20 февраль 2020
Либертариум Либертариум

Главное, чем эмитент конкурентной валюты может привлечь своих клиентов, — это гарантия того, что ее ценность останется стабильной (или будет меняться предсказуемым образом). Мы отложим до раздела XII вопрос о том, какой именно род стабильности, вероятнее всего, предпочтет публика. Сейчас мы займемся вопросом, будет ли эмиссионный банк, конкурирующий с другими эмитентами подобных валют, иметь возможность контролировать величину собственной эмиссии так, чтобы определять рыночный курс своей валюты.

Ожидаемая ценность валюты будет, конечно, не единственным соображением, заставляющим людей покупать или одалживать ее. Но ее ожидаемая ценность будет решающим фактором, определяющим, сколько же этой валюты публика пожелает иметь на руках. Эмиссионный банк вскоре обнаружит, что желание публики держать его валюту будет существенным обстоятельством, от которого зависит ее ценность. Вначале может показаться очевидным, что эмитент валюты, полностью контролирующий ее предложение, будет способен определять ее цену до тех пор, пока находится кто-то, готовый купить ее по этой цене. Однако на самом деле проблема не так проста. Если, как мы пока предположим, цель эмиссионного банка — сохранять постоянную — измеренную в единицах его валюты — совокупную цену конкретного набора товаров, он должен противодействовать любой тенденции повышения или падения этой совокупной цены, регулируя количество своей валюты в обращении.

Контроль посредством покупки/продажи валюты и краткосрочных кредитов

Эмиссионный банк обладает двумя способами изменения количества своей валюты, находящейся в обращении: во-первых, он может продавать или покупать свою валюту в обмен на другие валюты (или в обмен на ценные бумаги, а возможно, и на некоторые товары); во-вторых, он может сокращать или расширять свою кредитную деятельность. Для сохранения контроля над выпущенной в обращение валютой он должен будет ограничивать свою кредитную деятельность в основном относительно краткосрочными контрактами, так чтобы при сокращении или временной приостановке выдачи новых ссуд, текущие платежи по выданным ранее кредитам приводили бы к быстрому сокращению совокупной эмиссии.

Для обеспечения постоянной ценности своей валюты банк должен придерживаться следующего принципа: никогда не увеличивать ее объема свыше той общей суммы, которую готова держать публика, чтобы не увеличивать расходы, осуществляемые в этой валюте, и, следовательно, не подталкивать вверх выраженные в ней цены товаров. Нельзя также сокращать ее предложение ниже общей суммы, которую публика готова держать, поскольку иначе публика начнет сокращать расходы в ней, подталкивая цены вниз. На практике многие или даже большинство товаров из того набора, по отношению к которому должна поддерживаться стабильность валюты, будут продаваться и котироваться, главным образом, в каких-то других, конкурирующих валютах <особенно если, как мы предполагаем в разделе XIII, это будут в основном цены на сырье или оптовые цены на продукты питания>. Поэтому, банк должен будет следить не столько за тем, как изменения в обращении его валюты непосредственно влияют на цены других товаров, сколько за тем, как они влияют на обменные курсы других валют, в которых эти товары преимущественно продаются и покупаются на рынке. Хотя задача установления соответствующих обменных курсов (с учетом данных обменных курсов между различными валютами) будет сложной, компьютер поможет сделать почти мгновенный расчет, так что банк будет знать ежечасно, увеличивать ли ему или уменьшать объем своей валюты, предлагаемой для ссуд и/или для продажи. Быстрые, незамедлительные меры будут приниматься путем покупки или продажи валюты на бирже, но длительный эффект может быть достигнут только путем изменения ссудной политики.

Текущая эмиссионная политика

В этом параграфе я намерен изложить более детально, как должен действовать эмиссионный банк, чтобы удержать ценность своей валюты на избранном постоянном уровне. Основой для повседневных решений, касающихся его ссудной политики (а также продаж и покупок валют на валютной бирже), должны служить результаты постоянных вычислений на компьютере, в который непрерывно вводится, по мере поступления, самая свежая информация о ценах на товары и обменных курсах. Характер этих вычислений можно проиллюстрировать на примере следующей упрощенной таблицы (Таблица II). Я пренебрегаю здесь вопросом о том, насколько должны или не должны учитываться транспортные расходы на пути от главного рынка к некоему общему центру или отдельные статьи, отражающие затраты на разные виды транспорта.

