20 август 2018
Либертариум Либертариум

Как известно, на смену феодализму, приходит капитализм, или иначе – общество свободного рынка. Отличает его от прежних социально-экономических систем прежде всего господство частной собственности, свобода человеческой личности, свободного предпринимательства и товарообмена. Собственно говоря, можно предполагать, что и в первобытные времена, когда всякая добыча, всякий урожай делились на всех членов рода, все же у каждого было что-то свое: мое копье, мой лук, мой топор, мой кремневый нож, моя мотыга. В дальнейшем появлялись моя лошадь, мой плуг и т.д. Но это еще не частная собственность. Но когда успехи скотоводства и земледелия позволили роду распасться на отдельные семьи, появляется уже другая собственность. Так как главным богатством становится земля под пахоту и под пастбища, первое время именно земля все еще сперва была собственностью рода, потом соседской общины и постоянно переделивается. В конце концов, так как семья способна уже себя прокормить, начинается закрепление земли за отдельными семьями и владельцами. Довольно наглядно, хотя не без юмора, представлен этот процесс в романе Анатоля Франса «Остров пингвинов». Коротко история такова. Подслеповатый святой попадает на остров, населенный только пингвинами. Не разглядев обитателей, святой благословляет жителей и совершает обряд массового крещения. На небе, жалея святого, чтобы не огорчать его, решают сделать из пингвинов людей и дать возможность развиваться человеческому обществу. И вот святой, сопровождаемый своим помощником, наблюдает дележ земли в собственность. Привожу отрывок из романа.

«Взгляни, сын мой Булок… Там, посреди свежей зелени долины двенадцать пингвинов заняты тем, что убивают друг друга лопатами и мотыгами… А женщины, еще более жестокие чем мужчины, ногтями раздирают лицо своим врагам. Увы, сын мой Булок, почему они истребляют друг друга?

 - Из чувства общественности, отец мой, и в предусмотрении будущего… Ибо человек по природе своей существо предусмотрительное и общественное. Таков его характер. Человек не представляет себе существование без приобретения собственности. Эти пингвины, учитель, заняты тем, что приобретают землю.

 - Но разве нельзя приобретать ее без такого насилия? … Я не разбираю слов, но в частности слышен гнев. 

 - Они обвиняют друг друга в воровстве и захватничестве… Таков смысл их пререканий…

 - Смотри, сын мой, смотри, как яростно вон тот пингвин впился зубами в нос своего поверженного противника, а другой мозжит голову женщине огромным камнем!

 - Вижу, они заняты тем, что создают право, устанавливают собственность, утверждают основы цивилизации, устои общества и законы. 

 - Каким же образом?, - спросил старец Маэль.

 - Межуя свои поля. Это начало всякого общественного  порядка… Дело их будет на протяжении веков освящено законодательствами, поддержано и утверждено судьями…

 - Имейте в виду, отец мой, … то, что вы называете убийством и грабежом, не что иное, как война и завоевание, священные основы империй, источники всех доблестей и всего величия человеческого… Собственность имеет единственным и достославным источником силу. Сила порождает собственность, и она же охраняет ее. Поэтому собственность священна и уступает только большей силе. Вот почему справедливо утверждение, что, кто владеет собственностью, тот благороден».

Конечно, Анатоль Франс утрирует процесс возникновения частной собственности, но значительная часть истины в его юморе есть. Ведь в каждой шутке есть доля истины. Насилие имело место в появлении собственности. Уже в капиталистические времена молодой Рокфеллер резко снизил цены на свой керосин, как только стал хозяином нефтеперерабатывающего завода. В результате по всему городу владельцы керосиновых лавок разорились. Рокфеллер по дешевке скупил эти лавки и тут же, став монополистом, поднял цены на керосин и вынудил всех потребителей покупать по высоким ценам. Разве это не было насилием по отношению к прежним владельцам лавок, хотя  и экономическим? Но собственность возникала и без насилия. Например, в торговле, в строительстве жилых доходных домов, в ремесле. А сейчас и вообще насилие мало проявляется в росте собственности, особенно интеллектуальной. К сожалению, во времена изобретения огня и колеса не было патентного права, авторского права, по сегодняшним меркам эти первооткрыватели стали бы богатейшими людьми планеты.

Но вот наступила эра частной собственности. Земля стала принадлежать крестьянину, инструмент – ремесленнику, лавка – купцу. Еще в Риме и Греции установили, что вольноотпущенники работали лучше и производили больше, чем рабы. Свободный человек стал работать еще лучше. Он знал, что весь продукт его труда будет принадлежать ему. Если он выработает много, то продаст, и на вырученные деньги купит то, что производят другие, но нужно ему, а те купят продукты его труда. Возникает массовый товарообмен. В качестве примера роста энергии у свободного человека приведу один факт. Одним из последних самых успешных императоров Римской империи был сын такого вольноотпущенника Диоклетиан. Вот на какую вершину поднялся сын бывшего раба.

