себя обязательства (то есть права собственности, принадлежащие по условиям договора принципалу). Поскольку интересы агента могут расходиться, и подчас весьма значительно, с интересами принципала, последний оказывется перед угрозой серьезных потерь.

Здесь открыты два пути -- либо пытаться ужесточать надзор за деятельностью агента, либо пытаться вводить такую схему стимулирования, которая минимизировала бы отклонения интересов агента от интересов принципала. Скажем, образование Совета директоров корпорации -- это средство контроля акционеров за деятельностью менеджеров, а выпллата бонусов или опционов -- это средство более тесной привязки интересов управляющих к интересам собственников. И то, и другое требует немалых затрат.

Однако затраты по сокращению потерь от оппортунистического поведения могут брать на себя не только принципалы, но и сами агенты. М.Дженсен и У.Меклинг ([24]) назвали их "издержками внесения залога" (bonding costs). (Другой возможный перевод -- "издержки самоограничения"). Агенты добровольно ставят себя в более жесткие условия, стесняя свободу своих будущих действий. Они как бы вносят "залог", который теряют, если обнаруживается, что их поведение отклоняется от интересов принципала. Иногда это принимает явные формы, когда, например, строительные подрядчики депонируют определенную сумму, которой могут лишится, если проект не будет выполнен в срок или не будет соответствовать оговоренным требованиям. Но чаще -- неявные, когда, скажем, менеджеры добровольно предоставляют бухгалтерские отчеты, приглашают для регулярных проверок независимых аудиторов или привлекают финансовые ресурсы не путем дополнительной эмиссии акций, а выпуская облигации или беря кредит в банке. (Погашение долговых обязятельств -- в отличие от выплаты дивидендов -- не зависит от того, хорошо или плохо идут дела компании, поэтому такое решение ограничивает свободу действий менеджеров, включая и возможность пользоваться таким весьма ценным для них благом как "спокойная жизнь". Это одна из причин, почему выпуск облигаций какой-либо корпорации сопровождается обычно ростом курса ее акций.) "Залогом" выступает здесь само занимаемое менеджером место. В глазах акционеров подобные решения служат гарантией, что из-за угрозы потери "залога" менеджеры будут предпочитать воздерживаться от соблазна оппортунистического поведения.

Другая форма оппортунистического поведения -- "вымогательство" (hold-up) -- заняла центральное место в исследованиях О.Уильямсона. Он показал, что подобное поведение провоцируют сделки, касающиеся инвестиций в специфические ресурсы. Они могут становиться источником двусторонних монополий.

Возьмем, к примеру, рабочего, приобретшего за много лет сотрудничества с одной и той же фирмой какие-то уникальные навыки. С одной стороны, на любом другом месте его квалификация и мастерство имели бы меньшую ценность, а значит, и заработная плата была бы ниже. С другой стороны, и фирма получает от него большую отдачу, чем от любого новичка, не знакомого со спецификой ее деятельности. Рабочий и фирма становятся в известной мере незаменимыми, "взаимоспециализированными" друг по отношению к другу. В условиях двусторонней монополии, когда ни одному из участников нельзя найти адекватной замены на рынке, возникает дополнительный чистый доход -- квази-рента, которая должна каким -то образом делиться между ними. Но существует она лишь до тех пор, пока длится сотрудничество. Расторжение или невозобновление сделки грозит полной потерей капитала, воплощенного в специальных активах.

Это и создает почву для "вымогательства". У каждого из партнеров появляется возможность шантажировать другого угрозой прервать с ним деловые отношения. Например, фирма может пригрозить опытному рабочему увольнением, если он не пойдет на снижение заработной платы. Землевладелец может шантажировать компанию, которая выстроила на его участке завод, расторжением арендного договора. Цель такого вымогательства - присвоение всей квази-ренты или, по крайней мере, резкое увеличение своей доли в ней.

Как известно, понятие квази-ренты было введено А.Маршаллом и понималось обычно как дополнительный доход продавца такого блага, предложение которого временно (то есть в краткосрочном периоде) ограничено. В отличие от нее рента рассматривалась как дополнительный доход продавца такого блага, предложение которого неэластично абсолютно (то есть и в долгосрочном периоде тоже). Однако в современной экономической теории этим понятия получают более точную трактовку. Под рентой понимается доход сверх того минимального уровня, который необходим, чтобы привлечь производственный фактор в данную сферу деятельности. Под квази-рентой -- доход сверх того минимального уровня, который необходим, чтобы удержать фактор в данной сфере деятельности. Другими словами, рента представляет собой излишек над средними общими издержками, а квази-рента -- излишек над средними переменными издержками. (Поэтому квази-рента не может быть меньше ренты.)