Важнейшей информацией будет ключевое число в правом нижнем углу таблицы, получаемое либо в результате такого подбора объемов различных товаров, чтобы на исходную дату их совокупная цена в дукатах равнялась 1.000, либо в результате выбора 1.000 в качестве базы для расчета индексного числа. Эта величина и ее текущие изменения должны служить сигналом, указывающим руководителям банка, как им следует поступать. Появившееся на экране число 1.002 скажет им, что нужно ужесточить контроль, то есть, ограничить ссуды (делая их дороже или, предоставляя более избирательно и продавая другие валюты более свободно); число 0.997 скажет, что они могут слегка расслабиться и расширить продажи. <Специальная компьютерная программа сообщит монитору, установленному в кабинете председателя правления, кто из его подчиненных быстрее прореагировал на сигналы.> Влияние такого сокращения или расширения эмиссии на цены товаров будет по преимуществу косвенным -- через обменные курсы валют, за которые, в основном, продаются и покупаются эти товары. Оно будет прямым только для товаров, которые продаются и покупаются преимущественно за дукаты.

Таблица II. Иллюстрация схемы стабилизации валюты

Товар Количество Валюта, в которой котируется товар Цена в этой валюте Обменный курс Цена в нашей валюте
Алюминий x тонн $ * * *
Говядина * Фунты стерлингов * * *
Камфора * Дукаты - - *
Какао * * * * *
Кофе * * * * *
Уголь * * * * *
Кокс * * * * *
Медь * * * * *
Копра * * * * *
Кукуруза * Дукаты * * *
и т.п. * * * * *
Всего         1.000

Тот же сигнал должен подаваться на валютной бирже и, если банк создал себе репутацию учреждения, способного на быстрые и эффективные меры по выправлению любых отклонений, его усилиям будет способствовать повышение спроса на его валюту, когда ожидается повышение курса в условиях, когда ценность его валюты ниже нормальной (1.002 на таблице), либо на снижение спроса, когда ожидается небольшое понижение курса (число упало до 0.997). Ясно, что такая политика при ее последовательном проведении должна сократить колебания ценности валюты относительно избранного товарного стандарта до очень узкого диапазона.

Решающий фактор: спрос на валюту

Представляется несомненным, что в условиях, когда банк понимает значение готовности публики держать его валюту, а, значит, и его бизнес, а также понимает, что эта готовность зависит от сохранения ценности его валюты, то он будет не только способен, но и вынужден достигать этого результата с помощью соответствующего непрерывного регулирования количества валюты, находящейся в обращении, делая это прямо или косвенно (через цены других валют). Решающим фактором, о котором банк должен помнить, чтобы удержать большую и растущую массу своей валюты в обращении, будет не спрос на ссуды, а желание публики держать эту валюту. Поэтому, неосторожное увеличение текущей эмиссии может привести к тому, что обратный приток валюты в банк начнет опережать рост спроса публики, желающей ее держать.

Пресса, как указывалось, должна внимательно следить за результатами усилий каждого эмиссионного банка и ежедневно публиковать данные об отклонениях различных валют от установленных самими эмитентами стандартов. Эмиссионным байкам следует, вероятно, позволить себе маленький, заранее объявленный стандарт допустимых отклонений в обоих направлениях. При наличии такого допуска, если банк демонстрирует свою силу и решимость быстро возвращать обменные курсы (или цены на товары в своей валюте) назад, к стандарту, игра на валютной бирже придет ему на помощь и освободит его от необходимости поспешно принимать меры, обеспечивающие абсолютную стабильность.

Пока банк успешно поддерживает ценность своей валюты на желаемом уровне, вряд ли он станет ради этой цели сокращать ее обращение так быстро, что это вызовет неприятности. Обычно причиной подобных событий в прошлом были обстоятельства, которые увеличивали спрос на наличность. Но банку придется сокращать совокупный объем валюты, находящейся в обращении, просто для того, чтобы приспособиться к условиям снижения общего спроса на его валюту в обеих ее формах. Если ссуды выдавались в основном на короткие сроки, их своевременный возврат достаточно быстро восстановит курс валюты. Все это кажется весьма простым и легким, если мы допускаем, что все конкурирующие банки стараются контролировать свои валюты с целью сохранения их ценности на постоянном уровне.

Разрушит ли конкуренция эту систему?