Есть одна особенность в натуре человека, я называю ее «благородной жадностью». Человеку всегда хочется жить лучше, иметь больше, чем он имеет сегодня. А как это сделать, надо думать. И вот на смену ручной прялке приходит механическая, приводимая в движение паром. Маркс писал, что эта прялка породила капитализм. Как и во многих других случаях, он был не прав. Это капитализм породил новую прялку, невероятно более производительную по сравнению с ручной. Ведь сукно продавалось по всему миру, это приносило желанную прибыль.

Вообще человек двойственен. Он выжил благодаря коллективности своих действий, но и в древности продвижение вперед совершали единицы, остальные или проклинали их, или учились у них. Не племя коллективно зажигало огонь. Кто-то первый додумался принести его в пещеру. Кто-то первый сел верхом на дикую лошадь, кто-то первый придумал колесо. И в древние времена человек был все же индивидуален. Именно его индивидуальный ум создавал новые ценности, новые орудия труда и средства производства. Как пела когда-то Новелла Матвеева: «Один верблюд шагал, о чем-то с грустью думал, а остальные вторили ему». Вообще ум человеческий – замечательное изобретение. Именно ум толкает человека иметь больше, производить больше, накапливать знания, передавать знания от человека к человеку, от поколения к поколению. Ум породил и частную собственность. Но это ум не муравейника, не пчелиного улья. Это ум отдельного, индивидуального человека. Природа не изготавливает людей сериями. Нет у нее для этого ни ГОСТов, ни сертификатов, ни лицензий. Каждый экземпляр ручной работы, он неповторим, уникален. Не даром говорят, когда умирает человек, умирает его вселенная. Именно разум – средство выживания человека в первобытные времена и в сегодняшнюю эпоху компьютеров, мобильной связи, интернета. Каждый человек силен в чем-то. Один в музыке, другой в живописи, третий в программировании, а четвертый, скажем, в работе плотником. Рассказывают, что однажды Горького, дружившего с Шаляпиным, спросили: «Скажите, как вы считаете, Шаляпин – умный человек?» Горький усмехнулся в свои усы и ответил: « В своем деле умнеющий мужик». Каждый из нас «в своем деле – умнеющий». Только не все находят это свое дело. Люди богатеют, разоряются, выживают или гибнут из-за того, насколько правильно, умно они оценивают ситуации, возникающие в их жизни.

Социальные психологи полагают, что люди делятся на конформистов и нонконформистов. Первые всегда принимают точку зрения большинства. «Я – как все», - говорят они. Их около 70% среди человечества. Вторые сомневаются, а право ли большинство? Из этих сомневающихся, спорящих, не все 30%, а только 5-7% могут не просто оспаривать мнение большинства, но и предложить что-то свое, новое. Из них и получаются лучшие политики, ученые, художники, предприниматели, менеджеры и т.п. Всеми достижениями человечество обязано этим выдающимся новаторам. Но жизнь последних не усеяна розами. Наоборот, им больше достается терновых венков, а не лавровых. Эти умники оказываются на подиуме и получают аплодисменты только в периоды «революционных» резких переломов в науке, политике, производстве, искусстве. А в спокойные времена они диссиденты, неудачники, чудаки, предмет насмешки и забвения. Владимир Ильич Ульянов был весьма средним помощником присяжного поверенного. Кажется, он так ни одного дела и не выиграл. Но в революции, в строительстве совсем нового общественного строя, организации политической партии, нацеленной на захват власти, оказался талантливейшим организатором и пропагандистом. Если бы не революция, кто бы знал о Ленине?! Не начались бы космические полеты, кто бы вспомнил о чудаковатом, полуглухом школьном учителе из Калуги. Когда-то мне попался фантастический (скорее реалистический) рассказ о том, как какое-то племя живет в долине среди гор, где всегда светит солнце, очень тепло и люди строят плетеные хижины с крышами из пальмовых листьев. Хижины защищают только от дождей, а так их продувает летний ветерок и в них прохладней, чем на улице. Но вдруг климат резко изменился. Пошли холодные дожди, повалил снег. Укрыться было негде, люди, особенно дети, стали болеть и умирать. Один из молодых мужчин предложил построить дома из цельных бревен, покрыть деревянной крышей и внести костры в дома, тогда будет тепло и никто не будет болеть. Собрались старейшины и шаманы, долго обсуждали и провозгласили: «Наши великие предки, ушедшие на небо, завещали нам строить легкие дома, а этот еретик что предлагает! Изгнать его из племени!» Изгнали, он построил себе дом на другом конце долины, кто не хотел умирать, молодежь перебрались к нему, построили дома как у него и стали жить. Когда все устроилось, он сказал соплеменникам, что хочет повидать мир, и ушел в горы. Прошло несколько десятилетий. Глубоким стариком вернулся он в родную долину, в которой восстановилась прежняя теплая, благодатная погода. А жители мучаются, в бревенчатых домах сыро, все гниет. Неузнанный старик говорит им: « А почему вы не хотите строить легкие продуваемые дома, ведь тепло!» Собрались старейшины и шаманы. Долго думали. И сказали: « Великий вождь, когда-то спасший наше племя от гибели, научил нас строить дома так, а этот пришлый еретик хочет нашей погибели, - изгнать его». Изгнали. Такова частенько судьба новаторов.