Квази-рента -- удобный объект для присвоения. Ее можно частично или полностью "экспроприировать", не опасаясь, что владелец производственного фактора уведет его из данной сферы. (Такое решение будет принято только тогда, когда квази-рента окажется отрицательной.) Скажем, можно сильно занизить заработную плату работникам, накопившим специальный человеческий капитал, в полной уверенности, что они в ответ не уволятся по собственному желанию. Перераспределение квази-рент не отражается на решениях экономических агентов об использовании имеющихся у них специфических ресурсов, то есть -- на уровне экономической эффективности.

Однако оно может отражаться на инвестициях в будущие специальные активы. Предвосхищение опасности вымогательства побуждает к отказу от долговременных инвестиционных проектов: рабочий не станет тратить усилия на приобретение узкоспециальных навыков, а компания строить металлургический завод, если они не будут застрахованы от потенциального оппортунистического поведения партнера.

Поэтому в контрактах должны тщательно оговариваться будущие обязательства сторон и санкции за их нарушение. Сокращая риск "вымогательства", это дает дополнительные стимулы к вложениям в специальные активы. Известно, что опытные работники обычно бывают защищены правилами старшинства, основанными на принципе "последним нанят -- первым уволен". Сталелитейные компании строят металлургические заводы в районах угледобычи, только если они могут заключить с местными компаниями контракт о поставке угля на срок не менее 20--30 лет.

Нужно отметить: двусторонняя монополия формируется уже после того, как произведены инвестиции в специфические активы. Изначально и рабочему, и компании, строящей завод, все равно, с кем иметь дело. У них есть выбор среди большого числа примерно равноценных партнеров. "Личность" другой стороны приобретает значимость лишь с началом действия договора. Только с этого момента обмен превращается из безличного в персонифицированный и предпочтение начинает отдаваться именно данному контрагенту. Инвестиции в специальные активы приводят к сокращению числа потенциально выгодных партнеров, ситуация перестает быть конкурентной. Превращению доконтрактной конкурентной ситуации в постконтрактную неконкурентную ситуацию О.Уильямсон придает огромное значение, называя его "фундаментальной трансформацией".

Даже когда "вымогательство" остается только возможностью, оно оказывается сопряжено с реальными потерями. Во-первых, это сокращение прибыльных долговременных инвестиций в специфические активы. Во-вторых, это затраты, связанные с принятием всевозможных мер по предотвращению "вымогательства" или защите от него. (Самая радикальная форма такой защиты - создание фирмы, то есть интеграция взаимозависимых (интерспецифических) ресурсов в качестве единого объекта собственности ([4], с. 70).)

6. Издержки "политизации". Этим общим термином можно обозначить издержки, сопровождающие принятие решений внутри организаций. Принятие решений на рынке и в организации носит различный характер. Рыночная сделка будет заключена только в том случае, если от нее выигрывают обе стороны. Всякий, кто считает, что сделка ему невыгодна, имеет возможность от нее отказаться. Добровольное обоюдное согласие дает минимальную гарантию эффективности принимаемых на рынке решений, поскольку их необходимым условием является ожидаемое повышение благосостояния обоих участников (или, по меньшей мере, неухудшение благосостояния никого из них). Трудности и потери, возникающие при попытках достижения взаимного согласия, служат источником издержек поиска, издержек ведения переговоров и др., о которых речь шла выше.

Механизм принятия решений внутри организаций иной. Если участники наделены равными правами, то решения принимаются на коллективной основе, путем голосования. Если они располагаются на разных ступенях иерархической лестницы, то вышестоящие в одностороннем порядке принимают решения, которые обязательны к выполнению для нижестоящих. Но и при коллективном, и при централизованном принятии решений минимальная гарантия эффективности -- в виде предварительного взаимного согласия -- отсутствует. Большинство избирателей страны, большинство акционеров корпорации, большинство членов кооператива могут высказаться за решение, наносящее явный ущерб меньшинству. Руководитель может принять решение, крайне невыгодное для подчиненных, которых оно касается, без всякого согласования с ними. Процедуры коллективного и централизованного принятия решений тесно переплетаются, так что их бывает нелегко отнести к какой-то одной категории. Очень часто орган централизованного управления сам формируется на коллективной основе. Поэтому, скажем, решение Совета директоров можно охарактеризовать как коллективное по отношению к его членам, но как централизованное по отношению к менеджерам и служащим корпорации. Однако в теоретическом анализе эти два аспекта можно разграничить.