Каковы, однако, будут последствия, если один из конкурентов попытается выиграть, предложив какие-то другие преимущества, такие, как низкая процентная ставка или кредит в форме открытого счета, или, может быть, даже выпуск банкнот (иными словами, долговых обязательств, оплачиваемых по первому требованию) в валюте, выпускаемой другим банком? Может ли все это всерьез помешать эмиссионным банкам контролировать ценность своих валют?

Разумеется, для любого банка всегда будет сильным искушением попытаться расширить обращение своей валюты, предоставляя кредиты дешевле, чем это делают конкурирующие банки. Но поддавшийся этому искушению банк вскоре обнаружит, что если дополнительные ссуды не основаны на соответствующем приросте сбережений, такое увеличение эмиссии неизбежно рикошетом ударит по нему самому. Хотя люди, без сомнения, будут весьма охотно занимать деньги, предлагаемые по низкой процентной ставке, они не захотят держать большую долю своих ликвидных активов в валюте, об увеличении эмиссии которой они вскоре узнают из различных сообщений и по различным симптомам.

Правда, пока валюты можно почти мгновенно обменять друг на друга по известному обменному курсу, относительные цены товаров, выраженные в этих валютах, также останутся неизменными. Даже на тех товарных рынках (или в тех регионах), где большая доля спроса выражена в единицах валюты с возросшей эмиссией, а цены -- в единицах всех остальных валют, цены таких товаров будут иметь тенденцию к повышению по сравнению с другими ценами. Однако решающие события будут происходить на валютной бирже. При данном обменном курсе объем валюты, предложение которой возросло, скоро приведет к росту ее доли в сумме всех валют, которые обычно держат люди. Прежде всего, каждый, у кого есть долги в валюте с более высокой процентной ставкой, чем та, которую ему предстоит уплатить, попытается получить дешевые ссуды, чтобы на них приобрести валюты для уплаты более обременительных долгов. И все банки, не снизившие своих процентных ставок, быстро вернут банку, ссужающему "по дешевке", всю его валюту, которую они получат. Результатом должно быть появление на валютной бирже избыточного предложения чрезмерно эмитированной валюты, что быстро приведет к падению ее обменного курса. И именно по этому новому обменному курсу цены на товары, обычно котирующиеся в других валютах, будут переводиться в валюту банка-нарушителя; а цены, обычно выраженные в ней, будут немедленно подброшены вверх. Падение рыночной котировки и повышение цен на товары в данной валюте скоро заставят ее обычных держателей перейти на другую валюту. Последующее сокращение спроса на нее, вероятно, быстро перекроет временный выигрыш от дешевых ссуд. Если эмиссионный банк будет, тем не менее, следовать политике дешевых ссуд, бегство от его валюты станет общим и продолжение дешевых ссуд будет означать, что все большие и большие объемы этой валюты будут выбрасываться на биржу. Мы можем с уверенностью заключить, что банк не сможет понизить реальную ценность других валют посредством чрезмерной эмиссии своей валюты. Это, безусловно, верно для случая, когда эмитенты других валют готовы, насколько это необходимо, противодействовать такой попытке, временно ограничив свою эмиссию.

Могут ли паразитирующие валюты помешать контролю за ценностью валюты?

Более трудный вопрос, ответ на который, пожалуй, не столь ясен, состоит в том, в какой мере неизбежное появление "паразитирующих валют", -- то есть создание надстройки в виде пирамиды из текущих кредитов, предоставляемых банками, обслуживающими счета до востребования, ведущими чековые счета, или даже эмиссия банкнот, выраженных в валюте первоначального эмитента, — может расстроить контроль эмитента за ценностью его собственной валюты? Трудно представить себе, чтобы закон мог или должен был бы запрещать такие паразитные эмиссии, если они четко зафиксированы в качестве задолженности, которая должна быть погашена в валюте эмитента.

Ясно, что не все банки пожелают, да и не все смогут выпускать собственную валюту. Тем, кто ее не выпускает, не останется ничего иного кроме как принимать депозиты и предоставлять кредиты в некой другой валюте. Ясно, что они предпочли бы оперировать лучшей из доступных валют. Первоначальный эмитент вовсе не должен стремиться помешать этому, хотя выпуск банкнот может понравиться ему меньше, чем простое ведение чековых счетов в его валюте. На банкнотах, выпускаемых вторичным эмитентом, должно быть, конечно, четко указано, что это не оригинальные дукаты, выпущенные банком, владеющим данной торговой маркой, а просто требования на дукаты, поскольку в противном случае они будут просто подделкой. Я не вижу, каким образом обычная правовая защита фирменных знаков или торговых марок может помешать выпуску таких требований в форме банкнот, и сильно сомневаюсь в желательности предотвращения этого с помощью специального закона, особенно ввиду явного сходства между такими банкнотами и чековыми депозитами, появлению которых даже эмиссионные банки вряд ли захотят мешать.