Но так или иначе все же прогресс человечества определяется умом отдельных его представителей. Думаю, что мы с вами сумели это доказать.

Может быть плохо, что такая малая толика людей способна быть нонконформистами и предлагать новое. Но подумайте, если бы большинство людей не соглашалось, как подростки, признавать знания и опыт поколений, и каждый предлагал бы только свое, им самим только что придуманное? Ведь человечество как биологический вид не смогло бы выжить. Поэтому природа изобрела для него именно такой расклад конформизма и нонконформизма.

Коль скоро мы согласились, что ум наиболее активных людей является главной движущей силой, благодаря которой человечество сохраняется и развивается, мы должны принять мысль о том, что эти умы нужно беречь. А им то, что нужно в первую очередь, чтобы спокойно выдвигать новые идеи, экспериментировать, пробовать, что получится?  Не так уж много. Нужна свобода, человеку умному, самостоятельно мыслящему, трудно думать из-под палки, под гнетом насилия. Мы знаем о развитии философии, архитектуры, скульптуры в Древней Греции. Но кто же были эти светлые умы? Были они рабовладельцами. Есть разные подсчеты, сколько рабов на одного хозяина дома приходилось в Афинах, видимо, это было 8-10 рабов. И что-то я не знаю ни одного философа, скульптора, оратора, архитектора, драматурга, поэта, политика из рабов, разве что Эзоп. Все это были свободные, то есть рабовладельцы. Наличие 8-10 человек, работавших на хозяйскую семью, позволяло  свободным сидеть на берегу моря, годами наблюдать передвижение песчинок под влиянием набегавших волн, и придти к выводу, что весь Мир состоит из атомов - неделимых песчинок, различные комбинации которых порождают разнообразие природы. Или задуматься, а существует ли все, что есть вне меня, и существую ли я сам? Или писать стихи о лесбийской любви, ваять годами одну скульптуру, сочинять трагедии (последнее слово, кстати, вообще означает – «козлодрание»).

Итак, нужна свобода. А кто же свободен? Кто принадлежит себе? Не помещику, не фараону, не племени, не роду, а себе? А тот, кто имеет собственность. Не имеющий ничего своего не может быть свободен, ведь ему нужно что-то есть, во что-то одеваться, нужна крыша над головой, и раз он неимущий, то он вынужден у кого-то все необходимое выпросить. Что кричала римская голытьба? «Хлеба и зрелищ!» Кому кричала? Императору, или любому, кто может дать. Не скажете же Вы, что они были свободны! Собственность может быть в любой форме, в способности непосредственно совершать трудовые действия, что-либо производить, в виде земли, дома, машины, патента на открытие, изобретение, авторского права на книгу, в виде завода, магазина, плуга, лошади и т.д. Только наличие права собственности ведет к свободе. Свобода и собственность, спросите вы, нужны только самым умным? Ну разумеется, они нужны всем членам общества. 15% придумывают, а 85% производят, исполняют, слушают, смотрят, учатся, перенимают, и, наконец, потребляют. Жизнь естественным путем связывает всех членов общества. Форд придумал машину, придумал конвейер. Но придумывал один, а для работы по производству машины, по ее продаже, сервисному обслуживанию понадобились тысячи людей. Им пришлось осваивать новые профессии, новые технологии. Повысилась их оплата труда. Если первые 2,5 тысячи «фордов» были дороги и рабочие, их сделавшие, купить не могли, то сегодня общий доход всех связанных с производством автомобилей настолько вырос, что все работающие в этой отрасли покупают автомобили себе в личное пользование. Общее образование выросло, появились новые ценности и новые интересы. И конечно, среди детей и потомков рабочих, начавших работать у Форда, появились конструкторы, инженеры, ученые, учителя, артисты. Жизнь всего общества улучшилась и пошла вперед.