Издержки коллективного принятия решений. Эти издержки характерны для организаций, которые находятся в совместной собственности и в управлении которыми используются принципы прямой или представительной демократии -- законодательные органы, клубы, кооперативы, партнерства и т.д. Они складываются из нескольких элементов. Во-первых, как известно из экономической теории, принятие решений большинством голосов не обеспечивает оптимальных результатов (знаменитая теорема о медианном избирателе). Во-вторых, сам процесс выработки совместных решений может поглощать много времени, усилий и средств. Эти издержки тем больше, чем многочисленнее и неооднороднее состав участников, то есть чем сильнее расхождение их интересов. (Существование простого правила уравновешивания интересов -- например, распределение прибыли согласно величине вложенного капитала -- может их значительно сокращать.) В-третьих, ресурсы растрачиваются при попытках образования коалиций и в ходе их борьбы между собой. Отдельные группы могут пытаться использовать механизм принятия коллективных решений для повышения своего благосостояния за счет других. Отсюда -- потребность в установлении правил и создании специальных контролирующих структур, которые препятствовали бы этому. Но их содержание в свою очередь бывает сопряжено с немалыми затратами.

Издержки влияния. Централизованное принятие решений также порождает серьезные издержки. П.Милгром и Дж.Робертс назвали их "издержками влияния". Первоначально анализ возникающих в связи с этим проблем велся на примере политической деятельности. Основной вклад в его разработку внесли представители школы "коллективного выбора" (public choice) -- Дж.Бьюкенен, Г.Таллок и др. Они показали, что государство представляет собой удобное поле для развертывания деятельности, направленной на извлечение ренты (rent-seeking). Объясняется это тем, что именно оно наделено правом принятия решений, меняющих "правила игры" и обязательных для всех членов общества.

Так, государство может устанавливать ограничения на деятельность отдельных отраслей и фирм, избирательно утяжелять и облегчать налоги, вводить квоты и тарифы, предоставлять привилегии и монопольные права, которые и превращаются в источники разного рода рент и квази-рент. Поэтому рациональные экономические агенты, заинтересованные в их присвоении, стремятся воздействовать на решения, принимаемые государством, пытаются направлять его законодательную и регулирующую деятельность в выгодное для себя русло. Значительные средства и усилия затрачиваются ими на защиту уже полученных рент и квази-рент и создание новых, а также на их перераспределение в свою пользу. Ни одно из звеньев государственной машины не свободно от издержек влияния -- начиная от налоговой инспекции и аудиторских служб и кончая законодательными собраниями и высшими органами исполнительной власти. В той мере, в какой лоббистская деятельность преследует сугубо перераспределительные цели, затраты на нее представляют чистый вычет из богатства общества.

Но, как показали в серии работ П.Милгром и Дж.Робертс, от издержек влияния в определенной степени страдают любые структуры с элементами централизованного принятия решений -- фирмы, профсоюзы и др. ([26]). Как уже отмечалось, сотрудничество множества взаимоспециализированных ресурсов в рамках организации может становиться источником образования квази-рент. Проблема дележа этого дополнительного дохода не имеет однозначного решения, так что и внутри частных фирм создается почва для конкуренции за перераспределение квази-рент. Перевод работника из одного отдела компании в другой, перенаправление инвестиций от одного филиала в пользу другого, опережающее повышение заработной платы одних работников по сравнению с другими -- все эти решения сопряжены с перераспределением богатства среди сотрудников фирмы. Различные решения могут затрагивать интересы не только ее работников, но и ее акционеров, кредиторов, поставщиков и т.д. Одни группы оказываются в выигрыше, другие -- в проигрыше. Отсюда -- попытки повлиять на принимаемые решения, манипулируя информацией, оказывая давление, формируя коалиции, используя личные связи. Фирма, подобно государству, становится полем перераспределительных конфликтов.

П.Милгром и Дж.Робертс выделили несколько составляющих издержек влияния. Во-первых, это потери в эффективности из-за искажения информации агентами, которые поставляют ее вышестоящим инстанциям и которые пытаются таким образом воздействовать на их решения. Очень часто работник, чьи интересы затрагивают те или иные решения, -- это то же самое лицо, на чью информацию приходится опираться при их принятии. Во-вторых, это время и усилия, которые тратятся в попытках повлиять с выгодой для себя на решения, принимаемые другими. В-третьих, это затраты, необходимые для предотвращения политизации внутренней жизни фирмы и сокращения издержек влияния. Для этого могут использоваться разные средства -- подавление информации (от сотрудников скрывается заработная плата их коллег), сглаживание различий в оплате труда, введение "объективных" критериев при продвижении по служебной лестнице (таких как возраст или уровень образования), установление жестко формализованных процедур принятия решений, создание специальных контрольных органов и т.д. Помимо прямых расходов, подобные ограничительные меры нередко оказываются сопряжены с дополнительными потерями в эффективности.