Прежде всего, первоначальный эмитент такой валюты не должен повторять ошибок правительств, в результате которых контроль над этими вторичными или паразитирующими эмиссиями ускользнул из их рук. Эмитент должен ясно дать понять, что не готов быть поручителем вторичных эмитентов, снабжая их "наличностью" (то есть оригинальными банкнотами), в которых они будут нуждаться для погашения своих обязательств. Ниже мы увидим <раздел XVI>, как правительства попали в эту ловушку и позволили, чтобы их монополия на эмиссию денег была подорвана самым нежелательным образом. <Они разделили ответственность за контроль над общим объемом стандартных денег, поддавшись непрекращающемуся давлению в пользу дешевых денег; следствием этого стало быстрое распространение банков, которым правительства помогали, гарантируя их ликвидность; в конце концов, получилось так, что никто больше не владеет полным контролем за денежной массой.>

Решение этой, самой серьезной проблемы, возникающей в рамках нашей схемы, состоит, как мне кажется, в следующем. Хотя частные эмитенты должны будут терпеть появление "паразитического" обращения депозитов и банкнот того же наименования, им следует не способствовать этому, а скорее, ограничивать этот процесс, дав ясно понять с самого начала, что они не будут обеспечивать своими банкнотами "паразитные" эмиссии иначе, чем посредством обмена на, так сказать, "звонкую наличность" (hard cash), то есть какую-то другую надежную валюту. Строго придерживаясь этого правила, они заставят вторичного эмитента действовать по принципу очень близкому к принципу "100-процентного обеспечения банковских операций". Таким образом, хотя "паразитирующие" эмиссии с неполным обеспечением могут продолжать существовать, они смогут удерживаться в обращении только при такой политике, при которой их ценность никогда не будет ставиться под сомнение. Хотя такая политика может ограничить масштабы обращения, а, следовательно, и прибыль первоначального эмитента, она не должна серьезно отразиться на его способность поддерживать постоянную ценность своей валюты.

Чтобы контролировать ситуацию, первоначальный эмитент валюты определенного наименования должен предвидеть последствия чрезмерного выпуска такого рода "паразитирующих" валют (или другой валюты, претендующей на поддержание равной ценности с его валютой) и безжалостно отказываться покупать их по номиналу еще до того, как ожидаемое обесценение появится в повышении некоторых товарных цен, выраженное в этих "паразитирующих" валютах. По этой причине операции эмиссионного банка с другими валютами никогда не должны быть чисто механическим делом (покупкой и продажей по постоянным ценам), основанным только на наблюдаемых изменениях покупательной способности других валют. Эмиссионный банк не должен покупать любую другую валюту по курсу, ориентируясь только на ее покупательную способность по отношению к стандартному набору товаров. Ему необходимо будет опираться на детальный анализ и здравый смысл, чтобы эффективно защитить краткосрочную стабильность своей собственной валюты. Бизнес должен в известной мере направляться прогнозами будущей динамики ценности других валют.

Комментарии (1)

  • Глава XI. Возможность контролировать ценность конкурентной валюты

    Основные элементы, по которым определяется рыночный курс - Это оплата труда в ее минимальных размерах, цена единицы природных ресурсов.

    Я не могу понять Хайека в части его допущения возможности собственной эмиссии денег отдельным банком. Это проторенный путь к системному обману.

    В основе существования денежной системы являются операции по купле продаже с предоставлением кредитов, связанность и системность этих частей между собой и с правовым обеспечением.

    Полагаю, что собственная эмиссия под закупленные активы может только дезорганизовать денежное обращение. Многие рассуждения строятся на довольно зыбкой основе. И это обстоятельство не позволяет выбрать прямой путь, даже, к пониманию возможности появления параллельных валют. Раньше и сейчас по-прежнему нет и в ближайшем времени не появятся параллельные валюты. Это результат имеющихся представлений о денежном обращении.

liberty@ice.ru Московский Либертариум, 1994-2020