Одно время я работал в школе в знаменитом селе Хохлома, а рядом были деревни Скоробогатово и Тарасово… Заинтересовался я, почему Скоробогатово? Местные рассказали предание о том, что, когда начался расцвет хохломской росписи, то с. Хохлома стало ярмаркой, на которой все производители продавали свой товар, а купцы со всех сторон приезжали, чтобы купить и продать потом, чуть не по всему миру. Село разбогатело на обслуживании ярмарки, а деревня, в которой все красили, точили  белье, били баклуши, резали ложки, тоже неожиданно разбогатела, и окрестные крестьяне, которых земля не кормила, с некоторой завистью обозвали Скоробогатовым. Придумал роспись посуды беглый монах-раскольник, а разбогатела вся округа.

В Тарасове другая история. Сотни лет в округе разводили овец. Из шерсти в банях и стирнях валяли валенки и продавали вплоть до Сибири. Один из молодых парней подумал, нельзя ли построить фабрику по производству валенок. При машинной работе валенки станут дешевле, и производиться их будет больше. Резко вырастет прибыль. Но денег не было. В округе было много старообрядцев. Многие из них становились купцами и промышленниками. Среди всех выделялся богатством купец Бугров. Будучи очень дальним родственником Бугрова, парень решился просить у него кредита. Приехал, рассказал о своем замысле, попросил. Бугров ответил, что денег ему не даст, но сделает для него больше. На одном из собраний купечества вывел парня перед всеми и сказал: «Он мой родственник, ему верьте». Эта фраза раскрыла ему неограниченный кредит. Фабрика была построена и около ста лет вся деревня была обеспечена работой и заработком до недавних пор. И если бы не революция, то купец Передумин построил бы и железную дорогу от своей фабрики до железнодорожного пути Нижний Новгород – г. Вятка. Увы, не успел. Но дорогу, мощенную булыжником, построил. По ней в иных местах еще до сих пор ездят. А сам он, кстати, добровольно и наперёд все понявши, сдал свою фабрику, дом, дачу, все склады советской власти и со справкой в кармане уехал. Вышел на пенсию, будучи заведующим отделом в каком-то министерстве, куда входили и валенки.

В советское время тоже можно найти примеры, подобные приведенным. Мои ровесники, чье детство прошло в деревнях, люди и помоложе меня, помнят как плохо жили колхозники, особенно в войну и после войны. Но в некоторых очень редких колхозах было все же получше. Находились председатели, угождавшие и власти, и людям дававшие жить. Рядом с моим громадным селом была маленькая деревня. Мужиков забрали в армию. И остался один толковый крепкий старик. Пришлось райкому его и поставить председателем. План он всегда сдавал. Но не платил зерном МТС за «помощь» техникой. «Агент» из МТС ему звонил: «Через день к тебе трактора придут». Рано утром подымал всех своих: «Бабы, с пяти утра выходим с серпами и косами жать». Приходили трактора, лишь стерня по полю, все сжато и платить колхоз за «услуги» не должен. Из сбереженного зерна каждая мать лишний раз детям кашу сварит или хлеб спечет. В последние советские годы наблюдал, как хозяйничал герой, делегат, депутат в одном из колхозов – «маяков». Половина техники, предназначенной по разнарядке району, шла его колхозу. Колосков на его полях на гектар площади было не больше чем у соседей, а урожай в 4 раза обильнее. Как это получалось? Рядом, км за 15-20, работала фабрика игрушек, которые лепили прессом из опилок. Игрушки были плановой продукцией, а доски как бы «отходами». Эти «отходы» герой покупал, отвозил в Казахстан, и с превеликой прибылью менял на зерно. Казахстанское зерно смешивал со своим и рапортовал о замечательном урожае. Были и другие махинации. Но люди то в его колхозе жили лучше, чем в соседних!!

Я уж не говорю об ученых, путешественниках, артистах, писателях, социологах, художниках, изобретателях, полководцах, выдающихся политиках. Разве мир не меняется в результате их деятельности?!

Благодаря Билу Гейтсу сегодня компьютер почти в каждом доме, возникла «всемирная паутина». Человек окунулся в океан информации. За 15 лет сотовая связь охватила весь мир. 15 лет тому назад мы таскали тяжелые штуковины с антенной в специальных сумках. Сегодня миниатюрные приборы связывают детей с родителями, влюбленных, деловых людей друг с другом, фотографируют, записывают, вычисляют, выводят хозяев в Интернет. Как это изменило нашу жизнь! Ученые обмениваются мыслями, дискутируют. Жены ругают мужей. Матери контролируют детей. Предприниматели договариваются о сделках. И все это мгновенно!