Каждой организационной форме соответствует своя, особая конфигурация трансакционных издержек. Так, рынок сравнительно эффективнее в плане экономии информационных издержек, тогда как административные процедуры обеспечивают сокращение затрат на ведение переговоров; внутри организаций высока опасность "отлынивания", в отношениях между организациями -- угроза "вымогательства"; рыночные сделки сопровождаются высокими издержками по измерению качеств продукта, а иерархические структуры несут большие потери из-за существования издержек влияния.

Один из пионеров трансакционного подхода, У.Мак-Манус, так охарактеризовал сравнительные преимущества рыночного и централизованного механизмов экономической координации: "В общем, рыночные институты имеют тенденцию к экономии на издержках оппортунистического поведения, тогда как административные институты -- к экономии на издержках ведения переговоров. Их воздействие на издержки по защите прав собственности более противоречиво. В то время как рыночные институты имеют большое преимущество в силу заинтересованности самих агентов в защите своих прав, административным решениям может благоприятствовать экономия на масштабах" ([25], с. 537).

4. Масштабы деятельности трансакционного сектора

Многие виды трансакционных издержек непосредственно не наблюдаемы и поэтому с трудом поддаются статистическому измерению. Единственная пока попытка количественно оценить их уровень (на материале экономики США) принадлежит Дж.Уоллису и Д.Норту ([36]).

Исходным для их анализа является упоминавшееся уже деление издержек на два основных класса -- "трансформационные" (связанные с физическим воздействием на предмет) и трансакционные: "Трансформационные издержки есть издержки, связанные с превращением затрат в готовую продукцию, издержки по осуществлению трансформационной функции. Трансакционные издержки зависят от затрат труда, земли, капитала и предпринимательского таланта, которые используются в процессе рыночного обмена" ([36], с. 97). И трансформационные, и трансакционные издержки признаются производительными. Их поведенческое подобие предполагает, что экономические агенты стремятся минимизировать общую сумму тех и других издержек, а значит, не делают между ними различия. И функция трансформации, и функция трансакции требует реальных затрат. В известных пределах две эти категории издержек взаимозаменяемы.

Для определения издержек трансакции Дж.Уоллис и Д.Норт пользуются следующим критерием: с точки зрения потребителя, таковыми являются все его затраты, стоимость которых не входит в цену, уплачиваемую им продавцу, с точки зрения продавца -- все его затраты, которые он не нес бы, если бы "продавал" товар самому себе. Например, при покупке дома трансакционные издержки покупателя будут определяться наймом адвоката, временем, затраченным на осмотр домов, сбором информации о ценах, уплатой пошлины при юридическом оформлении сделки и т.д. Для продавца такие издержки будут состоять из расходов на рекламу, найм агента по продаже недвижимости, затрат времени при показе дома и т.д. При этом акт купли-продажи может вызывать вторичные сделки и на стороне покупателя, и на стороне продавца: скажем, найм юриста или найм агента по торговле недвижимостью. Поэтому в составе трансакционных издержек авторы выделяют рыночный компонент. Эту часть, получающую явную стоимостную оценку на рынке, они называют "трансакционными услугами".

На этой основе ими был произведен расчет динамики доли трансакционного сектора в экономике США (табл. 1).

Таблица 1.Доля трансакционного сектора в валовом национальном продукте США, 1870--1970 гг. (%%)

Годы

Частный
трансакционный сектор
Государственный
трансакционный сектор
Всего
1870 22,49 3,60 26,09
1880 25,27 3,60 28,87
1890 29,12 3,60 32,72
1900 30,43 3,67 34,10
1910 31,51 3,66 35,17
1920 35,10 4,87 39,98
1930 38,19 8,17 46,35
1940 37,09 6,60 43,69
1950 40,30 10,95 51,25
1960 41,30 14,04 55,35
1970 40,80 13,90 54,71
Источник: [36], с. 121