Проблема индивидуализма (эгоизма) в либерализме и рыночном хозяйстве действительно есть. И меня это мучает довольно давно. Ведь человек – животное общественное.  Именно объединяя усилия, знания, информацию, передавая друг другу умения, навыки, защищая друг друга, человек, как биологический вид сумел выжить во враждебном мире. Теперь же говорим о приоритете прав личности над правами государства?

У меня в конце концов сложилось три ответа на этот вопрос.

Во-первых. Человек меняется по мере развития человечества. Человек из первобытного стада вне этого сообщества не выжил бы. Когда от собирательства люди перешли к земледелию, а от охоты к скотоводству, человек почувствовал, что именно от его личных успехов зависит благополучие его самого и его семьи, это уже заставило его иначе оценивать себя. С выделением ремесла, как отдельной отрасли от земледелия, еще чётче выделялись личные способности. По мере того, как развивалось разделение труда между людьми и регионами, развивалась как специфический вид занятий – торговля. Когда купец плыл в Британию за оловом, на Кавказ за бронзой, на Балканы за железом, в Грецию за оливковым маслом, на Эгейские острова за мумийо, в Китай за шелком, кто мог его защитить, кто мог за него сообразить, что где выгодно купить, а где выгодно продать? Он целиком зависел от своей смелости, своей интуиции, своих знаний. Это была личность! А уж в наши времена человек значит все больше и больше. Развитие человечества заставляет каждого человека все в большей степени рассчитывать на свои силы.

Во-вторых. На самом деле люди не разъединяются, они все больше обмениваются между собой информацией. Почти перестали мы писать письма. Но виновен в этом телефон. Зачем писать, когда можно позвонить. Сотовый телефон сделал возможным в любую минуту переговорить с нужным тебе человеком. А уж Интернет и компьютер в каждой семье окунули нас в океан информации, по которому мы плаваем где угодно и когда угодно.

В-третьих, рынок, вопреки сторонникам социалистических вариантов развития, не разделяет людей, а заставляет вступать в бесконечное число связей. При этом все участники рынка, за редкими исключениями, друг друга не знают и о пользе для других вовсе не думают. Когда я покупаю буханку хлеба, я вижу перед собой рядового работника торговли. Но я не знаю Ивана Петровича, посеявшего и собравшего зерно, как он в глаза не видел Семена Поликарповича, построившего трактор, как последний не знает, кто добыл руду для выплавки железа и стали. Рудокоп не знает пекаря и уж вовсе не встречал китайца, соткавшего шелк, из которого пошито свадебное платье дочери рудокопа, выходящей замуж за мукомола. Интересы и цели у всех у них разные. Каждый работает на себя и ради себя. Побуждения у всех эгоистичные, но в процессе обмена любой из участников удовлетворяет интересы других, абсолютно об этом не думая. Вот такое чудо совершают участники обмена. Кстати, рудокопу очень не нравился его будущий зять – мукомол, за которого собралась выходить его дочка Маша. Но Маша ответила на чувства мукомола не только из-за его личных качеств, но и ради его богатства. А разбогател будущий зять в том числе и потому, что поставил новые мельницы, сделанные из металла, выплавленного из руды, добытой рудокопом. Таким образом, вовсе не ожидавший таких последствий рудокоп опосредованно способствовал обогащению мукомола и выходу за него своей дочери. И что с этим поделаешь? В связи с всеобщей взаимозависимостью это общество не рушится, не раздирается эгоистическими противоречиями. Как ни странно, все в основном понимают неизбежность взаимодействия, работы на всех.

Когда-то, один из великих утопистов, если не ошибаюсь, Фурье, писал, что при капитализме все хотят зла другим. Стекольщик, к примеру, хотел бы, чтобы во всем городе выбило все стекла в окнах, а кровельщик мечтает: «Вот бы ветром сорвало все крыши в городе, сколько бы  заработал». Да вот беда то. Сильная буря и вправду разбила все окна, но она заодно повалила экскаватор, добывавший кварцевый песок в карьере, еще и повалила сотню деревьев на краю карьера. Работы временно прекратились, песка нет, стекла нет, нет у стекольщика работы. Нет работы, нет денег, нечем заплатить кровельщику за ремонт снесенной крыши. Вот и кровельщику нет работы. Опять же взаимозависимость.

Думаю, что у вас уже готово обвинение меня в предвзятости. Я все время привожу положительные примеры влияния на общество наиболее умных и активных личностей. Так ведь есть и отрицательные. Разумеется есть. И эти примеры у всех на слуху и в памяти: Гитлеры, Сталины, педофилы, воры, маньяки, бандиты, крестные отцы, и прочие, и прочие. Они нарушают все людские и Божьи заповеди и законы, нарушая интересы общества. Они тоже «в своем деле умнеющие мужики». Они тоже умные и активные личности. Но общество вынуждено бороться с ними и обязано их побеждать, иначе оно само погибнет. Такие люди были, наверно, всегда и будут, пока генная инженерия не переделает человечество. Тут и возникает несколько вопросов.

  1. Кто будет наказывать, ведь если каждый будет иметь право наказать, где гарантия, что другие будут согласны с его личным решением. И кто знает, справедливо и правильно ли будет именно это наказание.
  2. Надо тогда определить, что именно следует считать преступлением, а что полезным новшеством.
  3. Значит, должен быть перечень возможных преступлений и, соответственно, перечень наказаний за каждое преступление.
  4. Если признается, что вот такие-то действия являются преступлениями, то, следовательно, должен быть перечень действий, на которые член общества имеет право. Или хотя бы направления, характер действий.

Из этого проистекает понятие прав человека. Поговорим о них в другой раз. А сейчас мне бы хотелось продолжить немного разговор о богатстве отдельных людей в отдельные периоды истории общества. Для нас не привычно, когда есть люди невероятно богатые: Дерипаска, Прохоров, Абрамович и иже с ними. Когда в начале развития капитализма в передовых странах Европы и Америки появились сверхбогатые люди, они старались, как мы уже говорили, выделить себя из общей массы своим образом жизни. Украшенные сотнями драгоценных камней наряды жен. Золоченные везде где только можно яхты. Десятки дворцов по всему миру. Но эта болезнь прошла. Видно, и нам придется это перетерпеть. У нас сегодня тоже свой период нуворишей. Вот и не могут наши Прохоровы съездить в Куршавель в свои 40 холостяцких лет без гарема для ночных услуг. Есть хорошее русское выражение: «С жиру бесятся». Вот уж воистину. Но все проходит. Время – лучший лекарь. Как сказано в известном фильме: «И тебя вылечим,  и тебя вылечим». Посмотрите на Билла Гейтса. В чем ходит богатейший человек планеты Земля. Одет куда проще своего садовника, если тот у него есть. Дети и внуки первых американских миллионеров окончили Гарварды и Оксфорды и уже не кичатся золотом и вообще роскошью. А вот «пролетарии» США. Я воспользуюсь данными, приведенными у Ярослава Романчука: «В конце ХХ века в США бедные тратили на продукты и услуги, которые входят в прожиточный минимум, менее 50% дохода, 50% бедных имели в домах и квартирах кондиционеры, 60% микроволновые печи, 72% стиральные машины, 77% телефоны, 93% по меньшей мере один цветной телевизор и 98% холодильник. Они, бедные, сегодня лучше питаются, одеваются и живут в лучших условиях, чем 50 лет назад жил средний класс». Дай бог народам России дожить до такой бедности! Не забудьте, что у всех этих бедняков есть машины.

В свое время Маркс использовал как определитель стоимости среднее время труда, затрачиваемое на производство того или иного товара. Сегодня, используя этот показатель, оценивают, насколько люди стали жить хуже или лучше. Берут какой-либо товар, его рыночную цену и смотрят, сколько времени должен работать человек, чтобы заработать деньги на покупку этого товара. Сравнивают, сколько он должен работать на этот товар, скажем, в 1930 году, и в 1990. если работать надо больше, значит, жить стал хуже, если меньше – стало быть живет лучше. И вот что получается, оказывается, в развитых странах люди живут все лучше и лучше. В 1919 году, чтобы купить курицу весом в 1,5 кг надо было работать 2 ч 37 минут. Сегодня на эту же курицу надо работать 10 минут. В 1954 году за цветной телевизор первого образца надо было отработать 2 месяца. Сейчас за телевизор с вдвое большим экраном, с дистанционным управлением, прекрасным изображением нужно работать 3 дня. В начале 20 века американец зарабатывал меньше 15 центов в час, в 1997 году уже 13,18 $, а в 2006 году около 18 $ в час. Сегодня большинство американцев зарабатывают около 18 долларов в час. 1 литр молока в 1919 году стоил 39 минут работы, в 1950 г.  – 10 минут, а в 1997 г. – 7 минут. То есть для потребителя молоко подешевело в  ~ 5,5 раз. Продовольственный набор из 12 основных продуктов, которого хватает на три хороших обеда в 1919 году стоил 9,5 рабочих часа, в 1950 году – 3,5 часа, в 1997 году – 1,6 часа. Подешевел набор в 5,9 раза. За период около 80 лет люди получили возможность за свою зарплату потреблять в несколько раз больше. И снова о Форде.