Общий объем трансакционных издержек складывается из двух частей. Во-первых, это услуги "трансакционного сектора" (в его состав включаются отрасли, "продукция" которых рассматривается к целиком имеющая трансакционное назначение -- оптовая и розничная торговля, страхование, банковское дело и т. д.). Во-вторых, это трансакционные услуги, но оказываемые внутри "трансформационного сектора". При их оценке авторы исходят из величины фонда вознаграждения труда непроизводственных работников в отраслях этого сектора. (Условно говоря, это затраты на "аппарат управления", организацию сбыта и снабжения и т.д. в промышленности, сельском хозяйстве и других подразделениях "трансформационного" комплекса.) Граница между двумя выделенными секторами проводится авторами приблизительно, а не по какимто четким критериям, что, впрочем, признают и они сами. Достаточно по-иному решить вопрос об отнесении какой-либо группы отраслей (например, включить транспорт в состав "трансакционного сектора"), чтобы результаты анализа серьезно изменились.

Согласно полученным оценкам, в ВНП США доля трансакционных услуг, оказываемых частным сектором, увеличилась с 23% в 1870 г. до 41% в 1970 г., оказываемых государством -- с 3, 6% в 1870 г. до 13,9% в 1970 г., что в сумме составило рост с 26,1% до 54,7%. Часть этого роста в течение столетия была отражением передвижки трансакционных затрат из внерыночной сферы на рынок, но другая часть представляла реальное инвестирование ресурсов.

Расширение трансакционного сектора, по словам Дж.Уоллиса и Д.Норта, явилось "структурным сдвигом первостепенной важности" ([36], с. 123). Дело в том, что снижение трансакционных издержек в расчете на одну сделку (то есть их удельного уровня) открывает путь дальнейшему углублению специализации и разделения труда: "...ресурсы общества, направляемые на спецификацию и защиту прав собственности, были настолько эффективны, что это сделало возможным гигантский расцвет контрактных форм, которые заполнили нашу современную экономику и которые являются ключом к объяснению контраста между высокоразвитыми странами и странами "третьего мира"" ([36], с. 122).

Дж.Уоллис и Д.Норт выделили три фактора, лежавших в основе повышения удельного веса трансакционного сектора в экономике США: "С нашей точки зрения,.. трансакционный сектор рос по трем главным причинам: углубление специализации и разделения труда; технический прогресс в промышленности и на транспорте, сопровождавшийся увеличением размера фирм; усиление роли правительства в его взаимодействии с частным сектором" ([36], с. 123).

  1. Значение затрат по спецификации и правовой защите контрактов возрастало по мере расширения рынка и усиления процесса урбанизации. На смену личному обмену между хорошо знающими друг друга контрагентами пришел обезличенный обмен, требовавший детального определения условий сделки и разветвленных механизмов правовой защиты. Снижение удельного уровня трансакционных издержек началось в середине 19 в. в связи с развитием сети железных дорог, что подготовило почву для урбанизации населения и расширения рынков. Последствия большего товарного разнообразия и ослабления личных контактов выразилось в том, что экономические агенты увеличили свои расходы на поиск и обработку рыночной информации.
  2. Использование капиталоемких технологий оправдано только при достаточно значительных масштабах производства, что требует ритмичного поступления сырья и материалов и налаженной системы сбыта. Сокращение издержек и повышение скорости транспортировки сделали возможным переход к крупным организациям. Благодаря этому больший поток трансакций стал осуществляться не только через рынок, но и непосредственно внутри фирм.
  3. Произошло снижение издержек по оказанию давления на органы политической власти в целях перераспределения прав собственности, чем и было предопределено непрерывное нарастание государственного вмешательства в экономику. (В частности, Дж.Уоллис и Д.Норт отметили повысившееся значение законодательных комиссий Конгресса США и расширение полномочий исполнительной власти.) Бремя, которое оказалась вынуждена нести экономика из-за усилившегося государственного активизма, стало неизмеримо тяжелей.

Анализ Дж.Уоллиса и Д.Норта интересен тем, что он вскрывает всю неоднозначность источников расширения трансакционного сектора. Его рост может происходить:

1) при простом перемещении трансакционных услуг из внерыночной сферы на рынок;
2) при снижении стоимости единичной трансакции (за счет экономии на масштабах или лучшей спецификации и защиты прав собственности государством), если эластичность спроса на трансакционные услуги по цене выше 1;
3) при постоянной или повышающейся удельной стоимости трансакционных услуг, если это повышение перекрывается экономией на издержках производства в "трансформационном" секторе в результате научно-технического прогресса;
4) при удорожании процесса обмена вследствие установления государством неэффективных правил, регулирующих отношения собственности.

Комментарии (3)

liberty@ice.ru Московский Либертариум, 1994-2018