В 1908 году Форд выпустил свой первый автомобиль, который стоил тогда 850 $, что равнялось зарплате его рабочего за 2 года. Продал за год 2500 автомобилей. Ясно, что потребителями были только богатые. Но Форд позже придумал конвейер, доведя разделение труда до логического завершения. Производство автомобилей становилось все дешевле. Автомобиль все время совершенствовался. Продаж становилось все больше. Удешевление производства, рост продаж приводил к росту дохода, что позволяло увеличивать зарплату. В результате сегодня, как говорят, у Форда нет ни одного рабочего, у которого не было бы автомобиля.

Я думаю, что эти цифры снимают с обсуждения идею Маркса об абсолютном обнищании пролетариата.

Капитализм, конкуренция, свободный рынок обеспечивают рост благополучия, образованности, здоровья всех слоев общества.

Если сравнить условия жизни средневекового барона и сегодняшнего рабочего, то вы увидите, что последний живет богаче и роскошнее. Да, барон одевался в шёлк и парчу, украшал себя брабантскими кружевами. Но, если он был не слишком богат, то костюм носился так долго, что на коленях и локтях появлялись потертости. Жена его носила шёлковое платье, но это было единственное средство избавления от вшей. Нижнего белья ни муж, ни жена не имели, так как просто не знали, что такое может быть. Чаще всего ситца из Индии купить они не могли и кашемировая шаль вряд ли  была у баронессы. Мылись они в бочках, куда перед этим кидали горячие камни. В замке было холодно и сыро, так как камины не могли прогреть толстые каменные стены замковых залов. Они не знали, что такое душ. И знаменитый король Франции Генрих IV писал своей любовнице: «Только не мойтесь, моя любимая, перед нашей встречей, только не мойтесь!» Он хотел, чтобы сохранился ее «естественный» запах. Залы замка освещались смоляными факелами, безбожно коптившими. Самым быстрым транспортом была лошадь. Сигналы друг другу бароны подавали горящими факелами на башнях замков. Да, он ел зажаренных баранов и зажаренных лебедей, после готовки снова украшенных родными перьями. Но что такое салями или торт «Прага» не подозревал.

Рабочий живет в своем доме или квартире с постоянным отоплением, вентиляцией, канализацией, электричеством, газом, телефоном, двумя-тремя телевизорами, стиральной машиной, холодильником, посудомоечной машиной и прочей техникой. У каждого члена семьи свой мобильный телефон. В гараже чаще всего два автомобиля. Египетскому фараону такие богатства не снились. Миллионы лет человек делал все орудия труда и охоты из камня, кости и дерева. И перемены шли так медленно, что были незримы для живущего человека. Более тысячи лет человек жил в эпоху феодализма и крепостного права. И вдруг за время 18-го начала 20 веков все началось стремительно меняться, а уж последние 50 лет, и говорить нечего. Изменилось одно, после революций голландской, английской, американской, французской на смену феодальному строю пришел капитализм и появилась его идеология – либерализм. Разрушилась система ремесленных цехов. В любом цехе мастер не имел права изготовить свой товар лучше, чем другие, он не смел под страхом изгнания из цеха нарушить цеховые стандарты. Этим все члены цеха ставились в одинаковые условия в отношении покупателя. Все имели свой кусок хлеба. Долгие годы ученик рабски обслуживал семью мастера по всем домашним делам. Потихоньку ему начинали что-то показывать. И вовсе не обязательно ему разрешали стать подмастерьем, чаще всего разрешение давалось, если ученик  женился на дочери мастера. А уж в мастера он выходил зрелым человеком. Экзамены принимали всем цехом. А теперь работать, заводить свое дело мог каждый. Но так как почти во всякой отрасли работали многие, то началась борьба за покупателя. Каждому хотелось продать больше. Пришлось придумывать как сделать товар лучше других и произвести этого товара больше. Появились новые товары. Это и есть главный механизм ускорения перемен при капитализме. Конкуренция заставила перейти от индивидуальной мастерской к мануфактуре с разделением труда, а от нее к фабрике. Конкуренция нашла применение паровой машине и электричеству. Конкуренция заставила вместо штучной ручной сборки изобрести сборочный конвейер.

Человек, как биологический вид сохранился потому, что, в отличие от других животных, стал приспосабливать, изменять окружающий мир для своих нужд, своих потребностей. Мир изменялся, но человек пока каждый раз подстраивался под измененный мир, и продолжал сам изменять его в угоду своим нуждам. Человек отличается еще одной особенностью. Он никогда не довольствуется тем, что имеет сейчас. Ему всегда нужно больше и лучше. Я называю это «благородной жадностью» человека. Производители наперебой стремятся предложить потребителю что-нибудь новенькое. А потребитель ежедневно участвует во всенародном, в последние десятилетия и всемирном плебисците, на котором ставится только один вопрос: «Покупать новый товар? Не покупать новый товар?» В какой клеточке поставит потребитель свою «галочку», тот предприниматель и выиграл. А «галочка» это деньги, отданные за товар.

Сегодня нельзя думать, что если есть у тебя хозяйственный магазин или мастерская по изготовлению запчастей для автомобилей, или есть у тебя 10-15 миллиардов долларов, то ты кум королю и обеспечен на всю жизнь для себя, детей и внуков. Всегда найдется кто-нибудь, кто придумает новое, лучшее. В свое время у нас в стране было довольно много людей, получивших в управление газ, нефть, уголь, железо, алюминий, деньги КПСС и многое другое. Но не думайте, что все они так и остались при деньгах. Многие не потянули нагрузки. Мало кто вышел в олигархи.

Некоторые экспертные организации ведут учет богатейших людей мира. В 1982 году из 400 самых богатых людей только 85 получили свои богатства по наследству. Через 17 лет среди 400 самых богатых уже лишь 35 были богатыми по наследству. Из 400 богатеев 251 человек «сделали сами себя». Среди 400 много людей с разными цветом кожи. Мозговым центром американской науки является «Силиконовая долина». Так вот, из тысяч ученых, работающих в «Силиконовой долине», уже треть родились за границей. В этом центре науки при зачислении на работу, если ты индус или китаец, полагают, то ты умнее остальных, и тебя возьмут прежде белых соискателей.

Сын на свои деньги устроил мне отдых в Хорватии. Есть тут маленький, менее 12 тысяч жителей курортный городок Цриквенница. На главной торговой площади городка было 4 хлебных магазина. Все торговали хлебом, пирогами, бубликами. Уже один из них закрылся. Из четырех хозяев один оказался наименее удачливым. Да и все другие, а большинство магазинов здесь сувенирных, как-то, чем-то стараются разниться от других, завлечь покупателей к себе. Если вы хотите образно представить тех, кто умирает, стремясь все делать по-старому, прочтите роман Эмиля Золя «Дамское счастье». Счастливый сентиментальный конец романа для его главной героини как раз и символизирует победу новой торговли над старой.

Люди не рождаются одинаковыми. Природа, как и во всех видах животных все время экспериментирует, кто сильнее, умнее, настойчивее, тот и выиграет, и вернее всего оставит потомство. Нет у природы гостов на человека. И в первобытные времена кто-то старался проявить себя как лучший охотник рода, племени. Кто-то изготавливал самые лучшие каменные ножи и топоры. В сборной по футболу каждая  страна собирает своих лучших игроков. И все же во время европейского или мирового первенства кто-то проявляет себя как лучшего из лучших. Другие страны начинают предлагать за него 10-15-20 миллионов долларов.

Всегда и везде идет соревнование между людьми, все время природа и человеческое общество ищут среди людей лучших, и их поддерживает (правда, не всегда).

Не приведет ли эта логика к тому, что мы найдем в стране самого умного, самого лучшего и уговорим его стать президентом на все времена, и сразу в стране все станет правильно и хорошо? Нет, не приведет. Уже пробовали. Замечательный политик, полководец и законодатель Солон мог в своих Афинах переизбираться хоть сколько раз на высшую должность в государстве. Сам понял, что у него как-то неправильно получается с законами. Какое-то ручное управление. Сложил с себя полномочия и уехал из страны. Когда вернулся после путешествия, оказалась в стране диктатура, которой он всячески не хотел. И возникла она в значительной степени на его же распрекрасном законодательстве. В Риме даже император – философ Марк Аврелий совершал ошибки, и не малые, под стать чину. Причина проста, управление государством это до ужаса многофакторная система, так много разных, да еще постоянно меняющихся явлений, что никакой компьютер не справится. Поэтому необходимо привлекать различных профессионалов и вырабатывать некую равнодействующую в каждом случае. А избрав одного профессионала с высоким умом, мы ничего хорошего не получим. Давайте  изберем замечательного футболиста Аршавина президентом страны. Не хотите, давайте тогда правозащитницу Алексееву, или  смелого, умного писателя Солженицына? Вот Каспаров, умнейший, талантливейший шахматист, чемпион мира, давайте его? Однако я сомневаюсь, что он справится с управлением страной. И при отборе на эту должность необходима острая, открытая конкуренция многих лиц. Что-то подобное американским праймериз. Конкуренция в политике нужна не менее, чем конкуренция в экономике.

liberty@ice.ru Московский Либертариум, 1994-2018